Дин Рид: трагедия красного ковбоя - Федор Раззаков

История с бензином уходила корнями в недавнее прошлое. Все началось 6 октября, когда Египет и Сирия напали на Израиль. Однако эта война дилась недолго – всего 19 дней. После того как Израиль нанес ряд поражений объединенным войскам противника, те отступили. 25 октября между этими странами было заключено перемирие. А три дня спустя семь арабских нефтедобывающих стран объявили эмбарго на поставки нефти в США и Нидерланды из-за произраильской позиции этих государств. 5 ноября те же страны приняли решение о сокращении добычи нефти на 25 %. Так они пытались заставить Израиль вывести свои войска с оккупированных арабских территорий. Сделать это им так и не удалось, зато они смогли перетянуть на свою сторону некоторые страны. Так, Великобритания прекратила поставки оружия в Израиль, а Япония отказалась от своих произраильских симпатий.

Одновременно с сокращением добычи и поставок нефти арабские государства – члены ОПЕК – повысили цены на нее: 16 октября цена 1 барреля (159 литров) повысилась на 70 %. В итоге западные страны, особенно европейские, вынуждены были пойти на радикальные меры: ограничение пользования автомобилями и снижение максимальной скорости. В ФРГ цена на дизельное топливо подскочила с 12 пфеннигов за литр до 70 пфеннигов. В те дни по восточногерманскому телевидению показывали улицы многих городов ФРГ, которые словно вымерли – на них почти не было автотранспорта.

На фоне этих событий продолжалась творческая жизнь Дина. Он давал концерты, а также трудился над сценарием своего первого полнометражного фильма. Во многом эта лента должна была стать для Дина автобиографической, хотя действие ее и происходило во второй половине XIX века в США. Главного героя этой картины – солдата-кавалериста американской армии Гармонику – Дин собирался играть сам и наделил его многими своими чертами.

Сюжет фильма был таков: во время налета кавалерийского полка на деревню индейцев племени шайенов Гармоника настолько потрясен увиденными зверствами, что сбегает из армии (в этом эпизоде герой Дина ломает о колено древко американского флага, а реальный Дин этот самый флаг выстирал перед посольством США в Сантьяго). Потом Гармоника спасает от смерти индейскую девушку и на руках приносит ее в деревню шайенов. Поначалу индейцы не слишком доверяют бледнолицему, но тому все же удается убедить индейцев в своей честности, и они оставляют его у себя. Он женится на спасенной девушке и воюет против своих бывших однополчан в рядах шайенов. Как признается позже сам Дин: «Гармоника, как и я, прошел путь от наивного юноши, верящего в то, что его армия творит добро, до пацифиста, а затем активного борца против любого угнетения».

Еще на стадии, когда сценарий только задумывался, Дин долго размышлял о том, на каком материале следует остановиться. И тут как нельзя кстати подоспели события в Вундед-Ни, где индейцы выступили против правительства США. Так Дин нашел тему своего будущего сценария, который он назвал «Братья по крови». А когда он заикнулся об этом на «ДЕФА», там его идею полностью поддержали, поскольку создание так называемых «дефа-вестернов» на этой киностудии с середины 60-х было поставлено на поток.

Обращение восточногерманских кинематографистов к такому жанру, как вестерн, было не случайным. За несколько лет до них подобные фильмы стали снимать их соотечественники и вечные идеологические конкуренты западные немцы, выпустив за несколько лет (1962–1968) целую серию фильмов по книгам Карла Мая о приключениях вождя апачей Виннету и его верного друга белого охотника Олда Шаттерхэнда.

Эти фильмы имели огромный успех в Европе и принесли их создателям огромные прибыли. Поэтому в ГДР и было принято решение начать выпуск собственных вестернов. Причем если западные немцы, создавая свои «штрудель-вестерны», преследовали исключительно материальные выгоды и не слишком заботились об идеологии, то их восточные соседи пошли иным путем: во главу угла они поставили не кассовые сборы (хотя и они имелись в виду), а прежде всего идеологию. В «дефа-вестернах» речь должна была идти о благородных индейцах, которые в одиночку противостоят алчным и коварным бледнолицым капиталистам, а также безжалостной регулярной американской армии (намек на современную армию США был более чем прозрачен).

Стоит отметить, что и серия фильмов «про Виннету» отличалась от американских вестернов прежде всего тем, что индейцы в них выступали в качестве положительных героев (в то время как в американских они в основном представали исключительно в образе злодеев). Мало кто знает, но сами североамериканские и канадские индейцы были крайне недовольны сложившейся в кино ситуацией и пытались изменить ее. Например, в 1967 году канадские индейцы обратились в департамент культуры с предложением, чтобы Управление канадской кинематографии содействовало созданию хотя бы одного фильма, в котором индейцы побеждают бледнолицых (фильмы про Виннету в канадском прокате не шли). Но, увы, их просьба осталась без внимания. Но вернемся к «дефа-вестернам».

В качестве литературной основы для своего первого вестерна восточные немцы взяли книгу Лизелотты Вельскопф-Генрих «Харка – сын вождя» из цикла романов «Сыновья Большой Медведицы». Именно этот цикл и дал название первому «дефа-вестерну», который снял «варяг» – чехословацкий режиссер Йозеф Мах. Главную роль в «Сыновьях Большой Медведицы» сыграл будущий главный индеец студии «ДЕФА» и всего социалистического лагеря югославский актер (серб по национальности) 25-летний Гойко Митич (до этого он играл индейцев только в эпизодах, в том числе и в фильмах серии «про Виннету»).

В последующие восемь лет Митич был впряжен в настоящий конвейер по выпуску «дефа-вестернов», снявшись подряд в восьми картинах: «Чингачгук – Большой Змей» (1967), «След Сокола» (1968), «Белые волки» (1969), «Смертельная ошибка» (1970), «Оцеола» (1971), «Текумзе»(1972) «Апачи» (1973), «Ульзана» (1974). Говоря по правде, этот конвейер буквально выхолостил Митича. И если в первых «дефа-вестернах» он снимался с огромным удовольствием, находя в них массу привлекательного для себя, то в последние годы эта работа ему откровенно наскучила.

Для миллионов зрителей во многих странах он превратился в актера одной роли, хотя сам считал, что его актерский потенциал гораздо шире. Митич мечтал играть в театре, а в кино хотел перейти от ролей индейских вождей к более серьезным и драматическим. Поэтому, когда в 1973 году к нему в очередной раз обратились с предложением сыграть храброго индейца Твердую Скалу (родного брата той самой индейской девушки, которую спасал герой Дина) в фильме «Братья по крови», Митич пребывал в больших сомнениях. Во-первых, по причине названной усталости от подобных ролей, а во-вторых – он прекрасно знал, под кого именно делается эта картина – под Дина Рида. А к этому человеку у Митича были противоречивые чувства.

С одной стороны, он уважал его как певца (в меньшей степени как актера, поскольку был хорошо осведомлен о его ролях в итальянских «спагетти-вестернах»), с другой – не одобрял его слишком тесных связей с властями предержащими. Как и большинство восточных немцев, Митич знал, на ком был женат Дин, и делал однозначный вывод – этот брак явился следствием расчета со стороны певца. Поэтому у Митича, который всегда был аполитичен и любил свободу во всех ее проявлениях, подобный шаг не мог вызвать одобрения. Но в то же время он понимал, что, отказываясь от роли в «заказном» фильме, он рискует навлечь на себя гнев со стороны начальства, чего ему тоже не хотелось. В итоге после некоторого раздумья Митич согласился сниматься в своем десятом по счету «дефа-вестерне». Однако до начала съемок этого фильма еще несколько месяцев, а пока Дин занят другими делами. В частности, он вновь посетил Советский Союз, однако визит этот оказался самым коротким из всех, что ему приходилось осуществлять до этого.