Сыны Каина: история серийных убийц от каменного века до наших дней - Питер Вронский

Вот какой была «последняя хорошая война» для наших отцов и дедов. Как, пережив подобное, можно остаться прежним?

В одной главе своих мемуаров Следж описывает, как он сам был на грани того, чтобы вырвать золотые зубы изо рта у мертвого японца, а другой пехотинец порицал его и пытался отговорить. Пусть нас и утешает знание того, что большинство наших мужчин в той войне были похожи на Следжа и того пехотинца, что его корил, но «Величайшему поколению» все равно пришлось через все это проходить и видеть это каждый день.

Некрофильский сбор частей тела японцев в качестве трофеев и тотемов принял такие масштабы, что в январе 1944 года Объединенный комитет начальников штабов США направил всем главнокомандующим на Тихом океане особо важную директиву, приказав им принять меры по предотвращению сбора и засушивания частей тел японских солдат в качестве трофеев и их ввоза в Соединенные Штаты^{445}. Были мобилизованы и таможенные инспекторы США для конфискации у военных, направляющихся домой, как японского трофейного оружия, так и частей человеческих тел. Подобно тому, как таможенники спрашивают нас, везем ли мы домой табак или алкоголь, у военных, возвращающихся домой с Тихоокеанского фронта, было обычным делом поинтересоваться, не везут ли они домой какие-либо части человеческого тела.

Когда американский поэт Уинфилд Таунли Скотт работал в штате Род-Айленд редактором газеты «Провиденс джорнэл», в январе 1944 года в редакцию газеты явился недавно вернувшийся с Тихого океана солдат с черепом японца. Скотт вспоминал, как все бросили свои дела и помчались вниз, чтобы посмотреть на зловещий военный трофей и потрогать его. Должно быть, Скотт обладал обостренным чутьем ко всему потустороннему – он был одним из первых литературных критиков, кто по достоинству оценил произведения Г. Ф. Лавкрафта и написал о нем несколько хвалебных эссе и статей, – но в тот день он был в шоке от поведения своих сограждан: они собрались вокруг человеческого черепа, отпускали шуточки и глумились над ним. Случившееся позже вдохновило Скотта написать в 1962 году скандальное стихотворение «Моряк-американец с головой японца», в котором он тщательно описывает обезглавливание мертвого японского солдата, снятие кожи, скальпирование, кипячение, очистку, сушку, полировку черепа и нанесение на него покрытия^{446}.

Сообщения о черепах-трофеях войны теперь появляются по всем Соединенным Штатам, поскольку их первоначальные владельцы умирают, а члены семьи, похоже, стремятся – в ужасе ли, по незнанию или же сразу по нескольким причинам – от них избавиться. Еще в 1983 году эксперты-криминалисты предупреждали, что эти черепа будут появляться в криминалистических лабораториях по всей стране «по мере того, как происходит смена поколений и новое будет избавляться от подобных сувениров или передавать их другим»^{447}.

Теперь они в буквальном смысле всплывают со дна американских озер. Один, аккуратно привязанный к камню леской в очевидной попытке от него избавиться, недавно вытащили из озера Трэвис в Техасе. Полиция сначала подозревала в совершении убийства какой-нибудь мексиканский наркокульт, но потом судебные антропологи определили, что это голова японца, захваченная в качестве военного трофея. Другой нашли в озере в Иллинойсе. Череп был покрыт позолотой, и полиция опасалась, что имеет дело с ритуальным убийством, пока в нем тоже не признали трофей Второй мировой войны. В конечном счете след привел к внуку ветерана. Он нашел череп среди груды позабытого хлама, покрасил его золотой краской из баллончика, повязал на него бандану и хранил как украшение у себя в спальне, пока ощутил перед ним внезапный страх и не выбросил в озеро.

Недавно в журнале Американской академии судебно-экспертных наук писали о том, что многие судебные лаборатории по стране получают все больше и больше черепов: «Первый череп получил директор похоронного бюро от бывшей жены почившего ветерана военно-морского флота США; второй передан полиции вдовой ветерана, у которого он хранился еще со времен службы во время Второй мировой войны; третий найден среди вещей умершего ветерана армии США и был передан полиции его внуком; о четвертом получено заявление от сына ветерана, которому его ныне покойный отец рассказал, что около сорока лет назад закопал трофейный череп Второй мировой войны во дворе; пятый череп обнаружили члены семьи умершего ветерана Второй мировой войны среди его личных вещей и передали местным правоохранительным органам; шестой череп в ходе облавы обнаружил в запертом сарае шериф Северной Калифорнии; седьмой череп нашел во время уборки у себя дома родственник недавно умершего ветерана США внутри деревянного ящика; согласно поступившей информации о восьмом, останки появились в коробке на крыльце и были переданы властям; девятый получили от отставного ветерана ВМС США, проживающего в Калифорнии; десятый череп найден туристами, сошедшими с тропы в лесу штата Пенсильвания» и т. д., и т. п.^{448}.

В Холдене, штат Мэн, местные коллекционеры перепродавали друг другу череп женщины-японки, первоначально приобретенный на распродаже чьих-то вещей, пока один из них наконец не связался с японскими властями, которые организовали его возвращение в Японию^{449}.

Тем временем полиция в Колорадо изъяла украшенный трофейный череп японца, найденный в багажнике машины во время антинаркотической облавы. Он был семейной реликвией еще с тех пор, как прадед привез его с Гуадалканала, где сражался в рядах морских пехотинцев. На черепе остались подписи самого владельца и других солдат из его части, а в семье его назвали «Оскаром». Члены семьи подали в суд, желая вернуть реликвию обратно, но, несмотря на их протесты, череп все же передали японским властям для захоронения^{450}.