Красавицы советского кино - Федор Раззаков

Во многом из-за своего прямолинейного характера карьера Быстрицкой в кинематографе, по сути, не сложилась — с 1967 года она перестала сниматься в кино. Всего же в 60-е годы она записала на свой счет всего пять фильмов. Расскажем о каждом из них отдельно.

В 1959 году Быстрицкая получила приглашение от Григория Александрова сыграть молодую итальянскую графиню Марию Пандору Монтези в картине «Русский сувенир». Так как имя этого режиссера было вписано золотыми буквами в историю отечественного кинематографа, Быстрицкая посчитала за счастье работать под его началом. О чем вскоре пожалела. Дело в том, что, ознакомившись ближе со сценарием, актриса разочаровалась в сюжете. По ее мнению, это была достаточно прямолинейная агитационная картина на тему происков империализма. Быстрицкая попыталась отказаться от роли, но ее быстро поставили на место. «Не будете сниматься у нас — перекроем кислород на других фильмах». А так как Быстрицкая параллельно с работой у Александрова пробовалась на роль Евгении Гранде в одноименном фильме Сергея Алексеева, ей пришлось продолжить съемки. Если бы она знала, что там у нее ничего не выгорит (на роль Евгении Гранде в итоге взяли Ариадну Шенгелая), наверняка поступила бы в свойственной ей манере — ушла, хлопнув дверью.

В 1962 году у нее была прекрасная возможность сыграть в одном из зарубежных фильмов, но эта попытка сорвалась. Почему? Рассказывает сама Э. Быстрицкая:

«Западногерманская фирма прислала мне сценарный план по произведению Олдоса Хаксли „Гений и Богиня“ — огромный лист, где было название фильма, имена режиссера, партнеров и приписка: „Если у вас есть возражения, сообщите, мы подберем других людей“. Меня приглашали как звезду. Но здесь мне не то чтобы запретили, а просто не посоветовали ехать сниматься. Попробовала бы я после этого поехать. Если поедешь — останешься там. Для меня это было невозможно, и я нашла путь отказаться, написав, что не могу участвовать в фильме по сценарию мистика и мракобеса Олдоса Хаксли. Впрочем, через год его уже стали у нас печатать…»

Следующим фильмом в послужном списке актрисы стала уже упоминавшаяся картина «Все остается людям» (1963) Георгия Натансона. Быстрицкая снималась с удовольствием — играла свою современницу Ксению Петровну Румянцеву. Фильм занял в прокате 15-е место, собрав 23, 7 млн. зрителей. На Всесоюзном кинофестивале в Ленинграде в 1964 году картина была удостоена высшей награды.

Год спустя Быстрицкая снялась еще в одном фильме — «Негасимое пламя» Ефима Дзигана. В этом случае повторилась история с «Русским сувениром». Имя Дзигана в советском кинематографе было не менее известным, чем Александрова. Достаточно вспомнить его фильмы: «Мы из Кронштадта» (1936), «Джамбул» (1953), «Пролог» (1956). Короче, очарованная этим именем, Быстрицкая согласилась сниматься. И вновь пожалела.

Съемки проходили в Сибири, на Енисее. Актеров поселили в ужасных условиях, на каком-то пароходе, напоминавшем дырявое корыто, да еще с крысами. Режиссер все время был пьян, а в конце съемок и вовсе исчез в неизвестном направлении. К счастью, у одного из актеров — Григория Оболенского — была с собой малокалиберная винтовка, и он ходил охотиться в тайгу. Приносил куропаток, которые тут же съедались оголодавшими участниками съемок. Если бы не Оболенский со своей винтовкой, актерам скорее всего пришлось бы охотиться на вконец оборзевших крыс.

В 1966 году Быстрицкая снялась в фильме «Дачники», который снял ее коллега по Малому театру и ее астрологический «родственник» Борис Бабочкин. Натуру снимали в Архангельском, Бехове и Поленове в июле — августе, и поначалу работа шла тяжело. Это видно по дневнику, который вел Бабочкин. Процитирую несколько отрывков:

«23 июля. Съемка в Поленове: Анненков, Велихов, Бабочкин. Кадр — 86, без начала и не кончили. Нифонтова отказалась сниматься: „не устраивает быт“. Скандал прямо на съемке…

26 июля. Дождь. Съемки не было. Костюм Ларионова оказался совершенно негодным. У меня рубашка не годится — ужас, бардак. Организация всей экспедиции ужасна!..

5 августа. Из-за позднего начала съемки не отснят эпизод Нифонтова — Подгорный. Группа и я с ней выехали на съемку в 8.15. Но г-жи Нифонтова и Быстрицкая приехали в 11.30. Начали снимать в первом часу…

Партгруппа в 9 вечера. Федорец читал мне нотацию, как себя вести…

18 августа. Выходной день. Профилактика камеры.

Вечером в Заокске встреча с активом района, поздравляли Руфину и Элину с народными (Э. Быстрицкой и Р. Нифонтовой в те дни присвоили звания „Народный артист РСФСР“. — Ф. Р.)…»

И наконец, пятым фильмом, в котором Быстрицкая снялась в 60-е, стала революционная лента «Николай Бауман» (1968) Семена Туманова. Она сыграла роль подруги Максима Горького, актрисы Марии Андреевой. Неплохая, в общем-то, картина, но сама Быстрицкая вспоминает о ней почему-то с неохотой.

На этом список ролей в большом кинематографе у героини нашего рассказа обрывается. Причем надолго — на 27 (!) лет. Почему у этой бесспорно выдающейся актрисы произошел такой длительный перерыв в кинематографической карьере? Причин здесь несколько. Но главная заключена в характере самой Быстрицкой. Наученная горьким опытом предыдущих неудач, она стала так дотошно подходить к выбору ролей в кино, что большинство режиссеров в конце концов перестали приглашать ее на съемки. Какой толк, рассуждали они, приглашать Быстрицкую, если она все равно откажется. Именно поэтому в последующие два десятилетия Быстрицкая играла только в театре. Среди ее новых ролей отмечу следующие: Донна Анна в «Каменном хозяине» Леси Украинки, Панова в «Любови Яровой» К. Тренева, Чернобривцева в «Урагане» А. Софронова, Пелагея в «Фоме Гордееве» М. Горького, Кручинина в «Без вины виноватых» А. Островского, Юлия Филипповна в «Дачниках» М. Горького, Марья Ивановна в «Главной роли» С. Алешина, Эльза Хеедберг в «Герое фатерланда» Л. Кручковского, Глафира в «Волках и овцах» А. Островского, герцогиня Мальборо в «Стакане воды» Э. Скриба, Анна Петровна в «Иванове» А. Чехова, Софья Марковна в «Старике» М. Горького, Лидия Юрьевна в «Бешеных деньгах» А. Островского.

Кроме этого, ряд спектаклей с ее участием сняли для телевидения. Речь идет о следующих постановках: «Волки и овцы» (1973; Глафира), «Дом Островского», «Старик» (оба — 1974), «Признание» (1976; Анастасия), «Бешеные деньги» (1978; главная роль — Лидия).

В 1978 году Э. Быстрицкой присвоили звание народной артистки СССР.

Помимо творчества в жизни Быстрицкой были и другие занятия — например, общественная деятельность. В конце 60-х за активную работу во Всероссийском театральном обществе (она заведовала военно-патриотической комиссией) Быстрицкая была удостоена звания ударника коммунистического труда. В 1970 году она вступила в ряды КПСС. Причем случилось это в тот момент, когда в СССР остро встала «еврейская проблема»: Израиль объявил СССР «холодную войну», и миллионы советских евреев поддержали свою прародину и стали мечтать об отъезде из Союза. Быстрицкая заняла противоположную позицию и стала одним из активных пропагандистов советского образа жизни среди творческой интеллигенции еврейского происхождения. За это, кстати, многие соплеменники ее недолюбливали.