Чингисхан. Кости холмов - Конн Иггульден

Сцена сражения с русским войском из первой главы происходит во времена V Крестового похода в Святую землю. Для справки: Большой кафедральный собор Святой Софии возвели в начале 1045 года на месте бывшей тринадцатикупольной деревянной церкви, построенной столетием раньше. Средневековая Русь, как и сама Европа, стояла на пороге длительного периода храмового строительства и распространения христианства, что приведет к столкновению с исламом на целых четыре столетия. Описание военного снаряжения и вооружения той эпохи я постарался дать как можно более точно.

В книге я использовал древнее название Кореи – Корё, которое означает «высокая и прекрасная страна». Дойдя до Кореи, монголы изгнали оттуда каракитаев (или каракиданей) – народ, состоявший в дальнем родстве с самими монголами. Покинув родину, каракитаи обосновались в корейских горах, и все попытки правящей корейской династии искоренить их не увенчались успехом.

Военачальники, такие как брат хана Хасар, Джебе и Субудай, вполне заслуженно получили прозвище «свирепых псов Чингиса». Остановить их было практически невозможно. И все же Чингис направил войска против мусульман Средней Азии, когда завоевание Китая, даже северного, еще не было завершено. Реальный Джебе, Стрела, появляется на страницах истории немного раньше, чем у меня, однако требования сюжета порой делают изменения неизбежными. Вместе с Субудаем он составляет пару самых известных полководцев своего времени – равных в своих способностях, одинаково безжалостных и абсолютно преданных хану.

Чингис завоевывал города не для того, чтобы править ими, это просто не входило в его планы. Цели его войн всегда имели личный характер; задачей хана всегда было уничтожение личных врагов, независимо от размеров армий и числа городов, стоявших на его пути. Чингис собирался вступить в переговоры с цзиньским императором о сдаче Яньцзина, но после бегства императора в Кайфын Чингис сжег столицу и послал войско следом за императором. Несмотря на значительные разрушения, война все же велась в рамках частной распри Чингиса с отдельной семьей.

Иные события побудили Чингиса изменить взгляд на войну как на личную распрю. Действительно, одна из монгольских дипломатических – точнее, разведывательных – миссий была уничтожена хорезмшахом. По разным источникам, Чингис отправил от ста до четырехсот пятидесяти человек, однако все были схвачены наместником Отрара, родственником хорезмшаха. Даже после этого Чингис объявил наместника негодяем и снова отправил троих послов с требованием выдачи наместника как преступника и начать переговоры о возвращении людей из торговой миссии. Но все пленники были убиты. Именно это событие и привело Чингиса в земли мусульман. В то самое время Чингис совершенно определенно намеревался довершить завоевание Китая. Хан не имел ни малейшего желания открывать второй фронт и начинать войну с многочисленной армией враждебного государства. Однако Чингис не принадлежал к числу людей, способных оставить без внимания брошенный вызов, открыто ставивший под сомнение его авторитет как правителя. Монгольская армия двинулась на врага, и миллионы погибли в этой войне. Рассказывают, что Чингис в одиночку взошел на вершину горы и обратился оттуда к Отцу-небу: «Не я виновник этих несчастий, но даруй мне сил, чтобы совершить возмездие».

Разозлив Чингиса, наместник Отрара совершил тем самым, возможно, одну из самых страшных военных ошибок в истории. Вероятно, он просто решил, что может безнаказанно оскорбить монгольского хана. Будучи двоюродным братом шаха, наместник рассчитывал на поддержку несметных армий, а потому, похоже, ни во что не ставил реальность монгольской угрозы.

Развалины Отрара ныне погребены под песками. Город так и не возродился после падения. Иналчук был казнен. Расплавленное серебро влили ему в глаза и уши. Хотя я изменил очередность взятия городов, шаху действительно пришлось спасаться бегством, как я это и описал. Субудай и Джебе шли по следам хорезмшаха, однако ему удавалось опережать преследователей на тысячу миль. Путь пролегал по территориям современного Узбекистана и Ирана к побережью Каспийского моря, где шах с сыновьями сели в лодку и отправились на маленький остров[5]. Измотанный преследованием, шах скончался на этом острове от воспаления легких, и место отца занял его старший сын Джелал ад-Дин, ставший впоследствии во главе мусульманского войска. В конце концов принц сошелся с Чингисом в сражении у реки Инд. Армия принца была разбита, однако ему самому удалось бежать. Малолетний внук Чингиса, будущий Хубилай-хан, на самом деле присутствовал при этой битве, и говорят, что Чингис счел необходимым отметить перед мальчиком мужественный поступок Джелал ад-Дина как пример того, каким образом мужчине следует жить и умереть.

Имя арабского ордена ассасинов обычно связывают с использованием ими наркотических средств для приведения себя в состояние исступленного бешенства. Отсюда арабское «хашашин» – слово, переданное нам Марко Поло как «ашашин». Не исключено, однако, что слово это попросту восходит к арабскому «ассассин», что значит «защитник». Ассасины принадлежали к мусульманам-шиитам, которые имеют немало отличий от последователей основного течения в исламе – суннитов. Практика демонстрации находящимся под наркотическим дурманом новобранцам «рая» и «ада» имела место в действительности. Можно только представить, какое воздействие оказывал такой показ на впечатлительные молодые умы. Безусловно, репутация ассасинов была связана с безграничной преданностью Старцу Горы, или Горному Старцу. Их влияние на общество было огромным, а история об отравленной лепешке, положенной на грудь Саладина во время сна, – тоже правда. Отравленная лепешка стала ясным посланием о том, чтобы ассасинов оставили в покое. И хотя крепости ассасинов были разрушены Чингисом и его преемниками, секта вела активную деятельность еще на протяжении многих лет.

Слоны использовались против монголов в битвах при Отраре, Самарканде и в других. Безнадежная тактика против воинов, чьим главным оружием были лук и стрелы. Монголы нисколько не испугались чудовищных зверей-убийц, успешно отбивая стрелами их атаки. Всякий раз слоны поворачивали назад и крушили свое же войско. Завладев однажды слонами, Чингис все же предпочел отпустить их на волю, вместо того чтобы использовать в бою столь ненадежных существ.

В интересах сюжета минарет, которому «поклонился» Чингис, я перенес в Самарканд. На самом же деле этот минарет, около 150 футов (примерно 50 м) высотой, сохранился до наших дней и стоит в Бухаре. Рассказывают, что Чингис обратился к состоятельному купечеству этого города и заявил, что они совершили много грехов, доказательством чему служит его появление в их городе. Действительно ли Чингис считал себя божьей карой или это было только его фантазией, теперь уже не скажет никто.

На заметку: в исламе Авраам считается первым мусульманином, подчинившимся единому Богу. Что же касается Моисея и Иисуса, то описание их жизни в Коране существенно расходится с таковым в Библии.

Из всех военачальников Чингиса только его старший сын восстал против него. Джучи забрал своих людей и отказался возвращаться к отцу. Несмотря на фиксацию события в хрониках, автору исторических романов иногда приходится давать объяснения тому, как это могло случиться. Люди Джучи должны были бросить жен и детей, что может показаться довольно странным современному человеку. Или Джучи и в самом деле был настолько харизматической личностью? Возможно, мой пример покажется неудачным, однако я вспомнил сектантского лидера Дэвида Кореша. Члены его секты погибли вместе с ним во время осады поместья «Маунт Кармел», Техас, в 1993 году. Незадолго до разгрома Дэвид Кореш объявил всех женщин секты, в том числе и замужних, своими женами. Их бывшие мужья не только не возражали, но и охотно уступили жен своему лидеру, обещав, что больше не будут с ними спать. Вот что значит власть харизматического лидера. Для современного человека, не обладающего подобной преданностью, личности вроде Нельсона, Цезаря и Чингиса всегда будут оставаться загадкой. Подробности смерти Джучи неизвестны. Даже если в его гибели и был замешан Чингис, то вряд ли стоило бы ожидать записи об этом в источниках. Однако время смерти Джучи бросает тень подозрений именно на его отца. Смерть сына, наступившая вскоре после того, как он предал отца и увел за собой его людей, должна была очень устраивать Чингиса. Мы можем быть уверены только в одном: Чингис не пользовался услугами ассасинов. Об остальном говорить с уверенностью проблематично.