Танковые войска СССР. "Кавалерия" Второй Мировой - Владимир Дайнес

Представитель Ставки ВГК Маршал Советского Союза Г.К. Жуков и командующий войсками 1-го Украинского фронта генерал армии Н.Ф. Ватутин в своем докладе И.В. Сталину от 24 октября к числу основных причин неудачного наступления с букринского плацдарма отнесли: трудные условия местности, не позволявшие эффективно применять танки; сильно укрепленную оборону противника; недостаток боеприпасов для ее подавления. Авторы доклада считали возможным при соответствующем усилении фронта, в первую очередь боеприпасами, осуществить прорыв обороны противника на плацдарме южнее Переяслав-Хмельницкого. Для прорыва же севернее Киева необходимо было усилить фронт одной общевойсковой и одной танковой армиями, а также предоставить 10 дней на подготовку наступления[504].

Однако Сталин был иного мнения о причинах неудач войск фронта. В директиве № 30232 от 24 ноября отмечалось, что это произошло потому, что не были своевременно учтены условия местности, затрудняющие здесь действия войск, особенно танковой армии[505]. Сталин приказал с целью усиления правого крыла 1-го Украинского фронта перегруппировать на участок севернее Киева на лютежский плацдарм 3-ю гвардейскую танковую армию, три-четыре стрелковые дивизии за счет левого крыла фронта, имея ближайшей задачей разгром киевской группировки противника и овладение Киевом. На этом направлении требовалось использовать 135-ю и 202-ю стрелковые дивизии, передаваемые из 70-й армии, а также привлечь для наступления на Киев 60-ю и 38-ю армии. На букринском плацдарме требовалось остающимися здесь силами притянуть на себя возможно больше сил противника и при благоприятных условиях прорвать его оборону и двигаться вперед. Перегруппировку войск приказывалось завершить к 1–2 ноября с таким расчетом, чтобы 3-я гвардейская танковая армия начала наступление 3–4 ноября.

В соответствии с директивой Ставки ВГК командующий фронтом 25 октября приказал 3-й гвардейской танковой армии, «…оставив на занимаемых огневых позициях танки-макеты, действующие радиостанции и танки, требующие ремонта, произвести рокировку в район севернее Киева на Лютежский плацдарм для дальнейшего выполнения задачи по разгрому киевской группировки противника»[506]. К исходу 30 октября войскам армии предстояло сосредоточиться на левом берегу Днепра, в районе Высшей и Низшей Дубечни.

Успеху перегруппировки во многом способствовал маневр переправочных средств с букринского плацдарма. К концу октября саперы с помощью местного населения навели два понтонных и построили два деревянных моста. Всего же в полосе фронта через Днепр к 1 ноября действовало 26 мостов, 66 паромов и 21 десантная переправа разной грузоподъемности[507]. К 5 часам утра 28 октября войска 3-й гвардейской танковой армии полностью завершили переправу на левый берег Днепра. К исходу дня 30 октября они вышли в район сосредоточения. В ходе марша из-за большого износа ходовой части и трансмиссии танков вышло из строя по техническим причинам 90 боевых машин. Всего на лютежском плацдарме было сосредоточено: 3-я гвардейская танковая и 38-я армии, 5-й гвардейский танковый корпус, 7-й артиллерийский корпус прорыва, большое количество артиллерии и частей других родов войск.

Однако перегруппировку войск полностью скрыть от противника не удалось. Его разведка в конце октября все же обнаружила передвижение войск на левом берегу Днепра. В связи с этим противник возвратил на киевское направление 7-ю танковую и выдвинул к Киеву 20-ю моторизованную дивизии. Но цель действий войск 1-го Украинского фронта, время перехода в наступление, а также сосредоточение 3-й гвардейской танковой армии на лютежском плацдарме противником не были установлены.

Замысел Киевской стратегической наступательной операции состоял в том, чтобы ударом 38-й и 3-й гвардейской танковой армий с лютежского плацдарма в обход Киева с запада разгромить киевскую группировку противника и освободить столицу Украины. В дальнейшем предполагалось выйти в глубокий тыл группы армий «Юг» и создать условия для освобождения всей Правобережной Украины. Войска 3-й гвардейской танковой армии вводились в прорыв на второй день наступления после прорыва пехотой 38-й армии обороны противника на всю глубину. Танковая армия должна была выйти в район Святошина, перерезать шоссе Киев – Житомир и к исходу дня овладеть районом Заборье, Малютянка, Глеваха, Вета Почтовая, перерезав тем самым железную дорогу и шоссе на Фастов и Белую Церковь, что приводило к окружению всей киевской группировки противника.

Севернее лютежского плацдарма удар на юго-запад наносила 60-я армия. Правофланговая 13-я армия должна была прочно удерживать занимаемый рубеж, а в последующем, используя успех главных сил, перейти в наступление своим левым флангом на Овруч, обеспечивая правый фланг 60-й армии. С букринского плацдарма, нанося вспомогательный удар, должны были наступать войска 40-й и 27-й армий. Поддержку наземных войск осуществляла авиация 2-й воздушной армии (генерал-лейтенант авиации С.А. Красовский). Украинские партизаны должны была нарушить оперативные перевозки врага на киевском направлении, усилить удары по железнодорожным узлам Коростень, Шепетовка, Сарны, Ровно, Казатин и др. После овладения Киевом войскам 1-го Украинского фронта предстояло развивать наступление на Житомир, Новоград-Волынский, Ровно и в юго-западном направлении на Казатин, Жмеринку.

К началу операции войска 1-го Украинского фронта насчитывали 660 тыс. человек, около 7 тыс. орудий и минометов, 680 танков и САУ, 700 боевых самолетов. Им противостояли 4-я танковая армия и часть сил 8-й армии группы армий «Юг», а также 2-я армия группы армий «Центр», поддерживаемые частью сил 4-го воздушного флота, – всего до 500 тыс. человек, около 6 тыс. орудий и минометов, 400 танков и штурмовых орудий, 665 самолетов[508]. Оборона противника состояла из трех оборонительных рубежей, оборонительного обвода Киева с использованием уцелевших сооружений Киевского укрепрайона.

Войска 1-го Украинского фронта превосходили противника по живой силе в 1,3 раза, по орудиям и минометам – почти в 1,2, по танкам и САУ – в 1,8 раза. По самолетам соотношение было примерно равным.

К началу операции в состав 3-й гвардейской танковой армии вошли два полка самоходных артиллерийских установок СУ-85, прибыли на пополнение 124 танка Т-34, 60 танков Т-70 и 48 СУ-85. Армия на 1 ноября 1943 г. включала два танковых, один механизированный корпус, отдельную танковую бригаду, отдельный танковый, два самоходных артиллерийских, мотоциклетный, гвардейский минометный и два зенитных артиллерийских полка. Она насчитывала 256 танков различных типов, 122 бронемашины, 63 САУ и 61 орудие. Мотострелковые соединения имели большой некомплект личного состава. В 22-й гвардейской мотострелковой бригаде 6-го гвардейского танкового корпуса насчитывалось всего 650 активных штыков, в 23-й гвардейской мотострелковой бригаде 7-го гвардейского танкового корпуса – 450, а в 9-м механизированном корпусе – до 3 тыс. активных штыков. Приданный армии 1-й гвардейский кавалерийский корпус имел до 2 тыс. активных сабель[509].