Николай II. Святой или кровавый? - Геннадий Потапов

Царицын. 1914.

«22 июля 1914 года произошло кровавое столкновение в Царицыне между женами и родственниками призываемых в армию рабочих-новобранцев, потребовавших выдать пособие, и конвойной командой. Последние открыли огонь по безоружной толпе. В результате 19 человек были убиты и 25 ранены»⁹⁰⁶.

Ишим. 1914.

«24 июля 1914 года в Ишиме „группа запасных, подстрекаемая двумя своими товарищами, учинила беспорядок с сопротивлением офицеру. Вызванная последним полурота стала заряжать ружья, при зарядке несколькими случайными выстрелами убит прохожий старик, ранен запасный. Порядок восстановлен, зачинщики арестованы, вызван военный следователь“. <…> Кроме того, в Ишиме в тот же день утром на сборном пункте при управлении уездного воинского начальника запасные общей численностью до 30 человек пытались силою войти в управление, „требуя кормовые деньги либо еще не полученные, либо не полагающиеся им по правилам; при этом двое главарей, из них один запасный, гвардеец-фейерверкер Ефим Усольцев и другой, по приметам Алексей Каверзнев, с другими неустановленными личностями схватили за руки помощника начальника сего управления штабс-капитана Клитина, не впускавшего их во двор. Ввиду этого по команде командира охранной роты капитана Пучковского был произведен один ружейный залп, коим убит крестьянин Большесорокинской волости, ранен запасный Александр Мельников. После залпа совместными действиями чинов общей и жандармской полиции порядок был тотчас восстановлен“»⁹⁰⁷.

Ставрополь. 1914.

«23 июля 1914 года в Ставрополе разгромлена одна винная лавка, ренсковый погреб прибывшими из волостей пьяными запасными. Раздражающе подействовало повышение цены хлеба до восьми копеек за фунт. В столкновении стражниками убито двое, среди стражников один ранен в глаз камнем; несколько ушиблено»⁹⁰⁸.

«С 14 июля 1914 года в Омском военном округе, который включал в себя и территорию Кузбасса, было введено „положение о подготовительном к войне периоде“. Полиции и жандармерии было предписано „особенно усилить надзор за недопущением возникновения забастовок“. 18 июля началась мобилизация, по которой были призваны все запасные, с 22 июля начался призыв ратников государственного ополчения, а 24 июля во всех губерниях было введено положение чрезвычайной охраны в связи с произошедшими в ряде мест волнениями запасных. В Кузбассе такие волнения имели место в Кузнецком уезде в селах Бачатское, Брюхановское, Березовское, Гурьевское, Кольчугино, в Мариинском – в селе Анисимово, в Томском уезде – в селе Поломошном, на станциях Тутальская и Тайга. В Кузнецке и Мариинске уездных центрах волнения сопровождались разгромом винных лавок, полицейских участков, воинских присутствий, избиением городовых. В Томской губернии, по данным Министерства внутренних дел, было привлечено к суду до 1400 человек, ранено и избито 33, убито 136 участников волнений»⁹⁰⁹.

Сенгилей. 1914.

«20 июля 1914 года в г. Сенгилей произошло буйство запасных нижних чинов, призванных по мобилизации, сопровождавшееся разграблением казенных винных лавок. На сборном пункте был открыт огонь, убито пятеро, ранено четыре человека. Арестованы зачинщики»⁹¹⁰.

Сызрань. 1914.

«28 июля 1914 года буйства 3 тысяч запасных в Сызрани, по которым применено оружие. Семь человек убито»⁹¹¹.

«При подавлении волнений во время всеобщей мобилизации с 19 июля по 1 августа 1914 года были убиты 247 человек и ранены 258 человек. Полиция и войска потеряли 12 человек убитыми и 94 ранеными»⁹¹². Несомненно, что никакого особого энтузиазма война с Германией и Австро-Венгрией среди масс трудящихся не вызывала.

Радзивиллов. 1914.

«9 декабря 1914 года около станции Радзивиллов командир 102‑го пехотного Вятского полка полковник Довбор-Мусницкий встретил двух солдат и набросился на них с руганью. Затем выхватил револьвер и двумя выстрелами в упор тяжело ранил солдат. Самодурство Довбор-Мусницкого, получившего вскоре чин генерала и командование дивизией, осталось безнаказанным»⁹¹³.

Минск. 1914.

«18 декабря 1914 года. За разгром имения Юзефин 20 мобилизованных солдат „…были привлечены к следствию в качестве обвиняемых, причем из них Николай Коханович 18 декабря 1914 года казнен во исполнение над ним приговора Минского военно-окружного суда…“»⁹¹⁴

Львов. 1915.

«20 февраля 1915 года на перегоне за Львовом в 11 часов вечера начальник эшелона прапорщик Васин проходил по вагонам. В одном из них большая часть „нижних чинов“ спала, а некоторые сидели и в разговорах между собой вспоминали о покинутых на родине семьях. Прапорщик остановился, стал прислушиваться к разговору и затем сказал: „Грустить не нужно, я тоже оставил в России родных, два дома в Киеве, младшего брата уже убили; но я все же не падаю духом“. На слова прапорщика один из солдат (взводный командир 103‑й маршевой роты Юрченко) сказал: „Вам, человеку богатому, с нами равняться нельзя“. Кто-то из солдат в это время крикнул: „Я-то оставил только одну лошадь“. На вопрос прапорщика, сознают ли солдаты, что они сказали, Юрченко ответил, что „теперь для меня все равно, так как умирать один раз“. Прапорщик почуял в солдате своего врага и не замедлил тут же расправиться с ним. Выстрелом из револьвера прапорщик Васин убил Юрченко и „случайно“ этим же выстрелом еще ранил двух „нижних чинов“»⁹¹⁵.

Перемышль. 1915.

«9 марта 1915 года, около девяти часов утра, в Перемышле, тотчас же по сдаче его русским войскам, проезжавший вместе со своим штабом по одной из улиц города начальник 81 пехотной дивизии генерал-лейтенант Чистяков заметил какого-то русского солдата, разговаривавшего с местными крестьянами. Генерал Чистяков „без всякого повода со стороны нижнего чина“ и „совершенно неожиданно, по словам документа, для всех свидетелей (офицеров штаба дивизии), не видевших никакой необходимости в принятии столь суровой меры“, избив солдата хлыстом, обратился к сопровождавшему его ординарцу со следующими словами: „Отведи его туда (указывая рукой на пустырь вправо от улицы) и застрели, как собаку“. Ординарец-казак, „исполнив приказание начальства“, доложил генералу: „Ваше превосходительство, приказание исполнил“. Далее следует обычный для царской армии диалог. Генерал: „Спасибо, молодчина“. Казак: „Рад стараться“»⁹¹⁶.

Фронт. 1915.

«18 декабря 1915 года на инспекторском смотре 7‑го армейского запасного батальона, где насчитывалось 22 тысячи человек, рядовой Иванов заявил производившему смотр генералу Смирнову, что кормят солдат плохо, суп – одна вода, что хлеба дают всего по одному фунту в день. Генерал начал кричать на Иванова, заявив, что если бы солдат и совсем не кормили, то и тогда они не должны жаловаться. Генерал приказал командиру батальона высечь солдата. В тот же день Иванов был высечен, получив за жалобу 50 ударов розгами… Телесные наказания розгами были официально введены в армии приказом Николая II в начале ноября 1915 года»⁹¹⁷.