Истоки медвежьей Руси - Марина Леонтьева

В мифах нанайцев, орочей, ульчей люди-медведи называются Дуэнте и являются духами – хозяевами тайги. Дуэнте представлялся в виде старика или огромного медведя. У них считалось, что происхождение медвежьего рода ведется от брака первого медведя с женщиной. Согласно мифам, младший брат женщины, вышедшей замуж за Дуэнте, убил его, а затем и сестру, которая завещала брату воспитание медвежат, а также правила медвежьего праздника.

В обско-угрской культуре именно медведь, который, как известно, является одной из самых значимых фигур в мировоззрении сибирских угров, среди всех животных отождествлялся с человеком, почему, вероятно, так широко был распространён его культ. Ему отводится в фольклоре северных народов роль первопредка, хранителя клятвы. Особенно широко бытовали среди них так называемые медвежьи песни, исполняемые во время проведения медвежьих праздников. Отношение к медвежьим песням было чрезвычайно серьезным – женщинам и молодым мужчинам петь, а в особых случаях и слушать их запрещалось. Так, например, у народа манси в «Медвежьей песне о сыне женщины Мось» говорилось о мальчике, нарушившем ряд запретов, в результате чего тот стал медведем. И когда мать пытается обнять своего непослушного сына-медведя, тот в образе священного зверя проводит когтями «поперек следа своего» священную символическую черту, обещая при этом изорвать мать на куски^[73].

В этой песне содержится глубокий смысл. По тотемическим представлениям когда-то манси принадлежали к нескольким фратриям. Из мансийской мифологии известно, что герой местных преданий Консыг-ойка или Когтистый старик, – медведь – является предком фратрии Пор (Пöр). Более древний образ тотемного предка (относится к эпохе материнско-родового строя) – это медведица, которая родила первую женщину Пор. После чего была убита охотниками, которые взяли девочку с собой. Предвидя свою гибель, мать заповедала образы почитания медведя, который стал покровителем людей фратрии Пор^[74]. В этой медвежьей песне говорится о противостоянии фратрии Пор, предком которого является медведь, и другой мансийской фратрии Мось, к которой в контексте данного мифа принадлежала мать мальчика, ставшего медведем^[75]. Как увидим дальше, схожие сюжеты имеются в мифологии других народов, в частности и в русских народных сказках.

В духовной культуре хантов, как и у манси, культ медведя также имел большое значение. Медведь, по преданию хантов, являлся подобием человека, его предком, предком-родственником, поэтому именовался младшим братом человека. В мифологии этих народностей медведь – посредник между Верхним (небо), Средним (земля) и Нижним (преисподняя) мирами. Согласно хантыйскому мифу, он был спущен с неба в золотой колыбели его отцом, небесным богом Торумом. За нарушение отцовской заповеди – не нападать на людей и не разорять их селения, он был наказан – оставлен на земле. По другой версии, медведь прежде был богатырем, но потом покрылся шерстью оттого, что голым перелез через мшистую лесину^[76]. Регулярно проводимый медвежий праздник почитания этого зверя у хантов обычно приурочивался к зимнему солнцестоянию и весеннему равноденствию или проводился по случаю добычи медведя на охоте, что происходило очень редко.

У остяков существовали подобные мифы о Верхнем, Среднем мире, о пришествии медведя – предка их народа с неба и его смерти. В одном мифе говорится, как убитый медведь после совершения над ним всех похоронных ритуалов «по дорогому концу железной цепи поднялся наверх», на небо, к своему отцу «мужу семизвездного неба»^[77]. В мансийском предании «Маленькая Мось-нэ – дочь медведицы» сюжет очень похож – после своей смерти медведица и медвежонок превращаются в звезды: «Теперь их души там засветились, на небе»^[78]. Думаем, нетрудно догадаться, что речь здесь идет о созвездиях Большая и Малая Медведицах – символах северного неба.

Самое интересное, что в мифологии сибирских народов образ медведя имеет особый отпечаток, объединяющий его с образом скованного цепями Прометея – героя божественного греческого пантеона, а также с образом космического стрелка – сына неба, распятого или прикованного в средоточии мира, где сходятся линии всех четырех стран света. Например, у бурят существует поверье о самой высокой горе на Ольхоне, Ижимей, на которой находится бессмертный медведь в цепях, и на которую никто не осмеливается взойти^[79].

* * *

Здесь будет уместным, на наш взгляд, сравнить предания северных народов с античными мифами Греции и других стран.

В греческой традиции медведь является культовым животным богини охоты Артемиды. В Аттике жрицы Артемиды во время исполнения ритуальных танцев облачались в медвежьи шкуры и назывались медведицами. По сообщению афинского грамматика Аполлодора (II в. до н. э.), спутница Артемиды нимфа Каллисто, носившая точно такой же наряд, как ее кумир, поклялась богине навсегда остаться девушкой. Но обманным путем была совращена влюбленным в нее Зевсом, принявшим облик Артемиды. Чтобы скрыть это от своей жены Геры, Зевс превратил Каллисто в медведицу, но обиженная Артемида убила ее стрелой, как дикого зверя. После гибели Каллисто Зевс унес ее сына, назвав его Аркадом (Аркасом), в город Аркадию (Apollodor, III, 8)^[80]. По другой версии, как поведал об этом в своих «Метаморфозах» римский поэт Овидий (43 до н. э. – 18 н. э.), став охотником, Аркад едва не убил свою мать, приняв ее за дикую медведицу (Ovid, Met, II, 496). Чтобы не допустить этого, писал во II веке другой древнегреческий сочинитель, Павсаний, Зевс превратил Аркада и Каллисто в созвездия – Большую и Малую Медведицы (Paus, VIII, 3)^[81].

Кстати, название города Аркадия происходит от древнегреческого слова аркадес, что значит медвежий народ, и древние жители этого города – аркадийцы — утверждали, что являются потомками Аркаса (сына Каллисто), божества земли, имя которого переводится как «медведь». Автор бессмертной «Илиады» и «Одиссеи» слепой грек Гомер считал, что в осаде Трои принимали участие многие аркадийцы; другие древнегреческие писатели также сообщали о каком-то племени, пришедшем из Аркадии. Также известно, что в этих местах медведь раньше считался священным животным и был предметом таинственного культа и ритуальных жертв. Подобное же положение занимал медведь и у сикамбров-франков, предков знаменитой династии королей Меровингов, правивших во Франском государстве (конец V в. н. э. – 751 г.). Как и древние аркадийцы, они поклонялись ему в виде Артемиды, а точнее, ее галльской сестры Ардуины, божества Арденн (продолжение Рейнских гор), культ которой существовал задолго до средних веков. Особые тотемические и магические силы, признаваемые за медведем в этих меровингских Арденнах, вполне объясняют то, что имя Урсус (Ursus) – «медведь» по-латыни – было дано всей этой королевской династии^[82]. Самое интересное, что на языке древних кельтов, слово «медведь» произносится арт (arth), откуда происходят слова Арктика и арктический, т. е. северный, а как мы знаем, созвездия Медведиц находятся именно в северной части небосклона. Более того, от кельтского слова арт произошло, вероятно, и имя знаменитого короля Артура, современника Меровингов.