Личное дело.Три дня и вся жизнь - Владимир Крючков

Если когда-нибудь эти строки увидят свет и с ними ознакомится широкий читатель, на что у меня смутная надежда, то может возникнуть вопрос: «Но разве автор не знал многое из того, о чем пишет? Ведь он должен был бы знать об этом по долгу службы».

Трудный вопрос, но правомерный. На посту председателя Комитета госбезопасности я работал недолго, около трех лет, срок не такой уж большой для того, чтобы разобраться во всех сторонах деятельности большого ведомства, но не хочу искать себе оправданий, просто все дело в том, что до сих пор на всю судебную систему, включая содержание под стражей в местах лишения свободы, я смотрел исключительно сквозь служебную призму, как говорится, с одной колокольни. Сейчас к этому добавился чисто личный аспект.

23 декабря 1991 года все радиостанции передали сообщение, которое удивило меня больше, чем что-либо другое в то время: против Бакатина возбуждено уголовное дело по обвинению в измене Родине! Да ведь это же статья 64 УК РСФСР, то есть «моя» статья! Сообщение передавалось многократно.

Несколько дней назад радио, печать поведали миру историю, уникальную по своему содержанию, исполнению и даже по тому, каким путем о ней стало известно миру.

5 декабря 1991 года Бакатин, будучи председателем КГБ СССР, передал американскому послу Роберту Страусу материалы о внедрении техники для съема информации в недавно построенное здание американского посольства США в Москве. Вместе с материалами были переданы образцы специальной техники.

Мне известно, что Комитет госбезопасности в свое время действительно занимался этой проблемой. Были там и новинки, составлявшие тогда вершину наших фундаментальных научно-технических исследований, аналогов которым не знал мир.

Судя по сообщениям, Бакатин передал американцам эти материалы конфиденциально, но посол объявил об этом в одном из своих заявлений для печати. При этом Страус отметил экстравагантность шага советской стороны и не скрыл своего крайнего удивления по этому поводу. Примечателен еще один аспект американской реакции: они выразили сомнение, а все ли им передано, возможно, кое-что все же оставили, и это обеспечит российским спецслужбам съем информации.

По российской официальной версии, в основе жеста Бакатина лежало желание предотвратить снос здания американского посольства и тем самым сэкономить до 300 миллионов долларов. Таким образом американцы, по мысли инициаторов этой затеи, как бы вознаграждались за оказываемую нам помощь.

В отечественной печати появилось довольно много публикаций по этому чрезвычайному происшествию, и ни одна из них не поддержала шага Бакатина.

В органах КГБ, как писала пресса, возмущение сотрудников вылилось в открытый протест. Он был направлен против Бакатина, его политики и действий. Оно и понятно: ущерб многоплановый — политический, экономический, оперативный, морально-психологический. Беспокойство оперативного состава имело еще одну сторону: где предел, как далеко новое руководство КГБ может зайти в своей «откровенности» со спецслужбами других стран.

Бакатин ссылался на согласие, полученное им «наверху». Но ведь дело в разумности данного решения, не говоря уже о том, что подобный шаг никого не освобождает от ответственности. И хочется надеяться, что когда-нибудь Бакатин и те, кто санкционировал это предательство, за него ответят!

В этот же день 23 декабря 1991 года было передано сообщение об интервью Горбачева американской газете. В ближайшие дни, судя по его словам, он подает в отставку, но из политики уходить не намерен. Оценил как интересные сделанные ему предложения о работе в ряде университетов США, Германии, Японии, Франции, отметил, что мог бы совмещать продолжение политической деятельности с чтением лекций за границей.

Что ж, примечательная заявка! Для него даже не находилось места в России или где-нибудь на территории бывшего Советского Союза. Ну а что касается приглашения за границу, то это он, безусловно, заслужил.

В том, что Горбачев и еще кое-кто намерен отправиться в зарубежные странствия, ничего неожиданного для меня не было. Можно сказать, я знал об этом и раньше.

По сообщению радио в декабре 1991 года Горбачев заявил, что даже после Беловежских соглашений и ликвидации поста президента СССР вместе с Союзом он испытывает удовлетворение от начатых им преобразований. Каков извращенец!

Я слушал радио, и меня интересовал один прозаический вопрос: Горбачев уже не президент, да к тому же уедет, к примеру в Америку, а гэкачепистов собираются судить за то, что они за несколько месяцев до этого усомнились в целесообразности его пребывания на посту президента СССР, потому что было ясно, в какую бездну он вел страну. И привел.

Могут в который раз спросить: где же были раньше, почему молчали? Не молчали! Поднимали голос, спорили, получали обещания, заверения, но только к середине августа 1991 года я, да, уверен, и другие поняли, что его заверения — пустые слова, обман.

Понимал ли Горбачев, куда идет страна? Теперь, после всего произошедшего, можно с уверенностью ответить: да, понимал, во всяком случае, не мог не понимать!

25 декабря 1991 года Горбачев заявил о своей отставке. Высказал негативное отношение к созданию Содружества Независимых Государств, но одновременно заявил, что будет его поддерживать. Видите — опять и так, и эдак! Дал абсолютно положительную оценку своему периоду деятельности, но итоги этой деятельности обошел.

Вскоре Горбачев получил еще одну заслуженную пощечину: ему было отказано в праве на неприкосновенность, вместо просимых им 200 человек охраны оставлено в 10 раз меньше — 20 человек.

26 декабря он сообщил, что три недели не будет появляться перед общественностью, затем объявит о своих планах. Заявил также, что не собирается уезжать из страны, будет жить здесь. Не упустил случая еще раз боднуть партию, свалить все грехи на нее, пожаловаться, как он настрадался, борясь с партократами. Интересно, в чем же они ему мешали? Видимо, итогов 1991 года он хотел добиться на пару лет пораньше, а ему все время чинили препятствия. Невольно напрашивается именно такой вывод.

Любопытна реакция на уход Горбачева. Запад рассыпается в похвалах — «историческая личность», «выдающаяся», «эпохальная», «реформатор», «спаситель» народов бывшего Союза от тоталитаризма, полуфашистского режима и т. д.

Руководители Германии благодарят за то, что «отдал ГДР», США — «за демократию и свободу для народов Союза». В том же духе высказываются и лидеры Англии, Японии и других стран.

Китайская сторона резко критически оценила период деятельности Горбачева, возложив на него ответственность за развал Союза, хаос, кризис в экономике и т. п. Столь откровенно Китай выразил свое отношение к Горбачеву впервые.

Все было бы хорошо, если бы похвалы Запада дополнялись пусть не такими же восторженными, но положительными оценками советских людей. А вот тут-то картина иная.

Кое-кто благодарит Горбачева за то, что он подарил нашим людям «демократию и свободу». Но это идет от примелькавшихся представителей средств массовой информации и некоторых политических деятелей определенной направленности. Народ же дает бывшему президенту крайне отрицательную характеристику, и общего плача по его уходу что-то не слышно. Более того, раздаются требования предать его суду за государственную измену!