Засекреченная Курская битва. Неизвестные документы свидетельствуют - Валерий Замулин

«Если на обоих флангах армии обозначился некоторый наш успех, хотя и незначительное продвижение вперед, то почти в самом центре противник прорвал наш фронт обороны и имел успех, удерживая здесь в своих руках инициативу и пытаясь развивать успех»[436].

Атака боевой группы дивизии СС, начавшаяся в 15.00, длилась более трёх часов без перерыва. Было очевидно, что немцы решили любой ценой прорваться в направлении дороги Прохоровка — Карташевка, а для этого было крайне важно уничтожить нашу артиллерию. Из-за того, что большинство батарей стояло на прямой наводке, потери номеров в расчётах быстро увеличивались, но люди понимали важность момента. Многие легкораненые бойцы и даже с ранениями средней тяжести не покидали поля боя. Пример стойкости и героизма показал взвод ПТР ст. лейтенанта П. И. Шпетного из 284-го гв. сп. Пэтээровцы удерживали один из курганов юго-западнее Полежаева. Во время очередной атаки они подбили несколько танков противника, но силы были не равны. Гибли расчёты, заканчивались боеприпасы, а противник продолжал атаковать. В какой-то момент, истекая кровью, командир взвода со связкой гранат в руках бросился под танк. Столб огня и дыма взметнулся над вражеской машиной, вместе с ней погиб и отважный офицер. Атака противника захлебнулась. На рубеже обороны героического взвода дымились лишь воронки, а на брустверах у своих ПТР навечно замерли восемь гвардейцев. За этот подвиг Павлу Ивановичу Шпетному было присвоено звание Героя Советского Союза посмертно.

К 17.00 52-я гв. сд как боевое формирование перестала существовать. К этому времени два её полка оказались полностью разбиты, части усиления сохранившимися орудиями и установками PC самостоятельно вели бой. Точную цифру убитых, раненых и попавших в плен в частях дивизии её командование, даже после завершения операции, так и не смогло установить. Известно, что вышли из строя более половины командир ров рот и часть комбатов, получил тяжёлое ранение полковник П. Г. Московский. Штаб дивизии полностью потерял связь всеми частями и, попав под удар танков, отошёл на север.

Как свидетельствуют документы 5-й гв. А, к 18.00 отдельные группы танков дивизии «Мёртвая голова» рассекли оборону 284-го гв. сп и, сняв его КП (и 233-м гв. ап), дошли до отрогов оврага восточнее Веселого, вышли на южные скаты выс. 236.7 и ворвались в северную часть Полежаева. В этот критический момент всю тяжесть боя с бронетехникой приняли на себя артиллеристы 95-й гв. сд. Их стойкость, профессионализм и слаженность решили исход поединка в излучине р. Псёл. Перед выс. 236.7 находилась глубокая балка с ответвляющимися в северном и южном направлениях отрогами. Она шла от Веселого в направлении Берегового. Наиболее глубокое ее место находилось на участок Веселый, выс. 236.7. Здесь по ее северным скатам артиллеристы оборудовали свои позиции: между х. Веселый и балкой Барушина (0,7 км юго-запад выс. 236.7) окопались батареи 103-го гв. оиптад майора П. Д. Бойко[437], далее развернулся 1/233-го гв, ап майора Бугаева. На направлении главного удара дивизии «Мёртвая голова» — западнее выс. 235.3 были сосредоточены отошедшие с северо-восточных скатов выс. 226.6 3-й и 2-й дивизионы 233-го гв. ап майора А. П. Ревина, 8-го гв. вдап 6-й гв. вдд.

Вот как вспоминал после войны тот момент командующий артиллерией 95-й гв. сд полковник Н. Д. Себежко:

«Должен заметить, что этот мощный удар главным образом приняла на себя артиллерия нашей дивизии. Если в полосе, где развернулось встречное танковое сражение, удельный вес артиллерии был незначительным, то в полосе обороны нашей дивизии артиллерия сдерживала основной удар наступающей бронетанковой группировки врага.

Когда противник стал подходить к южным скатам выс. 235.3 и северной окраине Полежаева, создалась реальная угроза прорыва и выхода противника на дорогу Прохоровка — Карташевка, то есть в тыл соседу слева. Наступил критический момент.

Понимая сложившуюся обстановку, командир дивизии бросил в бой все наличные средства и резервы: штрафную роту, роту автоматчиков и другие подразделения, а главное — привлёк всю артиллерию для борьбы с танками. Для стрельбы прямой наводкой был выведен весь 233-й гв. ап под командованием гв. подполковника А. П. Ревина. Командир полка сумел быстро вывести и открыть огонь всеми пушечными батареями, оставив на закрытых огневых позициях только гаубичные батареи. Также был брошен в бой весь 103-й гв. оиптад под командованием майора П. Д. Бойко. … Майор Бойко всегда находился в гуще боя, умело руководил подразделениями и своим личным примером вдохновлял бойцов и командиров»[438].

Но дивизия полковника А. Н. Ляхова была уже не в состоянии выдержать удар численно превосходящего, прежде всего в огневых средствах, вражеского соединения. Её рубеж был рассечён на несколько частей. Подразделения, попавшие в окружение, дрались стойко, до последнего бойца вели рукопашные бои в траншеях с мотопехотой и утюжившими хода сообщений танками. В отчёте штаба 5-й гв. А отмечается:

«Пехота, отбивая несколько ожесточенных атак, спокойно продолжала вести бой, даже при проходе через боевые порядки танков противника, неоднократно отсекала пехоту от танков, нанося значительный урон. Ценой больших потерь противнику удалось потеснить наши части. Отход пехоты был недостаточно организован»[439].

Около 18.00 под удар авиации попал КП 95-й гв. сд, развёрнутый в заросшем подлеском отроге балки северо-западнее совхоза им. Ворошилова (рядом с дорогой Прохоровка — Карташевка), и полковник А. Н. Ляхов был вынужден перенести его в район Карташевки. В этот период связь работала только через посыльных, то есть о какой либо оперативности, которая так важна в ходе динамичного боя с танковыми группами, говорить не приходилось.

О тяжелейшем положении в дивизии свидетельствует и такой факт. А. С. Жадов, понимая, что 95-я гв. сд осталась главной силой, удерживавшей немцев в излучине, в то же время управление в ней потеряно и комдив пока не в силах восстановить его, направил в дивизию ряд командиров штаба армии, в том числе начальника оперативного отдела майора Буковоскогго, а сам занялся созданием противотанковой обороны из её артподразделений.

Штаб армии об этом моменте доносил:

«Части 95-й гв. сд в результате потери управления со стороны дивизии в период атаки противника, не отразив удар танков, самостоятельно отошли на прежние рубежи, и 13.07.43 г. дивизия приведена в порядок»[440].