Арабы. История. XVI–XXI вв. - Юджин Роган

Обстоятельства меняются, и бывает так, что мусульманин лишается сил и оказывается повержен. Однако его не покидает чувство, что он выше по положению. Если он продолжает верить, то смотрит на своего победителя свысока. Он знает, что это временно, это пройдет, и вера все изменит даже тогда, когда спасения нет. И если смерть — его удел, он никогда не склонит головы. Смерть приходит ко всем, но ему суждено стать мучеником. Ему уготован Райский сад, а его победителям — Геенна огненная^{6}.

Несмотря на резкую критику западных империалистических держав, главной мишенью Кутба были автократические режимы арабского мира, и в частности правительство Насера. В своем комментарии к аятам Корана, в которых упоминаются «люди у рва^[17]», Кутб рисует тонко завуалированную аллегорию борьбы между «Братьями-мусульманами» и «Свободными офицерами». В Коране рассказывается о верующих, которые были приговорены за свою веру и заживо сожжены тиранами, собравшимися у края рва и наблюдавшими за смертью праведных жертв. «Да сгинут собравшиеся у рва!» — говорится в Коране (85: 4). В своем комментарии Кутб описывает этих «тиранов» как «высокомерных, злобных, преступных и падших людей», получающих садистское удовольствие от боли мучеников. «И когда в огонь бросали молодого мужчину или женщину, ребенка или старика из числа правоверных, — писал Кутб, — их дьявольское наслаждение достигало новых высот, и крики безумной радости срывались с их губ при виде крови и кусков плоти». В тексте Корана нет таких натуралистичных сцен; вероятно, они были написаны под впечатлением тех истязаний, которым подвергались в тюрьме Кутб и его соратники. «Борьба между верующими и их врагами, — заключал он, — по сути, является борьбой между убеждениями — верой и неверием, между исламом и джахилией». Послание Кутба было ясным: существовавший в Египте политический режим был несовместим с идеей исламского государства. Поэтому его следовало уничтожить.

«Вехи на пути» были опубликованы в 1964 году, и в том же году, после десяти лет заключения, Кутб вышел на свободу. Он быстро восстановил контакты с запрещенными «Братьями-мусульманами», несмотря на то что тайная полиция Насера пристально следила за каждым его шагом. Написанные в тюрьме труды принесли Кутбу огромный авторитет в исламском мире, и со своими новыми радикальными идеями он представлял собой опасность для египетского государства, где бы ни находился — внутри страны или за рубежом.

Последователи Кутба рисковали ничуть не меньше, чем их духовный лидер. Одной из наиболее влиятельных учениц Кутба стала Зейнаб аль-Газали (1917–2005), зачинательница женского исламистского движения. Когда ей исполнилось всего 20 лет, аль-Газали основала Общество мусульманских женщин. Ее деятельность привлекла внимание Хасана аль-Банны, основателя «Братьев-мусульман», который попытался убедить ее объединить силы с недавно созданной им организацией «Сестры-мусульманки». Хотя аль-Газали отказалась и продолжила идти своим курсом, она стала верной последовательницей Хасана аль-Банны.

В 1950-х годах аль-Газали познакомилась с сестрами сидевшего в тюрьме Сейида Кутба, которые дали ей прочитать рукопись его книги «Вехи на пути». Воспламененная идеями Кутба, аль-Газали решила взять на себя роль того самого «мусульманского передового отряда», который должен был подготовить египетское общество к строительству исламского государства, живущего по законам шариата. По примеру пророка Мухаммада, который провел 13 лет в Мекке, прежде чем переселиться в Медину и создать там первую мусульманскую общину, аль-Газали и ее соратники отвели себе 13 лет на то, чтобы преобразовать египетское общество в идеальную мусульманскую нацию-общину (умму). «Было решено, — написала аль-Газали, — что через 13 лет активной деятельности в области исламского просвещения нашей молодежи, старшего поколения, женщин и детей мы проведем исчерпывающее исследование текущего состояния общества. Если это исследование покажет, что по меньшей мере 75 процентов последователей считают ислам единственно верным образом жизни и поддерживают создание исламского государства, тогда мы будем настаивать на создании такого государства». Если же результаты опроса показали бы более низкий уровень поддержки, аль-Газали и ее соратники собирались работать над преобразованием египетского общества еще 13 лет^{7}. По сути, их целью было не что иное, как свержение режима «Свободных офицеров» и замена его подлинно исламским государством. Насер и его правительство были полны решимости устранить исламистскую угрозу, прежде чем та наберет силу.

Когда в 1964 году Сейид Кутб вышел из тюрьмы, Зейнаб аль-Газали и другие его сторонники с энтузиазмом приветствовали освобождение мыслителя и часто встречались с ним — под пристальным надзором египетской тайной полиции. Некоторые подозревали, что власти только за этим и освободили Кутба — чтобы вскрыть исламистское подполье. В августе 1965 года, проведя на свободе всего восемь месяцев, Кутб снова был арестован — вместе с аль-Газали и многими сподвижниками. Им было предъявлено обвинение в организации заговора с целью убийства президента Насера и совершения государственного переворота. Хотя их долгосрочной целью действительно было свержение существующей политической власти и замена ее исламским государством, обвиняемые настаивали на том, что они не замышляли убийства египетского президента.

Зейнаб аль-Газали провела за решеткой шесть лет и впоследствии рассказала миру о тех ужасающих пытках, которым подвергались заключенные, мужчины в женщины, в насеристских тюрьмах. В первый же день она стала свидетельницей страшной картины: «Не желая верить моим глазам и смиряться с подобной бесчеловечностью, я молча смотрела на моих истязаемых братьев [членов организации „Братья-мусульмане“]. Одни были подвешены в воздухе, и их обнаженные тела зверски хлестали плетьми. Другие были отданы на растерзание свирепым собакам, которые рвали их тела в клочья. Остальные, повернувшись лицом к стене, ждали своей очереди»^{8}.