Джейкоб Генри Шифф. Гений финансового мира и главный спонсор русских революций - Адлер Сайрус

По-моему, в документе об учреждении доверительной собственности необходимо определить способы инвестиций и место, где следует разместить средства. Или вы считаете, что этот вопрос должны решать попечители? В последнем случае в документе следует зафиксировать срок, в который попечители обязаны будут позаботиться обо всех формальностях. Надеюсь, вам удастся решить эти вопросы… Прошу вас также вставить в документ параграф, позволяющий другим лицам беспрепятственно делать взносы и пожертвования в фонд. Опыт показывает, что филантропические поступки часто находят подражателей, и мы не должны лишать себя возможности притока ресурсов извне.

Считаю также желательным, чтобы ваш комитет принял окончательное решение только после того, как удастся провести полное собрание, что в нынешнее время года, возможно, будет нелегко.

Господа, мне доставляет большое удовольствие возможность согласиться с вашими пожеланиями и заверить вас… в моем полном одобрении той работы, которую вы проделали до сих пор. Еще раз выражаю вам свою благодарность за то, что вы пожертвовали своим временем и силами ради помощи нашим несчастным единоверцам.

Искренне Ваш,

М. де Гирш».

Первые впечатления Гирша о Шиффе отражены в письме, которое он написал Оскару С. Штраусу 22 августа 1890 г.: «Мистер Шифф, с которым я недавно виделся в Лондоне, произвел на меня весьма благоприятное впечатление. Он кажется очень спокойным и разумным человеком, наполненным, как и все мы, желанием посвятить себя нашим несчастным единоверцам и быть им полезным».

Для расселения русских евреев в сельскохозяйственные колонии Шифф широко пользовался своими деловыми связями. Так, 20 июля 1891 г. он писал Хиллу: «Я так близко к сердцу принимаю проблему эффективной помощи беженцам от нетерпимости и гонений в России, что Вы должны меня простить, если я так быстро напоминаю Вам о разговоре, который мы с Вами вели по этому вопросу во время Вашего пребывания в Нью-Йорке. Хотелось бы, чтобы Вы как можно скорее подумали о целесообразности размещения нескольких семей в восточной Миннесоте, вблизи крупных городов, где садоводство и небольшие фермы могут стать источником верного успеха для людей, почти не имевших опыта ведения сельского хозяйства. Может быть, Вы, по Вашему добросердечию, согласитесь принять у себя несколько специально отобранных семей? Мы, со своей стороны, вносим от 500 до 600 долларов за каждую семью. По-моему, после того, как первая попытка станет успешной, можно будет основать и другие подобные поселения в разных местах вдоль Ваших линий в восточной Миннесоте. Таким образом, не только значительное число несчастных беженцев обретут средства к существованию, но в конечном счете благодаря новым поселениям выиграет и Ваша железная дорога».

Шифф активно продолжал переписку и 12 августа писал Хиллу: «Если, как я надеюсь, Вы, в гуманитарных целях, подумаете над вопросом и организуете колонию предложенным Вами способом, обещаю прислать Вам самые лучшие русские семьи. Против этих людей укрепилось стойкое предубеждение, особенно со стороны тех, кто ничего о них не знает. Эмигранты из России в целом выносливы, бережливы и работящи, и если приступят к делу должным образом, они наверняка добьются успеха; это нам известно по опыту в других местах… Уверен, что, если первое поселение станет успешным, будет обеспечен приток населения в районы, примыкающие к Вашим железнодорожным линиям, что послужит не только к выгоде несчастных беженцев, которых нетерпимая родина лишает права на существование, но и к выгоде тех мест, где они собираются обосноваться».

И далее, 2 сентября: «Получил Ваше письмо от 30 числа прошлого месяца, в ответ на мое от 25 числа. Очень рад, что Вы выполнили условия по строительству 40 или 50 домов на участках в 40 акров для каждого дома. На прошлой неделе состоялось общее собрание «Комитета барона де Гирша», на котором я зачитал нашу с Вами полную переписку. Все коллеги были в высшей степени довольны и приняли резолюцию, в которой заранее одобряют все, что мы с Вами предпримем в будущем. Замысел заключается в том, что, если нам удастся основать небольшие поселения в разных частях страны, мы исполним нашу цель, ибо, если мы докажем, что такие поселения могут добиться успеха, последующие можно будет создавать уже без нашей помощи».

Из всех первых сельскохозяйственных поселений Шифф больше всего содействовал, как касательно размещения, так и обучения сельскому хозяйству, поселению в Вудбайне (Нью-Джерси). Заведовал им профессор Г.Л. Сабсович, обаятельная личность, чья жизнь описана в книге Катарины Сабсович^[39]. Именно ему Шифф писал 6 апреля 1893 г., когда колонисты начали роптать из-за трудностей: «Мы все ценим Вашу беспристрастность и то, что Вы сделали для Вудбайна, и могу Вам сказать: со стороны попечителей нет намерения как-либо ослаблять Ваше положение там. Можете положиться на доброжелательность и поддержку, как моральную, так и материальную, всех попечителей, чья вера в Вас сейчас сильнее, чем когда бы то ни было».

Весной того же года Шифф написал Фрэнку Томсону, тогда первому вице-президенту «Пенсильванской железной дороги», и попросил его о содействии в получении привлекательных фрахтовых ставок между Вудбайном, Нью-Йорком и Филадельфией, чтобы производителям выгодно было доставлять товары в поселение. Таким образом, они помогли колонистам с трудоустройством зимой. Он писал Сабсовичу об открытии синагоги в Вудбайне и просил, чтобы его заранее известили о дне торжественного открытия, так как он хочет на нем присутствовать. Его преданность делу прекрасно иллюстрирует следующий рассказ, переданный д-ром Джулиусом Голдменом: «Во время потрясений, связанных с событиями в компании «Нозерн Пасифик» на Уолл-стрит в 1901 г., случилось так, что я договорился с м-ром Шиффом в определенный день посетить колонию Вудбайн. Я понятия не имел о том, что творилось тогда с «Нозерн Пасифик». Шифф сообщил мне, что не сможет сопровождать меня в Филадельфию в назначенный час, но либо прибудет более поздним вечерним поездом, либо сядет на ночной и встретится со мной в отеле за завтраком на следующее утро. В тот вечер я случайно встретил в отеле мистера Леонарда Льюисона и во время разговора обмолвился, что мистер Шифф должен был поехать со мной в Вудбайн. На это м-р Льюисон ответил: «Мистер Шифф не сможет поехать с Вами ни сегодня, ни завтра, так как он очень занят делами «Нозерн Пасифик» на Уоллстрит», – и пересказал ходившие тогда слухи.

Вечером того дня м-р Шифф действительно не приехал, но на следующее утро я застал его в вестибюле отеля. Как мы и договорились, он присоединился ко мне за завтраком. Перед отъездом в Вудбайн и дважды во время нашего пребывания в Вудбайне он звонил в Нью-Йорк по телефону. Конечно, я понимал, что не должен ссылаться на дела на Уолл-стрит, но вечером, по возвращении в Нью-Йорк, я заметил: «Боюсь, мы выбрали не самый удачный момент для поездки в Вудбайн». Мистер Шифф с улыбкой признал, что тоже предпочел бы поехать в другое время, но, поскольку он сам назначил дату нашего визита, он не чувствовал себя вправе разочаровывать меня».

Работа «Фонда Гирша» была для Шиффа источником постоянного внимания и беспокойства на протяжении тридцати с лишним лет из-за большого числа непосредственно причастных к фонду людей, а также из-за трудностей положения и вытекающих отсюда разговоров и переписки с зарубежными странами. Барон де Гирш, скончавшийся в 1896 г., оставил основную часть своего состояния Еврейскому колонизационному обществу, главным образом на то, чтобы облегчить жизнь евреев в России. Попечители фонда жили в Англии, во Франции, в Германии и Бельгии, и по мере того, как в Америке появлялась необходимость, именно к американцам обращались с просьбами о помощи, отчего потребовалось дальнейшее финансирование. У американцев возникали требования со своей стороны, и почти вся переписка от имени американского фонда велась Шиффом. Хотя он выражался сдержанно, однако многократно повторял, что комитеты в Европе недостаточно понимают огромные проблемы, возникающие вследствие потока иммиграции в Соединенные Штаты. В письме со ссылкой на возможность отправки иммигрантов в Мексику Шифф рисует картину условий, которые существовали в то время в Нью-Йорке: