Наследие - Сергей Тармашев

— Придется тебе пожариться там еще часок, Картрайт! — довольным голосом сообщил Кэллуэй. — Приближается поезд!

Дик посмотрел вниз, ища глазами Кэллуэя, но сделать это с высоты двухсот тридцати шести метров было не просто. Наконец он заметил маленький силуэт джипа, притаившегося в тени огромной трубы. Пара людей в скафандрах с такой высоты больше походили на прямоходящих муравьев.

— От силы полчаса! — поправил сменщика Картрайт. — Поезд уже недалеко, я отлично его вижу.

— Не-е-ет, — нарочито скептически протянул Кэллуэй, — час, час, никак не меньше! Я уже чувствую, как медленно движется поезд! Да и потом, надо же все проверить, мало ли что! Вдруг в вагон забрался какой-нибудь особо шустрый лиг? Ничего не могу для тебя поделать, Дикки, друг мой! Приказ лейтенанта, все на проверку состава!

— Там и без тебя есть кому проверить! — скривился Дик. — Ты бы лучше думал о своих обязанностях.

На мгновение ему даже показалось, что он прямо отсюда видит довольную рожу Кэллуэя, уверенного в своем неотразимом остроумии.

— Приказ начальника - закон для подчиненного! Не смею ослушаться! — Голос Кэллуэя не скрывал злорадства. — Да ты не беспокойся за меня, Дикки! Не то еще свалишься оттуда от волнения! А ведь тебе еще нести службу целый час! Увидимся, девочка моя! — заржал он. — А пока развлекайся! Можешь почитать мне вслух какую-нибудь древнюю китайскую поэму! Люблю, знаете ли, поэзию после обеда! Особенно на китайском!

К смеху Кэллуэя присоединилось несколько голосов, изнывающая от скуки дежурная смена охраны завода не могла пропустить это шоу очередной издевки над Картрайтом. Все-таки, какое-никакое, а развлечение среди унылой службы, погруженной в душную июньскую жару. Дик промолчал и обреченно проводил взглядом крошечный силуэт джипа, покатившего к заводским укреплениям. Теперь придется проторчать на этой чертовой трубе на час больше. Кэллуэй наизнанку вывернется, но найдет способ протянуть резину, в этом можно было не сомневаться. Прибытие поезда - хороший предлог.

Дик поднес к гермошлему бинокль и принялся наблюдать за приближающимся составом. Тепловоз, тащивший тройку груженных углем вагонов и пару оружейных платформ, издалека напоминал Дику игрушечную железную дорогу, которую дядя Хо подарил ему на восьмой день рождения. За двести лет игрушка прошла через руки не одного десятка мальчишек и в итоге представляла собой кучу мусора, но трудолюбивый Хо умудрился придать ей былой вид. Он кропотливо, часами, порой засиживаясь до глубокой ночи, возился с клеем, паяльником и краской, реставрируя изломанные затертые вагончики, смятые рельсы и разбитые семафоры. В конце концов в комнате у Дика появилась почти точная копия железной дороги от завода до угольного разреза Черной Мессы. Даже прицепных вагончиков было три, прямо как на самом деле. И две боевые платформы, одна впереди локомотива, другая замыкающая состав, точно как взаправду ощетинились пулеметами и сверкали стальными клепками бронеплит пассажирских блоков. Вот только восстановить у игрушки электропитание было уже невозможно, и маленькому Дику приходилось двигать поезд вручную. Но это занятие никак не смущало ребенка, наоборот, оно приводило его в восторг, и даже было время, когда Дик хотел стать машинистом, после того как вырастет…

Тем временем состав приблизился к проверочной отметке, и Дик приложил к гермошлему руку, нащупывая затянутой в перчатку скафандра рукой переключатель дальней радиосвязи.

— «Состав-1», это «Наблюдатель-1», вы приближаетесь к поясу безопасности, вижу вас хорошо, подтвердите прием! — Картрайт огласил стандартную формулировку радиопереговоров согласно действующей инструкции.

— «Состав-1», это «Наблюдатель-2», вижу вас хорошо, прием! — продублировал его запрос наблюдатель с поста на второй трубе. — Как дела, Сэм?

— Это «Состав-1», прием уверенный! — послышался в эфире голос начальника поезда. — У нас все в порядке, рады вернуться домой! Я успел соскучиться по вашим уродливым физиономиям, и даже по твоей, Уолт! Хотя жаль, что ты так и не свалился с этой чертовой трубы!

— С возвращением, Сэм! — откликнулся наблюдатель со второй трубы. — Я тоже тебя очень люблю! Мои чувства постоянно разрываются между тобой и моей Дороти!

В эфире снова раздался смех. Уолт, дежуривший сегодня на второй трубе, и начальник поезда были давними приятелями, и их шутливые перебранки давно стали чем-то вроде ритуала в дни возвращения шахтерской экспедиции.

— Иди к черту, Уолт! — сварливо отшутился начальник поезда. — Я люблю только свою жену! Ну, и еще немного твою!

Эфир вновь загоготал.

— А не пальнуть ли мне в чье-то толстое пузо? — театрально-задумчиво произнес Уолт, перекрывая смех.

— Отставить разговоры! — прозвучал голос заводского управляющего, и смех мгновенно стих. — Как прошла экспедиция, мистер Райс?

— Спасибо Шаро Предрекшей, очень хорошо, сэр! — немедленно откликнулся начальник поезда. — Возвращаемся груженные под завязку!

— Превосходно! — ответил управляющий. — Добро пожаловать домой!

Железнодорожные ворота в укреплениях завода открылись, пропуская состав, и тотчас же захлопнулись вновь. Спустя несколько минут началась разгрузка угля и выгрузка экспедиции, эфир заполнился рабочей суетой, и Дик снова принялся разглядывать окрестности, стараясь держаться в спасительной тени небольшого навеса. В почти сорокаградусную жару маленький тент, сооруженный кем-то когда-то очень давно из куска фанеры, был единственной защитой наблюдателя, засевшего на вершине огромной трубы, от палящих солнечных лучей. Система терморегуляции скафандра едва справлялась с тем, чтобы запечатанный в армированный резинопластик человек не превратился в жаркое.

Дик оглянулся назад и посмотрел на раскинувшийся внизу желтый квадрат Центра Сохранения Генетических Ресурсов «Пэйдж». Хоть это и третий по численности из четырех Центров, некогда объединившихся в Колорадский Альянс, но значение его производственного комплекса по изготовлению угольных фильтров было сложно переоценить. Сам Дик считал свой Центр наиболее важным из всех, а недостаток населения он списывал на удаленность местонахождения и стычки с лигами. Да и как можно не оценить Центр, снабжающий Альянс первейшим средством выживания - фильтрами? В «Пэйдже» делали все виды фильтров, от небольших сменных картриджей для индивидуальных скафандров до огромных многокаскадников, использующихся в фильтровентиляционных установках Периметров. И уголь, основу основ фильтропроизводства, Центр «Пэйдж» добывал сам, не только удерживая единственное на весь Альянс месторождение угля, но и содержа в эксплуатируемом состоянии целую железную дорогу к нему. Пожалуй, с таким бесспорным героизмом мог сравниться только ЦСГР «Гувер», удерживающий нефтедобывающую базу в Калифорнии - самом логове лигов. Но «Гувер»это столица, штаб Альянса. У них и возможности другие, и людей в три раза больше… Хотя служить на той базе Дик бы не хотел. Шутка ли сказать - Калифорния! Жуткое место, пострашнее набитых лигами гнилых лесов Флагстаффа.

Дик посмотрел на встроенные в скафандр часы. Его смена закончилась пятьдесят минут назад, а этот поддонок Кэллуэй все еще не появился. Впрочем, Уолта с соседней трубы тоже не сменили. Видимо, Кэллуэй заступал на смену с одним из своих таких же дебильных дружков, и оба они решили использовать прибытие шахтерской экспедиции как возможность заступить на пост хотя бы на час позже. Надо признать, что торчать шесть часов на двухсоттридцатишестиметровой трубе в малоподвижной сидячей позе было занятием не самым приятным. За год службы Дик так и не избавился полностью от боязни высоты, хотя и стал воспринимать ее гораздо спокойнее.