В спецслужбах трех государств - Николай Голушко

Все, что было сделано парламентской комиссией Дурдинца, украинскими сотрудниками органов госбезопасности, явилось только началом трудного этапа фактического становления деятельности СНБУ. Спецслужбы государства создаются годами, а не указами или пожеланиями сильных мира сего. В первую очередь перед нами встали ответственные задачи по формированию ведущих оперативных управлений на определенном для них законодателями правовом поле. Это включало расстановку руководящих и оперативных сотрудников, формулирование им основанных функций, вытекающих из компетенции СНБУ; обеспечение нормальной жизнедеятельности спецслужбы в условиях отсутствия республиканского финансирования при материально-технической беспомощности и зависимости от центра.

Украина показала пример в образовании самостоятельной национальной спецслужбы. Коммунистический идеолог Кравчук четко усвоил и следовал ленинским заветам в том, что любая революция тогда чего-нибудь стоит, когда умеет защищаться. Перенимать украинский опыт приезжали чекисты из Казахстана во главе с Мирхайдаром Раманкуловым; на моей малой Родине действует Комитет национальной безопасности страны.

5 сентября председатель КГБ СССР Бакатин провел совещание руководителей республиканских органов КГБ, на котором участники высказались за сохранение общесоюзных структур госбезопасности. От украинской стороны мною вносилось предложение о разработке Договора о коллективной безопасности и одновременном заключении двусторонних соглашений КГБ СССР с органами безопасности республик, в которых можно было полнее учитывать специфику общих полномочий Союза и делегирования ему ряда республиканских прав в области обеспечения государственной безопасности.

В развитие этого 8 октября было подписано двустороннее соглашение между КГБ СССР и СНБУ В нем нашли дальнейшее разрешение следующие вопросы: взаимодействие в контрразведывательной работе против специальных служб иностранных государств и зарубежных подрывных организаций, наносящих ущерб интересам безопасности Союза ССР и Украины; взаимный обмен данными в борьбе с международной преступностью; совместная эксплуатация единых автоматизированных систем информационного обеспечения оперативной деятельности; поставки в республику специальных технических средств; совместный контроль безопасности воинских перевозок; продолжение подготовки и обмена кадровым составом и другие. Заключение такого взаимосогласованного и равноправного соглашения явилось жизненной необходимостью, без чего невозможно было осуществлять функции СНБУ.

Соглашение принимало форму межгосударственного документа и прорабатывалось в Верховном совете; по поручению Кравчука оно было подписано мною, от КГБ СССР — В. Бакатиным. Этот правовой акт оказался первым в практике деятельности КГБ СССР и создаваемых органов безопасности союзных республик, добивающихся независимости. Все происходящее в реформах органов госбезопасности не прибавляло личного энтузиазма, да и действие подписанного соглашения носило кратковременный характер. Дальнейшие события по разрушению Союза и его служб безопасности стремительно нарастали. В условиях самостоятельности СНБУ республиканское ведомство продолжало участвовать в работе союзного центра государственной безопасности. Мы получали оттуда приказы.

11 сентября 1991 года Горбачевым был образован Координационный совет КГБ СССР в составе председателя КГБ СССР Бакатина и руководителей органов безопасности всех союзных республик. В указе Президента подчеркивалось, что перед КГБ СССР в переходный период стоят задачи по кардинальной перестройке структуры органов государственной безопасности, обусловленные проходящими процессами суверенизации республик. Вместе с тем в указе как серьезное нарушение закона (не указано какого) отмечалось то обстоятельство, что руководители органов государственной безопасности союзных республик не были представлены в составе Коллегии КГБ СССР. Горбачев, вероятно, не был осведомлен, кто конкретно при Чебрикове и Крючкове входил в состав Коллегии КГБ СССР, и не знал, что из всех союзных республик такая честь исторически предоставлялась только Украинской ССР. Руководители государственной безопасности УССР входили в состав союзных коллегиальных органов во все годы советской власти, начиная с В. Балицкого, введенного в 1924 году в состав Коллегии Объединенного государственного политического управления (ОГПУ). Мое членство в Коллегии КГБ СССР завершилось с образованием упомянутого Координационного совета.

28 октября в Москве проводилось первое заседание Координационного совета КГБ СССР. Мною были получены соответствующие установки в отношении отстаивания самостоятельной позиции СНБУ при рассмотрении вопросов, вынесенных на обсуждение руководителей спецслужб союзных республик. В состоявшемся обмене мнениями руководители органов безопасности республик подчеркивали, что существование Союза возможно при условии внешней и внутренней безопасности всего сообщества, взаимодействия при осуществлении коллективной и индивидуальной национальной безопасности суверенных республик. Для этого вводился институт постоянных представителей органов безопасности республик в спецслужбах, который продолжает действовать до наших дней.

Прошедшее заседание Координационного совета оказалось единственным. Там я встретился с моими близкими коллегами: Булатом Байекеновым (Казахстан), Виктором Иваненко (Россия), Эдуардом Ширковским (Белоруссия), Анатолием Стройкиным (Таджикистан) и другими, которые продолжали возглавлять органы безопасности союзных республик.

В период исполнения обязанностей председателя СНБУ мне приходилось выезжать в Москву для решения вопросов финансового, материального и технического обеспечения. В командировки в Россию меня одного, без сопровождения, уже не отпускали. Ко мне прикрепили двух народных депутатов, Ю. Костенко и В. Лемеша, которые находились вместе со мной в коридорах Лубянки, присутствовали во время бесед с Бакатиным, другими должностными лицами. Такая форма депутатского контроля над главой спецслужбы может украсить, наверное, только украинский «демократический» парламент. Костенко и Лемеш были интеллигентными, порядочными и не хотели играть роль надзирателей. Я выдерживал такое унизительное надзорное положение, усмирял гордыню, чтобы без скандала, из-за позорного поведения новых украинских вождей, завершить исполнение служебных обязанностей в созданной СНБУ, до назначения преемника не бросить коллектив сотрудников, с которым прошло почти пять лет совместного труда.

До конца ноября оставалась нерешенной проблема: кто дальше будет возглавлять СНБУ, ведь я на сессии Верховного совета согласился на «временное исполнение обязанностей». Самой приемлемой кандидатурой СНБУ рассматривался Дурдинец. Но в последний момент он испугался критических нападок на него депутатов от оппозиции. Выбор остановился на депутате Александре Емце, молодом, умном, подающим надежды в политике, яркие способности которого заметил Ивашко. Емец — юрист по образованию, имел опыт работы в системе МВД. Я с ним был хорошо знаком и поддержал его кандидатуру на должность председателя службы безопасности, особенно после того, как он в беседе со мной дал обещание сохранять кадровый потенциал сотрудников КГБ Украины. Представление Кравчуком в парламенте кандидатуры Емца в качестве председателя СНБУ после депутатского голосования завершилось провалом.