Леди Диана. Принцесса людских сердец - Софья Бенуа

Как писали исследователи, «Что же до соседей, то с ними можно было найти общий язык. А близость с принцессой Маргарет имела даже свои преимущества. Все дело в том, что ее дверь, выходящая на Кингс-корт, была единственной во дворце, на которую не были выведены видеокамеры. Сделано это было специально, чтобы оградить младшую сестру королевы от излишнего внимания охраны. Напротив вышеуказанной двери имелся тайный проход, ведущий к заднему входу в помещения Дианы. Таким образом, при желании принцесса Уэльская могла спокойно провести к себе какого-нибудь человека, не боясь, что его заметят. Впоследствии она не раз будет пользоваться этой возможностью».

Множество бытовых подробностей из жизни королевской четы и других представителей клана Виндзоров можно найти в скандальной книге Венди Берри о принцессе Диане. Венди с ноября 1985 года работала в Хайгроув в качестве экономки, а в соответствии с британскими законами персонал, обслуживающий королевских особ, не имеет права публиковать свои заметки, так что подготовленная ею книга вышла в США и была запрещена в Англии. Вот, к примеру, автор сообщает нам о таких обыденных, приятных вещах, как подарки.

Кенсингтонский дворец — небольшой и скромный дворец в западной части Лондона

«Вершиной всего этого были подарки, посылаемые принцу и принцессе в Хайгроув или Кенсингтонский дворец. Когда это случалось, то устраивалась бесплатная раздача вещей персоналу после того, как Чарльз и Диана сделают свой выбор. Остальное сжигалось в больших печах на заднем дворе. Я никогда не переставала удивляться, сколько подарков и предметов одежды выкидывалось или уничтожалось. Даже через несколько месяцев пребывания в Хайгроуве я приходила в ярость от такой расточительности. Каждый месяц Пэдди или его помощник относили в печь большие черные пластиковые мешки с одеждой и утварью. Когда однажды я спросила Фэй, заметит ли кто-нибудь, если мы возьмем всего одну симпатичную блузку, она ответила:

— Следить за этим — одна из моих основных обязанностей. Мне приказано делать все, чтобы вещи лучше были сожжены, чем попали в руки того, кто попытается продать их как принадлежащие королевской семье».

Следует указать, что Диана обустраивала семейное гнездышко, будучи беременной. Беременность протекала трудно, принцессу все время тошнило, она постоянно нервничала.

У многих биографов встречаются рассказы о том, как перепады настроения беременной супруги приводили ее к ссорам с Чарльзом. К примеру, описывают скандал, разразившийся во время посещения в январе 1982 года родового поместья графа Спенсера, замка Элторп, — тогда результатом выяснения семейных отношений стали разбитые окно, старинное зеркало и сломанное кресло XVIII века.

Наконец 21 июня 1982 года, в девять часов утра, в больнице Святой Марии в Паддингтоне принцесса родила «уэльского кроху», как она отозвалась о новорожденном мальчике.

С первенцем принцем Уильямом

По просьбе своей супруги все долгое время, на протяжении которого длились роды, принц Чарльз пробыл в больнице, став таким образом первым мужчиной королевской крови, лично присутствующим при появлении на свет своего ребенка. Не мудрено, что тут же он с упоением писал своей давнишней подруге Патриции Маунтбеттен: «Рождение нашего маленького сына — удивительное событие. Я даже представить не мог, что оно будет столько для меня значить. Если бы вы знали — я так благодарен, что смог стать непосредственным участником этого необычного действа, связанного с появлением ребенка на свет. Я был по-настоящему вознагражден за это видом маленького создания, которое теперь принадлежит нам, ну и всем остальным тоже. Я никогда еще не видел подобного проявления радости и восторга, когда покидал больницу той ночью…»

Рождение мальчика, чье полное имя Уильям Артур Филипп Луи, совпало с победой британских войск в Фолклендской войне[8]. Интересно, что первое имя младенцу подобрала Диана, последующие — Чарльз (так будет и когда родится второй сын). Ощущение радости и патриотический порыв объединили всю страну. В честь победы и рождения наследника престола был устроен салют, для чего в Гайд-парке установили 41 орудие; а в Вестминстерском аббатстве грозно и торжественно звенели колокола.

Осчастливленный принц Уэльский преподнес Диане дорогое ожерелье из жемчуга и бриллиантов.

Время второй беременности стало в жизни супругов одним из самых счастливых периодов. Диана признавалась, что «в те шесть недель, которые предшествовали появлению Гарри, мы были близки, как никогда прежде». Однако будучи натурой неоднозначной и малопредсказуемой, Диана в одном из интервью также признавалась в другом:

— Промежуток времени между рождением Уильяма и Гарри покрыт мраком депрессии. Я просто вычеркнула этот период из своей жизни, поскольку в нем было слишком много душевных страданий.

Пока еще счастливая семья…

15 сентября 1984 года, в 16 часов 20 минут в больнице Святой Марии Диана произвела на свет мальчика — Генри (Гарри) Чарльза Альберта Дэвида.

Все утверждают, что леди Ди была прекрасной матерью, она считала, что обязательно необходимо, чтобы «ее мальчики» (как она их называла), не только видели, как живут обычные люди, но и сами окунулись в их быт. Поэтому и Уильям, и Гарри учились в обычных подготовительных школах, ходили по обычным магазинам и кинотеатрам, расплачиваясь денежными купюрами.

Они оба — и Чарльз, и Диана — сильно любили своих детей, но делали это по-разному, как по-разному участвовали в их воспитании.

У Дианы сложатся теплые отношения с Уильямом, он станет для матери не только сыном, но и близким другом. Принцесса станет называть его «мой маленький мудрый старичок». Друг семьи Роберто Деворик скажет как-то:

— Диана признавалась мне, что общается с Уильямом на очень глубокие и личные темы. Он служил для нее серьезной моральной опорой.

Экс-экономка Венди подтверждала:

— Уильям и Гарри подросли и превратились в прелестных мальчиков. Когда Диана пребывала в дурном расположении духа, то, чтобы развеяться, она ехала вместе с детьми по магазинам или на местную ярмарку, чему мы бывали очень рады. У принцессы со старшим сыном завязалась настоящая дружба, и хотя она одинаково любила обоих мальчиков, можно было без труда почувствовать, сколь крепки узы, связывавшие ее с Уильямом.