Берлинский дневник. Европа накануне Второй мировой войны глазами американского корреспондента - Уильям Ширер

Цюрих, 18 октября

Удивительная вещь — облегчение, которое испытываешь всякий раз в ту минуту, когда выезжаешь из Германии. Сегодня днем вылетел из Берлина. От Мюнхена до Цюриха летели на «Дугласе» со швейцарскими пилотами, слева всю дорогу красовалась величественная панорама Альп, вершины и высокие хребты уже утопают в снегу. Когда солнце начало садиться, снег приобрел волшебный розоватый оттенок. От Мюнхена нас полчаса преследовали два немецких истребителя, пилоты-новички практиковались на нас в пикировании. Раза три-четыре, устремляясь на наш самолет, они едва не задели наши крылья. Я начал покрываться испариной… У них парашюты, у нас нет.

Вскоре землю под нами укрыла полоса густых облаков, и я слегка забеспокоился, как мы зайдем сквозь них на посадку в аэропорт Цюриха, окруженный высокими горами. И вот мы нырнули в эти облака. Потом оказалось, что мы заблудились, так как пилот, покружив минут пять, снова поднялся выше облаков и развернул самолет в сторону Мюнхена. Затем еще один нырок, на сей раз глубокий, и вдруг стало темно. Мысль, что мы, возможно, собираемся совершить вынужденную посадку в Германии, привела меня в уныние, ведь всего несколько минут назад я наконец почувствовал себя абсолютно свободным от рейха. Теперь мы снижались довольно круто. Пилот дал сигнал затянуть ремни безопасности. Я крепко вцепился в кресло. И вот из темноты показались красные противотуманные огни аэродрома, знакомые крыши и сияющие огни города. Это не мог быть никакой город затемненной Германии, это мог быть только Цюрих, и через минуту мы оказались на твердой земле. Пилот мастерски совершил в тумане посадку вслепую.

Сижу в Банхофе в ожидании женевского поезда. Хорошее красное вино «Дол», спешащие через зал свободные граждане Швейцарии — на все это стоит посмотреть! Ощущается облегчение и вместе с тем грусть, оттого что через неделю придется сказать Женеве «прощай» и от сознания того, что разрушен еще один дом, который мы пытались создать.

Женева, 23 октября

Сегодня утром на рассвете Тэсс и Эйлин выехали на швейцарском автобусе, который за два дня и две ночи напряженной езды по неоккупированной части Франции доставит их в Барселону, где они смогут сесть на поезд до Мадрида и Лиссабона, а из Лиссабона на пароходе отправиться домой. Через Францию поезда пока не ходят. Единственный путь — добраться автобусом, и нам, кажется, повезло, потому что тысячи беженцев томятся здесь в ожидании возможности уехать на этих двух автобусах, которые отправляются в Испанию один раз в неделю. Они не могли взять много багажа, поэтому нам придется оставить наши вещи здесь на хранение. «Америкэн экспресс» не прислала сегодня своего автобуса, потому что получила сообщение, что дождевыми потоками в Пиренеях размыты дороги между Францией и Испанией. Но наша компания заявила, что есть надежда прорваться, я разделяю эту надежду. Тэсс взяла с собой еду и воду для себя и ребенка, так как купить продукты по пути через Францию невозможно.

Когда автобус отъезжал, дочка была счастлива и взволнованна, а я радовался, что она слишком мала, чтобы заметить или почувствовать трагедию пассажиров, большинство из которых были евреи из Германии. Они нервничали и находились на грани истерики, потому что боялись, что французы высадят их и отправят Гиммлеру на расправу или не пропустят испанцы.^[39] Если они доберутся до Лиссабона, то окажутся в безопасности, но Лиссабон далеко.

Бетти Сарджент рассказывает, что в Америке умер Роберт Делл, мэтр либеральной английской журналистики, чья любовь к справедливости, порядочности, миру, демократии, жизни, хорошей беседе, хорошей еде, хорошему вину и красивым женщинам не сравнима ни с чьей, кого я знаю. Мне будет его не хватать.

Берн, 24 октября

Сегодня днем грустный отъезд с Джо Харшем из Женевы. С тяжелым сердцем смотрел я из окна вагона, как исчезали швейцарцы, Женевское озеро, Монблан, зеленще холмы и мраморный дворец Лиги Наций.

Мюнхен, 25 октября

Приземлились вслепую в густом тумане, и из-за плохой видимости власти не разрешили нам продолжить полет в Берлин. Сяду в ночной поезд. Вечером все рестораны, кафе и пивные забиты дюжими баварцами. Замечаю, что они совсем перестали говорить: «Хайль Гитлер!»

Берлин, 27 октября

Эд Хартрич через пару дней уезжает домой, а я поеду в начале декабря. Принимать мои обязанности приезжает Гарри Флэннер из Сент-Луиса.

Берлин, 28 октября

Сегодня мы наблюдали классический пример того, как фашистская диктатура скрывает новости, если считает, что они могут шокировать людей. Утром итальянская армия вступила в Грецию. Утром же Гитлер неожиданно объявился во Флоренции и встретился с Муссолини по поводу этого последнего акта фашистской агрессии. Берлинские газеты вышли с огромными заголовками о встрече во Флоренции. Но ни строчки об итальянском вторжении в Грецию. Мои информаторы сообщают, что Геббельс попросил пару дней, чтобы подготовить к этому известию германское общественное мнение.

От Тэсс ни слова, с тех пор как она покинула Женеву. При нынешнем хаосе на неоккупированной территории Франции и в Испании все может случиться.

Берлин, 29 октября

Спустя двадцать четыре часа после начала ничем не оправданной итальянской агрессии против Греции немцы все еще лишены своими правителями какой-либо информации об этом. Ни одной строчки в утренних или дневных газетах. Однако Геббельс осторожно готовит свой народ к такому сообщению. Сегодня утром он распорядился, чтобы пресса опубликовала текст злобного итальянского ультиматума греческому правительству. Это почти точная копия ультиматумов, которые немцы посылали Дании и Норвегии, а позднее Голландии и Бельгии. А германская публика может поинтересоваться, что же произошло после этого ультиматума, ведь его срок истек вчера утром.

Позднее. Эту новость наконец преподнесли немецкому народу в дневных выпусках в виде итальянского военного коммюнике. И все. Однако в местной прессе напечатали тошнотворные передовицы, обвиняющие Грецию в том, что она не осознает «новый порядок» и находится в заговоре с англичанами против Италии. В какой нравственной выгребной яме барахтаются сейчас немецкие газетчики, отлично проиллюстрировали их сегодняшние статьи. Хотя это продолжается уже несколько лет, я все еще нахожу ситуацию возмутительной. Ко всему прочему прибавились еще и обычные геббельсовские фальшивки. Например, кто-то сообщает, что греки даже не ответили на ультиматум, хотя на самом деле они это сделали. Они отвергли его.

В народе определенно нет энтузиазма по поводу последнего бандитского шага Оси. Германские военные, которые всегда высокомерно относились к итальянцам, говорят, что Греция не станет для легионов Муссолини легкой победой. Горная местность представляет трудности для действия моторизованных частей, более того, считается, что у греков лучшая горная артиллерия в Европе. По их словам, генерал Метаксос, премьер-министр, и многие греческие офицеры прошли обучение в Потсдаме.