КГБ. Председатели органов госбезопасности. Рассекреченные судьбы - Леонид Млечин

Круглов занимался охраной советских правительственных делегаций на Крымской (в Ялте) и Потсдамской конференциях. Американцы и англичане наградили его своими орденами.

15 января 1946 года в «Известиях» было написано в разделе «Хроника»: «Президиум Верховного Совета СССР удовлетворил просьбу заместителя председателя СНК СССР т. Л. П. Берии оба освобождении его от обязанностей наркома внутренних дел СССР ввиду перегруженности его другой центральной работой. Народным комиссаром внутренних дел назначен т. С. Н. Круглов».

Круглову было тридцать восемь лет.

Весной 1946 года наркомов переименовали в министров.

Профессор Владимир Филиппович Некрасов, лучший знаток истории отечественного министерства внутренних дел, так говорил мне о Круглове:

— Способный, умный, образованный, особенно на фоне предшественников. Крутоват. Когда он в двенадцать ночи созвал совещание и генерал-лейтенанта Кривенко, начальника главка пс делам военнопленных и интернированных, не нашли, то родился грозный приказ: всего двенадцать часов, а генерал-лейтенанта на месте нет! Непорядок! Уходишь — должны знать замы и секретарь, где ты находишься.

Когда Круглов стал министром, ведомство оказалось усеченным. В конце 40-х — начале 50-х годов из МВД передали в министерство государственной безопасности не только все оперативные подразделения, управление правительственной связи и охрану правительственных объектов, но и внутренние войска, пограничников, милицию, уголовный розыск. По существу, МВД осталось лагерным министерством.

ХОЗЯИН ГУЛАГА

Масштаб ГУЛАГа становится ясным, когда читаешь подготовленное Берией в 1953-м постановление о передаче другим министерствам производственных управлений МВД:

Главное управление строительства Дальнего Севера (Дальстрой);

Главное управление по разведке и эксплуатации месторождений и строительству предприятий цветных и редких металлов в Красноярском крае (Енисейстрой);

Норильский комбинат цветных и редких металлов;

Аффинажные заводы № 169 — в г. Красноярске, 170 — в г. Свердловске, 171 — в г. Новосибирске;

Вяртсильский металлургический завод;

Управление строительства Куйбышевской гидроэлектростанции (Куйбышевгидрострой);

Управление строительства Сталинградской гидроэлектростанции (Сталинградгидрострой);

Управление проектирования, изысканий и исследований для гидротехнических строек (Гидропроект);

Главное управление по строительству нефтеперерабатывающих заводов и предприятий искусственного жидкого топлива (Главспец-нефтестрой);

Ухтинский комбинат по добыче и переработке нефти;

Главное управление шоссейных дорог (Гушосдор);

Главное управление железнодорожного строительства;

Управление строительства Главного Туркменского канала (Средазгидстрой);

Управление Нижне-Донского строительства оросительных и гидротехнических сооружений;

Главное управление асбестовой промышленности;

Главное управление слюдяной промышленности;

Промышленные комбинаты Печорского угольного бассейна — комбинат «Воркутуголь», комбинат «Интауголь»;

Промышленный комбинат по добыче апатито-нефелиновых концентратов («Апатит»);

Управление строительства Кировского химического завода;

Главное управление лесной промышленности;

Главное управление строительства Волго-Балтийского водного пути (Главгидроволгобалтстрой);

Промышленный комбинат по добыче и обработке янтаря в Калининградской области (комбинат № 9)…

Все эти производственные монстры существовали за счет рабского труда заключенных. Министерство внутренних дел не только предоставляло строительным и производственным ведомствам эту бесплатную и безропотную рабочую силу, но и само превратилось в производственно-строительное министерство.

В течение нескольких лет хозяином этого «архипелага ГУЛАГ», описанного Александром Исаевичем Солженицыным, и был Сергей Круглов.

Архипелаг строился долго. Поначалу его хозяева вовсе не собирались морить заключенных.

В книге профессора Некрасова «Тринадцать „железных“ наркомов» приводится рапорт Дзержинскому начальника секретного отдела ВЧК Т. П. Самсонова, который побывал в Лефортовской тюрьме и ознакомился с условиями содержания политических заключенных. Это 1921 год:

«В камерах: грязо, сырость, вонь, испарения и главное — дым, абсолютно на дающий возможности дышать… В камерах примитивны дымные железные печки, тяги в них никакой нет; арестованные жалуются на плохое питание и отсутствие книг. В коридорах непроницаемый дымный мрак, на полу вода и грязь… Объявляемые здесь голодовки политическими с требованием перевода в Бутырки надо считать правильными. Так обращаться дальше с живыми людьми и содержать их в таких условиях нельзя, это преступление.

Выводы: разогнать и отдать под суд администрацию Лефортовской тюрьмы за бесчеловечное содержание арестованных, причиной чего является их бездеятельность и нерадение».

После революции были люди, которые реально выступали против власти большевиков и не боялись репрессий, хотя риск был ясен. Многих из политических противников, с которыми не расправлялись на месте, отправляли в ссылку на два-три года. Потом давали тот же срок, но уже в лагере на Соловках или в политизоляторе. Затем к политизолятору добавляли ссылку и запрещалр жить в крупных городах («минус»). В общем, был создан своего рода конвейер: лагерь — ссылка — «минус». Как только политзаключенные освобождались, их тут же опять брали, создавали новое дело и вновь отправляли в лагерь.

История отечественной пенитенциарной системы описана авторами коллективного труда «Органы и войска МВД России» (1996). После революции контроль за местами лишения свободы был возложен на местные Советы. Советы создавали комиссии, которые должны были решать, нужно ли держать заключенного за решеткой или его следует освободить. В официальных заявлениях новой власти говорилось о том, что она собирается не столько наказывать, сколько воспитывать, для чего и организуются, мол, сельскохозяйственные исправительно-трудовые колонии.

Но 5 сентября 1918 года появилось постановление Совнаркома РСФСР «О красном терроре». Декретом ВЦИК от 21 марта и постановлением ВЦИК от 17 мая 1919 года были созданы концентрационные лагеря ВЧК и лагеря принудительных работ НКВД. В 1920-м на Соловецких островах появился первый лагерь особого назначения для активных врагов советской власти.

После окончания Гражданской войны все места заключения подчинялись НКВД. В них сидели около 70 тысяч человек. Примерно с 1925 года сажать стали больше. К концу 20-х вызревает идея широко использовать заключенных для созидательного труда. В 1929 году создается система исправительно-трудовых лагерей. Они должны не просто стать самоокупаемыми, но и давать прибыль. ОГПУ получило право вести следствие, выносить приговоры, сажать и использовать труд заключенных.