Советская военная разведка. Как работала самая могущественная и самая закрытая разведывательная организация ХХ века - Виктор Суворов

Рейдовиков старались подбирать среди национальных меньшинств Советского Союза. На территории страны жили немцы, курды, греки, турки, венгры, корейцы, китайцы, финны и еще множество людей самых разных национальностей. Офицеры РП СпН, которых готовили на Третьем факультете Военно-дипломатической академии, просматривали огромное количество личных дел в поисках тех, кого можно было бы привлечь. Когда достойный кандидат находился, его негласно изучали и затем приглашали на беседу.

Зарубежное происхождение ценилось. Но почему у руководства ГРУ была уверенность в том, что такой человек станет верой и правдой служить советской власти?

А почему бы и нет? Пошелестим страницами истории: среди верных столпов режима мы обнаружим полный интернационал. Тут вам и Вацетис, и Дзержинский, Тухачевский, Радек, Залпетер, Алкснис, Берзиньш, Куусинен, Берия, Микоян, Багиров, Реденс, Паукер, Пиляр, Карлсон, Фраучи, Гоглидзе, Стырне и еще целые легионы пришлых «варягов» от мелких лагерных вертухаев до самого товарища Сталина.

И во всех покоренных коммунистами странах находились прохвосты, готовые служить кому угодно. Достаточно посмотреть на восточно-германских товарищей и полюбоваться опытом тайной полиции Штази. Либо на болгарских товарищей с их знаменитыми стреляющими зонтиками. Либо на камеры пыток в самом центре Будапешта.

Так что иностранное происхождение вовсе не означало, что данный товарищ не будет верой и правдой служить Москве. Будет! Еще как будет!

Подбирая советского человека с какими-нибудь зарубежными (например, греческими или турецкими) корнями, надо было найти такого, которому, появись он во время войны на иностранной территории, никто не задал бы вопроса: а почему ты не в армии?

Сложность подбора заключалась в том, что надо было найти такого кандидата, который был бы достаточно крепким человеком физически и устойчивым психологически, и при этом его хорошее физическое состояние не бросалось бы в глаза и не вызывало бы подозрений.

В этом деле был накоплен большой опыт. Среди потенциальных кандидатов выше всего ценились одноглазые. Представьте себе такого человека, которого, несмотря на молодость, отменное здоровье, физическую силу и крепкие нервы, не брали в армию. Он знал, что в армии трудно, что в армии плохо, но всех его сверстников туда взяли, а его врач из приемной комиссии даже взглядом не удостоил. И мальчишки на улице его дразнят. И девчонки в клубе с ним танцевать не хотят.

И вот однажды к нему подсаживается симпатичный дяденька в шляпе, заграничном пиджаке и даже с запонками на манжетах рубахи. И заводит дружеский разговор, да такой, какой с этим бедолагой никто никогда не вел. И предлагает приобрести интересную профессию бойца невидимого фронта. И возможность совершить подвиг. Попутно — квартира, дополнительное жалование, резко превосходящее основное, и так далее…

Перед молодым человеком вдруг распахнулись ворота в неведомый романтический и героический мир. На его месте каждый мигом бы согласился.

Я привел лишь один, самый яркий пример, чтобы проиллюстрировать основной принцип отбора кандидатов в рейдовики: желательно, чтобы причина присутствия такого человека в глубоком тылу, когда все находятся на фронте, бросались в глаза даже без предъявления документов, чтобы во время войны каждому встречному с первого взгляда было ясно, почему этот человек не в армии. В данном случае эта причина будет у него на лице написана в буквальном смысле.

3

Это только один пример. Таких причин можно придумать много. Не буду вам их подсказывать — вы и без меня наверняка догадались, что двум основным требованиям к рейдовикам (хорошая физическая подготовка и оправданное присутствие в глубоком тылу во время войны) соответствуют многие женщины. Потому офицеры РП СпН обращали на прекрасную половину рода человеческого особое внимание и вербовали в рейдовики женщин — не только с физическими недостатками.

Итак, подобрали человека, приступаем к подготовке. Он остается на своей работе, подготовку мы ведем в свободное время — либо подбираем ему новую работу, которая не требует обязательного присутствия в цеху от звонка до звонка.

Подготовка нового человека распадалась на две части. Во-первых, надо было обучить его диверсантскому ремеслу, во-вторых — придумать ему легенду и заготовить легализационные документы. Когда грянет война и он окажется на вражеской территории, ему надо будет объяснить, кто он такой и как тут оказался.

Кроме того, уже в мирное время надо придумать и подготовить способ переброски рейдовика во вражеский тыл. Он может быть каким угодно — десантирование с парашютом, дельтаплан, акваланг, да хоть стадо баранов, которых рейдовик под видом пастуха погонит через горный перевал, — но еще в мирное время он должен знать, как с тем аквалангом (или со стадом баранов) обходиться.

4

Второй основной тип боевой агентуры СпН условно назывался домовладельцами. Этот тип агентуры в каком-то смысле вербовать труднее, потому что такими агентами были граждане той страну, которую Советский Союз собирался освобождать от оков капитализма.

У офицеров РП СпН были весьма ограниченные возможности вербовать граждан зарубежных стран, потому эта работа ложилась на офицеров стратегической разведки, работавших в зарубежных странах под разными прикрытиями.

С другой стороны, вербовка такой агентуры облегчалась тем, что вербовочная база была куда как шире.

Представьте себе ситуацию: во время войны либо в самые последние дни перед ее началом мы выбросили во вражеский тыл сотни диверсионных групп СпН. Они прячутся в лесах, их ищут с собаками, ловят, истребляют. Небольшое число этих групп выполняет какие-то особо ответственные задания. Для этих особо важных групп еще в мирное время нужно создать какие-то убежища, где они могли бы укрываться некоторое время.

Вот вам один возможный вариант такого убежища. За городом, рядом с лесом, находится свалка старых автомашин. Свалка обнесена забором. Владеет ею старичок, совсем на Джеймса Бонда не похожий. Ему не нужно иметь физические недостатки. Он давно на пенсии, и его возраст является оправданием его нахождения в тылу. И физическая подготовка ему не нужна, ибо сам он никого убивать не будет, ему не надо никуда убегать и не придется таскать на себе оружие, взрывчатку и рацию с аппаратурой мгновенной передачи сигналов. У него малый бизнес: приезжают автомобилисты, рыщут по свалке, кто крыло от старинного Ситроена присмотрел, а кто бампер от Форда, снимают они крылья, двери, бамперы, платят какие-то деньги. Старикашка тут еще и мелкую торговлю развернул: сосиски горячие с горчицей да картошка печеная для покупателей. Продал булку с сосиской и чаю горячего — еще немного заработал.

Такое место в случае удачной вербовки владельца идеально подходило для временного проживания группы СпН. Прежде всего — лес рядом. Есть откуда нашим диверсантам появиться, есть куда уйти. Хозяину квартиры надо посоветовать еще в мирное время оборудовать погреб. Это вроде он для себя, на случай чрезвычайных обстоятельств. Запас сосисок у него есть. И горчицы в достатке. Есть тут и водопровод. На всякий случай среди брошенных машин может оказаться одна исправная. Диверсантам она пригодится. Или несколько исправных мотоциклов. За все это мы хозяину заплатим еще задолго до войны.