Победоносец Сталин. Генералиссимус в Великой Отечественной войне - Дмитрий Язов

Корр.: – И тут, надо сказать, мало было равных нашему Никите Сергеевичу. Недаром на одном из представленных им списков Сталин наложил едкую резолюцию: «Уймись, дурак».

Д.Т. Язов: – Чтобы остудить пыл вот таких сверхбдительных активистов, было принято решение: ни один военнослужащий не может быть арестован органами НКВД, если на это не дал согласия его начальник.

Корр.: – А как быть с хрущёвским утверждением, что были репрессированы командные кадры от роты, батальона и выше?

Д.Т. Язов: – Доклад, озвученный на XX съезде партии, Людо Мартенс назвал «преступным мошенничеством Хрущёва».

Корр.: – Тем не менее, совсем недавно в Москве увековечили память «дорогого Никиты Сергеевича» памятной доской, а ведущий воскресных «Вестей недели» вдохновенно перечислил заслуги бывшего лидера КПСС. Что это, по-вашему, было?

Д.Т. Язов (смеется): – Не иначе происки либералов. А если говорить серьёзно, нужно быть полным идиотом, чтобы накануне войны подчистую выкосить командные кадры, включая низшее звено. А Сталин уж точно им не был. Мне как-то попала под руку небольшая книжечка А. Голенкова «Предлагаю объяснить Сталина». Он провел дотошное исследование так называемых сталинских репрессий. В «обвинительном приговоре» Сталину демократы первой волны называли 40 тысяч пострадавших. Причём речь шла о высшем командном составе. А в него входят: командиры корпусов и дивизий. Посчитали: не сходится. Уточнили: мол, сюда входят еще командиры полков и батальонов. Наскребли что-то около десяти тысяч?

Но откуда же всё-таки взялась эта цифра: 40 тысяч? Автор предположил, что её «позаимствовали», предварительно округлив, из доклада начальника Главного управления кадров наркомата обороны генерал-лейтенанта Щаденко. Это был отчёт о работе управления, в котором говорилось, что с 1937 по 1939 год из Красной Армии уволено 36 898 человек. Причины назывались разные: состояние здоровья, возраст, моральная неустойчивость, дисциплинарные проступки и, конечно, политические мотивы. Арестовано было 9579 человек.

Наши либералы твердят, что в Советском Союзе, тем более в сталинскую эпоху, не было никакой демократии. Но вот вам факт. Часть уволенных подала жалобы. Была создана специальная комиссия. В результате к местам службы вернулись почти 12 с половиной тысяч человек. Позже ещё группа военнослужащих была восстановлена в Красной Армии. А из числа арестованных вскоре было освобождено полторы тысячи…

Заслуживает внимания и такой вывод Гровера Ферра: «Из тех немногих свидетельств, что стали известны после распада СССР, явствует, что Тухачевский и осуждённые с ним командиры были действительно виновны в том, что им инкриминировалось». А Вячеслав Михайлович Молотов считал, что «мы обязаны тридцать седьмому году тем, что у нас во время войны не было «пятой колонны». Ведь даже среди большевиков были и есть такие, которые хороши и преданы, когда все хорошо, когда стране не грозит опасность. Но если начнется что-нибудь, они переметнутся».

Корр.: – Насколько правомерно утверждение, что неудачное начало войны связано с тем, что были устранены опытные военные кадры?

Д.Т. Язов: – Ответ на этот вопрос дал в своё время Константин Симонов. Не могу с ним не согласиться. «Ответить на то, кто из погибших тогда людей как воевал бы с немцами, как мы и в какой срок победили бы немцев, будь живы эти люди, – всё это вопросы, к сожалению, умозрительные. В то же время существует факт непреложный, что те люди, которые остались, выросли в ходе войны и оказались у руководства армией, именно они и выиграли войну, находясь на тех постах, которые они постепенно заняли».

Нельзя упускать из виду и такое соображение. Заговор против Сталина всё-таки был. Это не плод чьего-то больного воображения. Не проведи Сталин накануне войны эти чистки, может быть, у нас оказался бы в предателях не один Власов. Среди тех, кого освободили перед войной, были такие замечательные командиры, как Мерецков, Рокоссовский, Горбатов, Лизюков. Но были и те, кто пошел служить немцам. У нас не принято было говорить об этом, но свидетельства такие есть. Не всё ясно и с командующим Западным фронтом Павловым. Тот же Ферр пишет, что «генерал Д.Г. Павлов фактически был виновен в подготовке поражения и заговора в пользу Германии».

В 1943 году в разговоре с Геббельсом Гитлер сказал: «Мы крепко ошиблись в то время, когда думали, что Сталин развалил Красную Армию. На деле всё было как раз наоборот. Сталин избавился от оппозиционеров внутри армии, тем самым, создав гарантии того, что в ней больше не будет пораженческих настроений».

Корр.: – И Хрущёв, и его позднейшие последователи вменяют в вину Сталину то, что он не готовился как следует к войне и по сути дела «проспал» её. А 22 июня так растерялся, что полностью потерял самообладание и впал в прострацию. Не странно ли это слышать о человеке, обладавшем железной волей и несгибаемым характером?..

Д.Т. Язов: – …и о котором Черчилль сказал: «Он обладал глубокой, лишенной всякой паники, логической и осмысленной мудростью, был непревзойденным мастером находить пути выхода из самого безвыходного положения». Тут нет предмета для спора или сомнений. Сталин знал, что война неизбежна и серьёзно к ней готовился. Наша оборонная промышленность развивалась гигантскими темпами. Её доля накануне войны составляла 39 процентов всего промышленного потенциала. Шла модернизация военной техники, создавались новые образцы, по своим характеристикам нередко превосходящие немецкие аналоги. Взять тот же танк Т-34. Гудериан вспоминал: «В ноябре 1941 года видные конструкторы, промышленники и офицеры приезжали в мою танковую армию для ознакомления с русским танком Т-34, превосходящим наши боевые машины. Предложение офицеров-фронтовиков выпускать такие танки, как Т-34, не встретило у конструкторов никакой поддержки. Конструкторов смущало, между прочим, не отвращение к подражанию, а невозможность выпуска с требуемой быстротой важнейших деталей Т-34». Сделаю по ходу два небольших уточнения. Немецкие специалисты не смогли создать аналог броневой стали, которая шла на производство «тридцатьчетвёрок». И что касается сроков: Челябинскому тракторному заводу понадобилось всего 56 дней, чтобы запустить знаменитый танк в производство.

Сталин отодвинул наши западные границы вглубь Европы, вернув потерянные в годы гражданской войны русские земли: Западные Украину и Белоруссию, Бессарабию, добился передачи Советскому Союзу Закарпатской Украины. Блестящий знаток истории, Иосиф Виссарионович использовал такой «несокрушимый» довод: русские в XIII веке потеряли Закарпатскую Украину и с тех пор мечтали её вернуть. Он присоединил Прибалтийские республики. А война с Финляндией? Нужно было обеспечить безопасность Ленинграда, который от враждебно настроенных финнов отделяло всего 32 километра. Сталин формулировал вопрос со свойственной ему прямотой и четкостью: безопасность Ленинграда – есть безопасность нашего Отечества. И не только потому, что здесь сосредоточено 30–35 процентов оборонной промышленности, но и потому, что Ленинград – вторая столица нашей страны.

Сталин лично вёл переговоры с финским правительством, надеясь решить проблему мирным путём. Проявлял при этом неслыханное терпение. Он просил сдать в аренду на 30 лет участок земли на полуострове Ханко и обменять финскую территорию Карельского перешейка на значительно большую по площади часть СССР. На четыре наших вполне приемлемых предложения финны ответили отказом.