Дмитрий Донской. Куликовская битва и подвиг объединения Руси - Валерий Шамбаров

Новгородские ушкуйники. Художник С.М. Зейденберг

У Калиты осталось три сына – Семён, Иван и Андрей. В завещании отец поделил между ними свои богатства: 12 золотых цепей, 9 золотых поясов, золотую посуду: 6 чаш, 2 чары, блюдце, 2 больших сосуда и 2 поменьше, 10 серебряных блюд и золотую коробочку. Это были все драгоценности самого богатого и могущественного князя на Руси! Бедновато, правда? Даже парадных нарядов было всего несколько. Одну шубу с шапкой Калита оставил Семёну, вторую Ивану, а Андрею уже не досталось, ему вместо этого отец завещал костюм из заграничного сукна.

Наследника, Семёна, Калита сам готовил, как нужно править. Внушал, что главное – поддерживать «великую тишину». Чем дольше Русь проживёт в мире, тем сильнее она станет. Отец возил старшего сына с собой в Орду. Представил Узбеку, перезнакомил с вельможами. При этом Семён подружился с наследником хана Джанибеком. Всё это пригодилось.

Когда Калита умер, нашлись и другие желающие стать великим князем. Константин Суздальский вспомнил, что его дед Александр три года был «великим». А в Твери правил младший брат казнённого Александра, Константин. Он тоже озадачился, что раньше тверские князья были выше московских, престол великого князя должен принадлежать ему. Оба Константина выскребли, какие ценности у них были. Поехали в Орду спорить с Семёном. Но они только напрасно раздали взятки и подарки. Калита показал себя хорошим слугой хана, дань присылал чётко. С ним у Узбека не возникало никаких проблем. А сын был его учеником. Хан не захотел ничего менять. Передал ярлык великого князя Семёну.

Однако решили вдруг повыделываться новгородские бояре. Настоять, что их государство – самостоятельное. И добиться, чтобы платить поменьше. Семён, как обычно, послал московских наместников в новгородский город Торжок, собирать дань. Но «золотые пояса» их арестовали! Объявили, что Калита их «обижал» (это когда хан повышал дань и их заставляли раскошелиться), подчиняться Москве они больше не хотят. И вообще, мало ли что Семён получил ярлык? Он только московский и владимирский государь. А Новгород своих князей выбирает. Может и другого выбрать, если тот предложит условия получше.

Конечно же, «золотые пояса» рассчитывали – молодой и неопытный государь скиснет. Начнёт их уговаривать. Вот и выторгуют себе всякие поблажки. Но Семён поступил иначе. Созвал съезд всех подчинённых князей Владимирской Руси. Напомнил им о славных временах Владимира Крестителя, Ярослава Мудрого, Владимира Мономаха. Говорил – пока великие князья были сильными, а другие князья их слушались, то и Русь была могучей. Никто не смел на неё нападать, соседи ей покорялись. А когда разделились и перессорились, пришли татары, завладели Русью и наложили тяжкую дань. Они и сейчас князей убивают, людей уводят в плен.

Семён указал: мы достаточно сильны, чтобы не давать нашу землю в обиду никому. Но для этого назвал строгие правила. Если возникнут споры – не воевать. Обращаться к великому князю, и он рассудит, кто прав. Если кто-нибудь начнёт междоусобицу, позовёт татар или будет на кого-то жаловаться хану, наказывать его общими силами всех князей. А первым делом надо вразумить Новгород. Чтобы не отделял себя от Руси, подчинялся великому князю.

Речь была очень смелой. Семён открыто сказал, что татары – завоеватели, что от них множество бед. Но если сплотиться вместе, всё можно переменить. Он и держался иначе, чем прежние государи. Они были с прочими князьями на равных. А у Семёна уже чувствовались достоинство, власть. Он показывал, что выше остальных. Ему даже прозвище дали – Семён Гордый. Но его решительность князьям понравилась. А может, и в самом деле когда-нибудь избавимся от владычества Орды? В поход на Новгород вместе с московскими дружинами выступили суздальский, ярославские, ростовские, белозёрские князья.

Хотя боёв вести не пришлось. В самом Новгороде жители разделились. «Золотые пояса» упрямо цеплялись за свои деньги. Призывали воевать, пригласить на помощь литовцев, немецких рыцарей. Но простой народ уже знал, что это за «союзники». Требовал мириться с великим князем, быть вместе со всей Русью. В первом же новгородском городе, Торжке, люди взбунтовались. Перебили своих бояр. Освободили московских наместников из тюрьмы и встретили Семёна хлебом-солью. Хочешь или не хочешь, а «золотым поясам» пришлось покоряться. Собрали серебро на подарки великому князю, на дань для хана. Но Семён ещё и наказал новгородских бояр, чтобы впредь не хамили и не задирали носы. Потребовал, чтобы они явились к нему босиком и просили прощения на коленях.

А в 1341 году умер Узбек. Ханом стал его сын Джанибек. Русским князьям опять пришлось ехать в Орду, везти немалые деньги, чтобы новый хан подтвердил их ярлыки. Но кому быть великим князем, уже никаких споров не было. Джанибек сразу вручил ярлык своему другу Семёну. И в это же время митрополит Феогност оказался «бездомным». Мы уже говорили, что он любил жить на юге, в Волынском княжестве. Но война поляков, татар, литовцев совершенно опустошила его. А самым благополучным островком среди общих бедствий была Москва.

Путешествуя по нашей стране, Феогност уже понял: план патриарха – объединять Русь через Церковь – совершенно нереальный. Но московские князья начали это делать. Не сразу, понемножечку, и у них получалось. Митрополит насовсем перебрался в Москву. Семён очень хорошо принял его. Вместе с Феогностом они начали украшать росписями кремлёвские соборы, построенные Калитой. Приглашали для этого лучших греческих и русских художников.

А Бог показывал, что Московское княжество идёт по правильному пути. После митрополита Петра здесь появились новые святые. Дети обнищавшего ростовского боярина Стефан и Варфоломей решили стать монахами. Поселились в глухом лесу недалеко от села Радонеж. Построили себе избушку-келью, церквушку в честь Святой Троицы. Стефан не выдержал такой жизни, ушёл в большой монастырь. Варфоломей остался один. Он постригся в монахи и получил имя Сергий. Молился, для пропитания сам возделывал огород. О его праведной жизни пошла молва. Люди замечали, что по его молитвам выздоравливают больные, совершаются чудеса. К нему стали приходить другие монахи. Возник маленький Троицкий монастырь Сергия Радонежского.