Дальняя бомбардировочная... Воспоминания Главного маршала авиации. 1941-1945 - Александр Голованов

Несмотря на исключительно плохие метеорологические условия, АДД с самого начала поддерживала боевые действия войск Ленинградского фронта. Так, в Красном Селе крупные скопления немецких войск и техники бомбили 290 самолетов, в Дудергофе — 121 самолет, в районе города Пушкина — 73 самолета. Сосредоточение войск и техники в районе Красногвардейска подверглось массированному удару 187 самолетов, по скоплению войск и железнодорожным эшелонам на станции Сиверской нанесли массированный удар 183 самолета. Беззаботинская группировка тяжелой артиллерии противника трижды подвергалась удару 151 самолетом.

И далее АДД способствовала развитию наступления. Нанося бомбовые удары по отступающему противнику, поддерживала наши войска в достижении рубежа реки Нарвы, обеспечивала ее форсирование. Одновременно наносились удары и по крупным резервам врага, сосредоточившимся в районе Таллина, по железнодорожным узлам на территории Эстонии, питавшим группировку немецких войск. В полосе 2-го Прибалтийского фронта массированным ударам подверглись железнодорожные узлы Идрица, Пустошка, Резекне и 33 станции на железных дорогах, подходящих к этим узлам, а также основная база питания немецких войск — железнодорожный узел Псков и его район. Так, например, на железнодорожном узле Идрица в январе было накрыто до 30 эшелонов, большая часть которых по фотоснимкам оказалась уничтоженной, а налет на Псков в ночь на 19 февраля, в котором участвовало 498 самолетов, оказался настолько эффективен, что, помимо уничтожения большого количества подвижного состава, живой силы и техники, сам узел вышел из строя и движения по нему, как показали фотоснимки, сделанные на другой день, не было.

6 февраля позвонил Верховный, и я получил условленный пароль на боевые действия по указанным мне, как помнит читатель, объектам в районе Хельсинки и его предместий. В ночь на 7 февраля такой удар был нанесен. Вскоре после этого один из видных промышленников Швеции обратился к нашему посланнику в Стокгольме А. М. Коллонтай^[112] и сообщил ей, что представитель правительства Финляндии господин Паасикиви^[113] имеет поручение выяснить условия выхода его страны из войны, а также — согласно ли наше правительство иметь дело с теперешним правительством Финляндии и вести с ним переговоры.

16 февраля состоялась неофициальная встреча Ю. К. Паасикиви с А. М. Коллонтай. В тот же день мной было получено указание Сталина повторить налет на район Хельсинки, что и было выполнено.

При повторной встрече Паасикиви получил от Коллонтай наши условия перемирия с Финляндией:

1. Разрыв отношений с Германией и интернирование немецких войск и кораблей в Финляндии, причем если Финляндия считает эту последнюю задачу для себя непосильной, то Советский Союз готов оказать ей необходимую помощь своими войсками и авиацией.

2. Восстановление советско-финского договора 1940 года и отвод финских войск к границам 1940 года.

3. Немедленное возвращение советских и союзных военнопленных, а также лиц гражданского населения, содержащихся в концлагерях или используемых финнами на работах.

4. Вопрос о частичной или полной демобилизации финской армии оставить до переговоров в Москве.

5. Вопрос о возмещении убытков, причиненных Советскому Союзу военными действиями и оккупацией советских территорий, оставить до переговоров в Москве.

Паасикиви было заявлено, что если финское правительство согласно немедленно принять эти условия, Советское правительство готово начать в Москве переговоры с представителями Финляндии о заключении конкретного соглашения (Информбюро Наркоминдела СССР. 1 марта 1944 г.).

В ночь на 27 февраля был нанесен еще один удар по району Хельсинки. Если бы масса самолетов, принимавшая участие в этом налете, нанесла удар собственно по Хельсинки, то можно сказать, что город прекратил бы свое существование. Налет был грозным и последним предупреждением. Вскоре мной было получено указание Сталина — боевую деятельность АДД на территории Финляндии прекратить. Так было положено начало переговорам о выходе Финляндии из войны.

Вот что писала по этому поводу газета «Моргон Тилнинген»: