Мир на краю пропасти. Предвоенные хроники - Юрий Житорчук

«Нападение Германии на Россию является неизбежным. Надежды Гитлера заручиться содействием правых в Англии и США, упование на их помощь в войне с СССР ошибочны. Наоборот, Англия окажет всемерную помощь СССР».

Информация к размышлению

Из дневника полпреда СССР в Англии Майского.

«21 июня. В последние 2—3 недели вся атмосфера Лондона насыщена ожиданием германской атаки против СССР. Об этом пишет пресса, об этом говорят в кулуарах парламента, об этом не раз поминал Черчилль в своих публичных выступлениях, об этом мне уже несколько раз заявлял Иден, одновременно предлагая нам помощь британского правительства.

Но, может быть, это искусственно вздутая английская спекуляция? Может быть, это британское wishful thinking (выдача желаемого за действительное). Еще одна попытка испортить наши отношения с Германией и втянуть нас в войну на своей стороне?»

Информация к размышлению

Из спецсообщении 3-го управления НКО № 4/37155 от 8 июля 1941 года.

«Расследованием установлено:

После получения разведотделом данных о начавшейся концентрации немецких войск на наших границах части корпуса начали минировать поля, раздавать боеприпасы личному составу, одновременно началась подготовка эвакуации семей начсостава.

21 июня с. г. к месту сосредоточения 11[-го] [стрелкового] корпуса приехал член Военного совета ПрибОВО корпусной комиссар Дибров и приказал немедленно отобрать у бойцов патроны и разминировать поля, объясняя это возможной провокацией со стороны наших частей».

Комментарий автора. Ряд авторов исторических исследований склонны трактовать указанные действия комиссара Диброва чуть ли не как доказательство наличия заговора против Сталина среди генералитета Красной армии накануне немецкого нападения. Однако действия Диброва имеют под собой совсем иные причины. Дело в том, что задание на разработку мероприятий по предотвращению предполагаемого заговора против советской власти в Прибалтике Сталин, минуя Генштаб, поручил командованию ПрибОВО.

В соответствии с этим указанием командующий ПрибОВО генерал Кузнецов разработал план мероприятий с целью быстрейшего приведения в боевую готовность театра военных действий округа, направив его в Генштаб и одновременно разослав соответствующие директивы для немедленного исполнения военным советам 8-й и 11-й армий.

Однако у руководства ПрибОВО и руководства Генштаба были несколько различные представления о вероятных сроках немецкого нападения и в силу этого обстоятельства несколько разное понимание задач, которые нужно было решать на данном этапе. Поэтому Жуков стал обрубать наиболее радикальные инициативы, содержащиеся в плане Кузнецова. Прежде всего, это коснулось пункта о проведении мероприятий по затемнению городов, военных и промышленных объектов Прибалтики. Кроме того, Генштаб возражал, чтобы ПрибОВО начал без особого приказа минирование полей и выдачу бойцам патронов. 20 июня Кузнецов по телефону пытался отстоять свои позиции перед Жуковым и Тимошенко, но все его попытки оказались тщетными. В результате уже 21 июня комиссар Дибров был вынужден сам поехать в приграничные дивизии и лично отменить приказы Военного совета округа.

16 часов 21 июня 1941 года

Минск, кабинет первого секретаря ВКП(б) Белоруссии Пономаренко.

П о н о м а р е н к о. Дмитрий Григорьевич, объясните мне, что сейчас творится на границе. В Минске появились странные слухи, что якобы завтра немцы собираются напасть на СССР.

Г е н е р а л П а в л о в. Пантелеймон Кондратьевич, ситуация на границе действительно очень тревожная. В районе Августова прошлой ночью немцы сняли проволочные заграждения вдоль границы, а немецкие самолеты, нарушающие нашу границу, на сей раз летали с подвешенными бомбами. В этой связи 345-му стрелковому полку, дислоцированному в районе Августова, приказано быть в боевой готовности.

Однако, по данным Генштаба, нападения немцев можно ожидать не ранее начала июля. Не исключено, что немцы готовят провокацию, которая может дать им повод для предъявления СССР политических и территориальных требований. Поэтому сейчас очень важно сохранять спокойствие, исключить возможность возникновения паники и пресечь слухи о завтрашнем нападении немцев. В этой связи я приказал отменить начавшуюся кое-где эвакуацию членов семей командного состава Красной армии из погранзоны. На это у нас еще будет достаточно времени впереди.

П о н о м а р е н к о. Я думаю, что нам необходимо демонстративно появиться в театре на вечернем представлении, сегодня там идет «Свадьба в Малиновке». Это наглядно продемонстрирует всем жителям нашего города, что оснований для паники нет.

Г е н е р а л П а в л о в. Договорились, Пантелеймон Кондратьевич. (Обращаясь к своему адъютанту) . В помещении, находящемся рядом с ложей, в которой мы будем смотреть спектакль, необходимо оборудовать узел, обеспечивающий прямую связь с Москвой.

18 часов 27 минут 21 июня 1941 года

Москва, Кремль, кабинет Сталина.

С т а л и н. Ситуация складывается очень непростая. Похоже, что пора принимать срочные решения по целому кругу принципиальных вопросов. Прежде всего, это касается необходимости уже на следующей неделе начать мобилизацию наших вооруженных сил и ускорить перевод оборонных предприятий на мобилизационный режим работы.

М о л о т о в. Но ведь это же равносильно объявлению войны.

С т а л и н. К сожалению, другого выхода у нас уже нет. Мы не можем допустить значительного упреждения в развертывании дивизий вермахта у наших границ. Как показали майские командно-штабные игры, у Красной армии есть все шансы остановить наступление фашистов только в том случае, если мы заблаговременно объявим мобилизацию и введем в действие планы прикрытия. Это мы должны начать делать по крайней мере за две недели до завершения оперативного развертывания вермахта.

По данным Генштаба, немцы будут готовы напасть на СССР не ранее середины июля. Поэтому далее следующей недели мы уже не можем откладывать объявление мобилизации. В этой связи управлениям западных приграничных округов еще 18– 19 июня было приказано срочно сформировать фронтовые управления и передислоцировать их на фронтовые командные пункты.

М о л о т о в. Но если Англия и США обвинят нас в агрессии против Германии, то есть вероятность того, что Великобритания по отношению к нам в лучшем случае займет нейтральную позицию. А как только Красная армия начнет гнать фашистов на Запад, то Лондон вполне может заключить пе ремирие с Берлином и даже действовать с ним заодно против нас.

С т а л и н. Боюсь, что война с Германией будет жестокой и длительной, а в начале войны нас могут ожидать и поражения, и вынужденное отступление. Так что сейчас еще рано говорить о том, что будет, когда Красная армия начнет гнать фашистов на Запад. Кроме того, Черчилль вряд ли пойдет на заключение мира с Гитлером, если тот не сделает ему существенных уступок, но этого от Гитлера ожидать не приходится.