От хлора и фосгена до «Новичка». История советского химического оружия - Лев Федоров

В 2002 г. на материковой части США были ликвидированы запасы зарина на объекте в Туэле (штат Юта) и продолжено уничтожение других ОВ.

В России в начале января СМИ распространили сообщение о возможном приезде в пос. Горный (Саратовская обл.) президента В. В. Путина для участия в намеченном на июль открытии завода по уничтожению химоружия.

Как следствие, в феврале глава Счетной палаты РФ С. В. Степашин и посол США в РФ А. Вершбоу демонстративно обсудили необходимость проверки «эффективности» того, как используются американские средства, выделенные на ликвидацию химоружия России. Посол указал на обеспокоенность Конгресса США ситуацией, а глава Счетной палаты сообщил о намерении пригласить представителей Главного контрольного управления США для ознакомления с ходом и результатами проверки, которую должны были вести его сотрудники.

В феврале же Счетная палата РФ и Главное контрольное управление администрации президента (ГКУ) проверили готовность объекта в пос. Горный к началу работ. Контролеры Счетной палаты обнаружили бесследное исчезновение 73 млн руб. Проверка ГКУ президента показала, что к 1 апреля в эксплуатации могли оказаться лишь 17 сооружений и на начало уничтожения ОВ в июле надеяться не приходилось. Выяснилось также, что в стране просто отсутствовала нормативно-правовая среда для проведения работ по химическому разоружению — правительство России приняло лишь 13 из 31 нормативного акта, которые были необходимы для реализации уже принятых федеральных законов РФ.

В сентябре ГКУ повторило проверку. На сей раз было отмечено, что из 62 зданий и сооружений промзоны лишь на 51 были завершены строительно-монтажные и проводились пуско-наладочные работы, а готовность пяти составляла 45–70 %. Не был начат монтаж системы оповещения населения об опасности [999].

Сохраняли свою актуальность вопросы старого химоружия.

В 2002 г. в руководстве Москвы отреагировали на быстрое и эффективное решение в 2001 г. проблемы старого химоружия в Вашингтоне (США) на месте образованного в 1918 г. военно-химического полигона, а также на публикацию двух книг о закопанном в стране и в Москве химоружии [3, 4]. В апреле 2002 г. мэр Москвы Ю. М. Лужков посетил новый «Птичий рынок». Лес через дорогу от рынка, где поныне закопано химоружие на территории лесопарка Кузьминки, мэр «не заметил». В июне экологический министр мэра Л. А. Бочин солгал москвичам, что на военно-химическом полигоне (он был образован в Кузьминках тоже в 1918 г. [145]) будто бы лишь «испытывались снаряды (но отнюдь не химическое оружие)… никаких отравляющих веществ в… захоронениях не содержалось». Поскольку Л. А. Бочин опустился до того, что вел речь лишь о 78 га лесопарка, хотя во всех документах предвоенных лет площадь военно-химического полигона определялась от 900 до 1100 га, за благополучие столицы России, где на полигоне в лесопарке Кузьминки и поныне закопан иприт [659], а также другие ОВ, можно не беспокоиться. После подобных демаршей лживого экоминистра неудивительно появление официального документа об объявлении Кузьминок… природно-историческим парком [989].

31 августа правительство РФ одобрило Экологическую доктрину России. «Решение проблемы старого химического оружия» было обозначено в ней в числе важнейших экологических задач [983] (запись появилась по инициативе союза «За химическую безопасность»). Химический генералитет исполнять эту важнейшую задачу, в том числе в части закопанного химоружия, не стал.

В 2002 г. ГСНИИОХТ подготовил сильно запоздавший отчет об «обеспечении безопасности хранения химического оружия на основе прогноза возможных последствий аварий» [984]. Авторы, однако, упустили один момент. В боеприпасах с зарином и зоманом, где накапливаются большие количества фтористого водорода (HF), коррозионный процесс может развиваться не только по разобранной ими схеме. Возможно также и водородное охрупчивание (при взаимодействии HF с железом корпуса образуется водород, который способен диффундировать через металл с параллельной потерей им пластичности и прочности и рождением трещин на дефектах его кристаллической структуры). Одно из следствий — это вероятность утечек ОВ из химбоеприпаса не только в районе запального стакана. Другое — попадание водорода в атмосферу склада с последующей головной болью для пожарных. Применительно к хранению боеприпасов с зарином и зоманом вопрос о водородном охрупчивании был поставлен в 2004 г. в книге доктора технических наук В. И. Романова [643].

26 октября в Москве состоялся штурм здания с заложниками (зрителями мюзикла «Норд-ост»), захваченного террористами [710]. Перед началом штурма спецслужбы России усыпили всех обитателей концертного зала — и террористов, и простых зрителей — с помощью «несмертельного» ОВ (инкапаситанта), которое будто бы должно было временно усыпить людей. Не проснулись (погибли от химического отравления «несмертельным» ОВ) 130 ни в чем не повинных зрителей (называют и большее число погибших). Точная формула ОВ обществу сообщена не была. Виновники гибели людей обнаружены не были. Руководитель штурма генерал ФСБ В. Е. Проничев и исполнитель-аноним («химик») были… удостоены звания Героя России.

5 ноября глава Росбоеприпасов З. П. Пак принял «Решение о подготовке ФГУП „Каменский химический комбинат“ к переработке реакционных масс», образующихся при детоксикации ФОВ. Речь шла о передаче отходов детоксикации (то есть химоружия категории 2) на обычные предприятия химической промышленности, как если бы химические связи С-Р в компонентах реакционных масс уже поисчезали, а с ними и надзор со стороны ОЗХО за ни в чем не повинными предприятиями химической промышленности. Ничем путным та авантюра не кончилась — жителям Ростовской обл. идея завезти в Каменск на завод взрывчатки еще и отходы детоксикации ФОВ не приглянулась.

В 2002 г. продолжились работы по созданию технологий уничтожения химбоеприпасов путем тайного уничтожения на складах их «аварийных» партий.

В августе во время встречи с С. В. Кириенко автор настоящей книги обратил его внимание на странную сезонность «течи» химических боеприпасов. Он ответил, что дал указание прекратить массовое уничтожение «аварийного» химоружия, умолчав о том, что основные запланированные технологические работы к тому моменту в основном были выполнены. На осень оставалось выполнить совсем немного опытов, и их никто отменять не собирался.

Осенью на складе химоружия в Плановом (Щучьем) были тайно (и незаконно) уничтожены в опытном порядке партия головных частей для реактивных снарядов, 195 кассетных элементов, достаточных для наполнения трех головных частей ракет «Точка-У», а также головная часть для ракеты Р-17.

В сентябре на химскладе в Мирном (Марадыковском) начался тайный (и незаконный) опыт по ликвидации советского V-газа в «аварийных» авиационных химических боеприпасах. В качестве метода была избрана заливка обыкновенной воды («реагента») непосредственно в их корпуса и выдерживание в течение 100 дней [981]. Для опыта были избраны 15 ВАПов типа ПАС-50 °C и одна бомба типа БАСА-15 °C. Опыт был включен в государственный оборонный заказ на 2002 г. (приложение 27 к постановлению правительства РФ от 21 февраля 2002 г. № 125-10). За исполнение ГСНИИОХТу было запланировано выдать из бюджета 2,0 млн руб., а в течение года та сумма выросла до 4,11 млн руб. Работа была внесена в раздел «Доработка и совершенствование технологий и технологического оборудования для уничтожения ФОВ». Для публики предлог уничтожения авиахимбоеприпасов был избран обычный — «аварийность».