Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов - Дуглас Дэвис

Кремация в Британии

Резко контрастируя с этими данными, в совершенно ином контексте и по культурным причинам, связанным с инновациями, рост практики кремации в Британии изначально был очень незначителен: три случая в 1885 году, десять — в 1886‐м и тринадцать — в 1887‐м. Если говорить о процентном отношении, то только к началу 1930‐х годов кремации подвергался 1 % населения, увеличившись до 2 % к 1936‐му и до 3 % к 1939 году. Рост резко ускорился с 7 % в 1944 году до 15 % в 1948‐м и до примерно 31 % в 1958 году. В 1960‐е годы наблюдался баланс между захоронением и кремацией, к 1967 году их доли стали равны. К середине 1970‐х процент кремации увеличился до 60, достигнув более или менее постоянного уровня к середине 1980‐х и 70 % к 1993 году. Этот рост, очевидно, сопровождался резким увеличением числа крематориев — с 58 в 1950 году до 148 в 1960‐м, а затем до 241 в 2000‐м и 277 к 2014 году, как это показано в таблице в главе 15.

Ритуалы

Несмотря на то что очевидной целью кремации является превращение тела в пепел, за этим процессом в Британии едва ли кто-то наблюдает. Для большинства членов семьи и круга друзей оказывается важен связанный с кремацией религиозный обряд в церкви при крематории, тогда как сама по себе кремация происходит «за сценой» как социально невидимый акт. Единственное общее, хотя и не прямое, напоминание о происходящем — это визуальные намеки на дым и обонятельные — на запах, причем оба считаются социально неприемлемыми, из‐за чего технологии и европейское законодательство работают над их как можно более полным удалением^[127]. Эта работа нивелирует факт наличия огня в процессе кремации и контрастирует с опытом некоторых европейских стран, например Чехии и Венгрии, где архитектура крематория подразумевает наличие факелов снаружи или даже внутри крематориев, наподобие тех, в которых горит олимпийский огонь. Их наличие отражает длительную культурную практику использования огня и факелов во время погребений, ставшую частью ритуалов кремации с момента их появления.

Более сложные ритуалы могут быть выстроены вокруг этих базовых элементов; в самой развитой форме кремация может начинаться с религиозного обряда в церкви, после которого может проводиться короткий и обычно менее публичный ритуал в церкви при крематории. Через некоторое время кремированные останки могут быть захоронены священником в подготовленной заранее могиле посредством ритуала, напоминающего ритуал при захоронении; в ином случае останки, скорее всего, будут помещены в садах при колумбариях работниками крематория в совершенно утилитарном акте, лишенном какой-либо ритуальности. Кроме того, родственники могут распорядиться останками по-своему. Именно это в Британии делает кремацию особенно интересной формой современных погребальных практик; традиционные способы похорон под авторитетом священника контрастируют с практикой развеяния праха как совершенно приватного акта. Первый использует формальный чин церковного ритуала, во втором часто проходят импровизированные ритуалы, изобретается новая традиция. В рамках традиционного захоронения после погребения ничего не остается, кроме как установить мемориальный камень на могиле и поддерживать порядок на месте захоронения. Благодаря кремации появился еще один возможный ритуал, когда скорбящий берет кремированные останки партнера, ребенка или друга и относит их, куда пожелает. Эта практика становится новым ритуалом в современном западном мире, по большей части не задокументированным, сложным для оценки с точки зрения частоты воспроизведения, неимоверно сложным для изучения с точки зрения слов против смерти именно потому, что он является очень личным. Один из многих (и их становится все больше) способов распорядиться останками в Нью-Мексико — превратить в «крýжки, покрытые глазурью из пепла», что «позволит взаимодействовать с вашими воспоминаниями на тактильном уровне»^[128].

Локальные практики

Нам не хватает данных из британских крематориев относительно доли кремированных, останками которых распорядились частным образом, но некоторые крематории обладают информацией, которая косвенно может указать на такую практику. Материалы, полученные от двенадцати крематориев, новых и старых, городских и сельских, из различных мест Англии и Шотландии, показывают, что в 1993 году примерно 41 % кремированных забрали из крематориев. Эти цифры не могут представлять страну в целом, поскольку существуют огромные вариации по возрасту, региону и расположению крематориев. Например, из самого старого крематория в Бирмингеме забрали 20 % останков, но в него принесли для размещения из других крематориев 4 % от числа совершенных здесь кремаций. Наблюдения за перемещением кремированных останков помогают создать более реалистическую картину их распространения по стране и показывают всю сложность связанных со смертью ритуалов в современной Британии, если принимать во внимание место жительства, место смерти и погребения. Похоже, что социальная мобильность отражается и на перемещении кремированных останков. Если подводить баланс останков, которые забрали и принесли для размещения, в Бирмингеме забрали 16 %, а из крематория Южного Лондона — 18 %.

Старые крематории поддерживают традицию, возникшую в первой половине ХХ века, когда останки практически всегда оставались в крематории, где проводилось сожжение. В наиболее формальном виде ранняя практика состояла в помещении урн и специально стилизованных контейнеров в колумбарий: ряд ниш в стене крематория, который напоминает крипту, за исключением того, что в последней хоронят обычный гроб и она находится под землей. В менее формальном случае кремированные останки хоронят и развеивают в садах при колумбариях. Такая практика стала доминирующей с 1940‐х годов и все еще остается наиболее важной. Многие люди, возможно, до сих пор считают вполне обычным для работников крематория размещать останки без присутствия родственников. Даже в этом случае такого рода мероприятия привлекают молодых родственников к участию в семейных традициях; как только в определенном месте размещаются останки одного человека, высока вероятность того, что появятся и другие.

Прах как домашний мемориал

К концу ХХ века в Британии развеивание праха, совершаемое домашними в значимом для человека месте, стало более популярным, чем помещение его в садах при колумбариях, особенно в тех районах, где крематории появились относительно недавно. Более новые крематории отражают эту тенденцию: например, в Бодмине, в удаленной сельской местности в Девоне, близкие забирают 67 % праха и практически не приносят извне прах для размещения. Очевидно, что большинство останков упокаивается или работниками крематория, или членами семьи без какого-либо институционального ритуала. Вместо этого у населения Британии развивается свобода в том, как в итоге распорядиться кремированными останками родственников. Ни профессионалы от той или иной религии, ни сотрудники крематория не должны произносить последних слов или совершать ритуальных действий.