Петр Николаевич Дурново. Русский Нострадамус - Анатолий Бородин

Это подтверждает и Ю. С. Карцов. В 1910 г. он отправился в Берлин «познакомиться с видными политическими деятелями, депутатами и журналистами и, указав им на приближение войны, постараться убедить их в необходимости действовать неотложно и решительно». Встретившись с немцами, Ю. С. Карцов изложил цель своего визита: «Континентальная война разорит нас и погубит. Избежать ее надо во что бы то ни стало. Вместо того, чтобы воевать и истощать наши силы, давайте заключим союз и отнимем у Англии господство на море». Однако немцы, уточнив, что Карцов говорит от имени «небольшой группы деятелей правой стороны», ответили: «Когда перейдет к вам власть, мы с вами потолкуем, а сейчас это бесполезно»^[949].

Внешнеполитическую позицию П. Н. Дурново и его единомышленников в Государственном Совете определяло стремление избежать войны во что бы то ни стало. Отсюда, например, резко выраженное весной 1909 г. в среде правых членов Государственного Совета недовольство дипломатией А. П. Извольского: Россия, по их мнению, не должна вмешиваться в австро-сербские дела, и следовало с самого начала дать это понять. Либеральные их оппоненты при этом с некоторым удивлением отмечали «полное отсутствие у правых славянофильских тенденций»^[950].

Второе, что определило и конкретизировало взгляды П. Н. Дурново на задачи внешней политики России, – это сделанный им прогноз: в Европе назревает англо-германская война из-за стремления Англии «удержать ускользающее от нее господство над морями».

Свой взгляд на международное положение России и задачи ее внешней политики П. Н. Дурново изложил в Записке^[951], поданной им Николаю II в феврале 1914 г. (копии ее были вручены ведущим министрам). Это была смелая^[952] попытка побудить Николая II изменить внешнеполитическую ориентацию с Англии на Германию и тем предотвратить участие России в катастрофической мировой войне. П. Н. Дурново подверг резкой критике внешнюю политику Николая II, противопоставляя ей политику Александра III. Последняя характеризовалась оборонительным союзом с Францией и добрососедскими отношениями с Германией. “Благодаря этой конъюнктуре, – считал П. Н. Дурново, – в течение целого ряда лет мир между великими державами не нарушался, несмотря на обилие в Европе горючего материала»^[953].

Внешняя политика Николая II полна просчетов. Первый из них – русско-японская война^[954]. По мнению П. Н. Дурново, «все задачи России на Дальнем Востоке, правильно понятые, вполне совместимы с интересами Японии. Эти задачи, в сущности, сводятся к очень скромным пределам. Слишком широкий размах фантазии зарвавшихся исполнителей, не имевший под собою почвы действительных государственных интересов – с одной стороны, чрезмерная нервность и впечатлительность Японии, ошибочно принявшей эти фантазии за последовательно проводимый план – с другой, вызвали столкновение, которое более искусная дипломатия несомненно сумела бы избежать. России не нужны ни Корея, ни даже Порт-Артур. <…> С другой стороны, и Япония, что бы ни говорили, не зарится на наши дальневосточные владения. <…> Почва для соглашения напрашивается сама собою».

Оставаясь в границах поставленной перед собой задачи и не напоминая всего букета негативных последствий войны, П. Н. Дурново обращает внимание царя на важнейшее из международных: «Русско-японская война в корне изменила взаимоотношения европейских держав и вывела Англию из обособленного ее положения».

Второе недоразумение: во время войны «Англия и Америка соблюдали благоприятный нейтралитет по отношению к Японии, между тем как мы пользовались столь же благожелательным нейтралитетом Франции и Германии. Казалось бы, здесь должен был быть зародыш будущей, наиболее естественной для нас политической комбинации. Но после войны наша дипломатия совершила крутой поворот и определенно стала на путь сближения с Англией».