Курский излом. Решающая битва Великой Отечественной - Валерий Замулин

«Обе группы армий уже теперь почувствовали всю трудность операции. Мощная система советских оборонительных рубежей с множеством траншей, минных полей и противотанковых препятствий, сосредоточенный огонь артиллерии и многоствольных реактивных установок, многочисленные врытые в землю танки — все это сильно задерживало продвижение немецких ударных частей. На позициях перед 9‑й армией [426] огонь русской артиллерии, казалось, был наиболее сильным. Выяснилось, что количество пехотных дивизий, особенно у группы армий «Юг», недостаточно. Поэтому мы были вынуждены использовать танковые дивизии для прорыва русских оборонительных рубежей, которые были укреплены всеми возможными средствами против танкового наступления»{378}.

Расчет на то, что после прорыва у грейдерной дороги Томаровка — Яковлево и в районе Черкасского сопротивление русских частей в долине Ворсклицы (на флангах 48‑го тк и 2‑го тк СС) ослабнет, не оправдался. Русские дрались очень упорно, 48‑й тк сразу увяз на рубежах 71‑й гв. и 67‑й гв. сд, а от наступления одного лишь 315‑го пп 167‑й пд на позиции 153‑го гв. сп 52‑й гв. сд по западном берегу Ворсклицы в районе Стрелецкое, Задельное, Каменный Лог ожидать больших результатов не приходилось. В то же время на правом фланге положение сложилось еще сложнее. Оборона советской 375‑й сд оказалась настолько сильной, что брошенная на ее прорыв в полном составе мд СС «Мертвая голова» сделать ничего не смогла. В этой обстановке полный провал наступления АГ «Кемпф», которая имела задачу прикрыть правый фланг 4‑й ТА, но весь день продолжала топтаться на месте, оказался для Гота «ударом ниже пояса». Более подробно о ситуации в полосе армейской группы остановлюсь ниже.

Таким образом, уже после первого дня наступления остро встал вопрос о нехватке войск. Дивизии СС хотя и преодолели первый рубеж, но «коридор» оказался узким, сразу возникла необходимость в существенном усилении флангового прикрытия. Хауссер был вынужден и прорывать оборону, и прикрывать фланги, и закреплять территории только частями моторизованных дивизий, что явно не работало на выполнение основной задачи. Гот рассчитывал на трудности в этом отношении, но не столь значительные. Поэтому об усилении дивизии «Лейбштандарт», действовавшей на направлении главного удара 2‑го тк, СС пока рассчитывать не приходилось.

Говоря о действиях корпуса Хауссера, хочу обратить внимание читателя вот на какой момент. Некоторые исследователи указывают на то, что в исторической литературе слишком преувеличена степень готовности ряда его соединений перед началом наступления. Проблемы с качеством личного состава, утверждается в ряде изданий, решительным образом повлияли на неудачи противника уже в первый день наступления на Курск. Особенно часто упоминается ситуация в мд СС «Лейбштандарт». Так, С. Ньютон пишет:

«Лейбштандарт» потеряла Зеппа Дитриха, чье убытие нанесло сильный удар по моральному [427] духу частей, несмотря даже на то, что «Оберзепп», как нежно его называли в войсках, не был столь компетентным командиром. Дитриха перевели для организации штаба следующего танкового корпуса СС, а с собой в качестве основы кадрового состава новой дивизии «Гитлерюгенд» он взял 35 старших офицеров, роту из разведбатальона, один танковый и один артиллерийский батальоны. Операцию «Цитадель» дивизия начала с новым командиром и новым офицерским составом танкового, артиллерийского, обоих мотопехотных полков и четырех батальонов. Более того, в жестоких и кровопролитных боях под Харьковом в феврале — марте дивизия понесла потери более чем в 4,5 тысячи человек. Единственным пополнением, взамен понесенных потерь, стали 2500 человек, принудительно переведенные из люфтваффе, и несколько сот новобранцев, прибывших по системе пополнения личного состава, принятой в войсках СС»{379}.

Действительно, легче и эффективнее воевать полнокровными частями с опытными, знающими свое дело офицерами и обученными солдатами. В этом отношении командованию соединений СС не позавидуешь, проблем у него было немало, и их трудно назвать простыми. С точно такими же сложностями сталкивались и две других дивизии СС: «Дас Райх» и «Мертвая голова».

Но этот, казалось бы, весомый аргумент не стоит использовать для объяснений неудач немцев ни в ходе прорыва полос обороны Воронежского фронта, ни общего замысла «Цитадели». Если с этими мерками подходить к советским дивизиям и корпусам, то их в таком случае вообще можно отнести к небоеспособным. Вспомним, перед началом битвы 52‑ю гв. сд, полосу которой прорывала именно «Лейбштандарт», возглавил полковник И. М. Некрасов, который тоже в дивизии до этого не воевал, никогда не командовал соединением и даже не был заместителем командира дивизии. Кроме того, в этом соединении было проведено еще два назначения на очень ответственные и важные должности. Появился новый начальник штаба подполковник Г. Г. Пантюхов, который пришел в армию из войск охраны НКВД, затем командовал стрелковым полком и опыта штабной работы в дивизии не имел. Но так сложится ситуация, что уже 6 июля он возьмет управление дивизией на себя и будет командовать войсками на протяжении всей операции. Так же был заменен командир одного из трех стрелковых полков — 155‑го гв. сп. Полковник И. М. Чистяков также пришел из НКВД, не имел ни опыта, ни знаний, необходимых для этой должности. До ноября 1942 г. он занимался военно–политической [428] работой — служил политруком роты, комиссаром батальона, редактором малотиражной газеты. Произошли серьезные кадровые перемены и в руководстве артиллерии дивизии — ушел опытный артиллерист подполковник Н. Д. Чевола, командир дивизионного 124‑го гв. ап. Если учесть эти моменты, то по меркам американского историка в 52‑й гв. сд, как, в общем–то, и в других соединениях 6‑й гв. А, из–за смены столь значительного числа командиров и убытия комдива о каком–либо боевом духе не могло быть и речи. Хотя ход боя 5 июля показал совсем иное.

Что же касается нехватки личного состава у Хауссера и его низкого уровня подготовки, то дивизии 6‑й гв. А, в том числе и 52‑я гв. сд, до этого сражались под Сталинградом. Они понесли более существенные потери, чем та же дивизия бригаденфюрера Виша под Харьковом, а выделяемого пополнения едва хватало для укомплектования 60 % штата стрелковых рот. Перед началом сражения командование Воронежского фронта спешно проводило мобилизацию местного населения в зоне фронта. Значительная часть из этих новобранцев пришла в дивизии первого эшелона, в том числе и 52‑ю гв. сд, за три надели до начала боев. К примеру, в 155‑м гв. сп до 60 % рядовых и младших командиров являлись жителями Курской области, призванными в мае — июне 1943 г. Понятно, что за столь короткий срок провести обучение людей, не имевших навыков военного дела, и подготовить их как следует не удалось, это касается и младшего комсостава. Справедливости ради замечу: среди других дивизий 6‑й гвардейской 52‑я гв. сд по укомплектованности находилась на первом месте. Но это не отражало качества профессиональной подготовки солдат и командиров. Возьмем, к примеру, ситуацию в 67‑й гв. сд, которая в первый день вражеского наступления действовала более успешно, чем 52‑я гв. сд. В приказе командования 6‑й гв. А по итогам проверки от 17 июля 1943 г. отмечалось, что в ее 201‑м гв. сп некомплект младшего командного состава достигал 41 %, а «…из 23 проверенных командиров получили оценку «хорошо» — 2 человека, «посредственно» — 8 и «плохо» — 13»{380}. Поэтому считаю, что по уровню укомплектованности, подготовки личного состава соединения противоборствующих сторон находились примерно на одинаковом уровне.