Передышка в Барбусе - Юрий Никитин

Мрак поинтересовался ядовито:

— Что это про баб вспомнил? Впервые от тебя про нихслышу.

— Бабы? Да они проходу не дают.

— Счастливчик! Так пользуйся. Аспард тяжело вздохнул.

— Они из-за вас не дают проходу, Ваше Величество!

— Как это?

— Да все допытываются, кто к вам ночами в спальнюбегает. Вроде бы не заметили, но кто ж поверит! Такой мужчина и без женщины...

Мрак хмуро вспомнил великолепную красавицу, что так умелозатащила его в тёмный угол, дёрнулся, ощутил укол в груди. Чёрт, а если онавсерьёз?.. Да нет, женщины любят красавчиков, не с его рожей на что-тонадеяться. Просто она, уже сумев при всех затащить его в ту комнатку, теперьможет свысока на всех посматривать, играть бровками и намекать, что она теперьчто-то да значит, что тцар по её просьбе может кого-то наградить, а кого-то и втемницу... И цена таких красоток сразу вырастает до небес, их вниманиядобиваются даже те, чьего внимания она сама недавно добивалась без толку...

Перед глазами встало детское личико Кузи с очень серьёзнымиглазами. Вот единственная, кто его в самом деле любит. Кузе неважно, какая унего конопатая морда, она его в волчьей личине любила... Вот уж в самом деле,невзирая на внешность!

Он криво улыбнулся.

— Погоди, пусть дожди вобьют пепел в землю, —сказал он. Аспард не понял, но сказал на всякий случай:

— Да, когда пепел в землю... да ещё после теплогодождика, то такая трава вымахает!

— Вот тогда и попасёмся, — закончил Мрак. — Апока все эти бабы для меня, как вон те камни в стене... Ты там скажи, что приёмначну чуть позже.

— А куда сейчас? — спросил Аспард быстро.

Мрак поморщился:

— А тебе зачем?

— Охрана, — ответил Аспард твёрдо. — Я должензаранее знать обо всех передвижениях Вашего Величества. Боюсь, что враги ещё невсе сгинули!

— К колдуну загляну, — объяснил Мрак снеохотой. — Только ты делай так, чтоб я твоих глаз и ушей не видел вовсе.И чтоб не толклись у меня под ногами. Затопчу.

Он по привычке ногой распахнул дверь, спохватился, колдуны —народ пугливый, сразу заорал с порога:

— Привет, дружище, успокойся!.. Не надо выпрыгивать изокна. Всё хорошо, все поют. Просто зашёл тебя проведать.

Колдуна в самом деле трясло, даже побелел и глаза выпучил.Мрак смахнул с прежнего сундука кучу хлама, но для колдуна явно драгоценногохлама, а то и не хлама вовсе, сел, по-хозяйски огляделся.

— Ну, — сказал он, — сделал? Колдунвздрогнул:

— Что, Ваше Величество?

— Список, грю, составил?

Колдун чуть расслабился, развёл руками.

— Я полагал, что Его Величество, то есть Ваше, изволилопошутить...

— Я человек серьёзный, — объявил Мрак. —Вообще я не человек даже, а тцар! Составь список, что те надо, а я изволювелеть, чтоб тебе собрали. Даже если надо какой-нить разрыв-травы накосить, тоскажи. Накосют!.. Да не лови сам всяких там жаб да летучих мышей, не лови! Несолидно. Пусть молодые для тя ловят. Ты только пальцем указуй. Есть у тебяпалец? Ну, вот видишь!..

Колдун топтался перед ним, Мрак спохватился и жестом указална единственное кресло. Колдун опасливо присел, но на самый краешек, неразваливаться же перед правителем страны, сочтёт неуважением, тут же голомудолой либо ещё хуже — отстранит от занятий колдовством и магией.

Странное чувство самым краешком коснулось сердца Мрака. Онне шугнул, позволил потереться мягким кошачьим боком, впустил вовнутрь, апотом, побуждаемый этим неведомым, пробурчал:

— Тцар я или не тцар? Слушай, властелин молний, а что,если я восхочу узнать больше о мире?

Колдун отшатнулся:

— Ваше Величество, вы не к тому обратились! Во-первых,властитель у нас — это вы, Ваше Величество, Яфегерд Блистательный, защитниксправедливости, меч гнева и... многое другое. Во-вторых, я знаю только своинемногие трюки...

Мрак покачал головой.

— Колдун, я, хотя ещё не совсем дряхлый дед, но успелкое-что увидеть в этом мире. Не тцары правят, а правят ими колдуны, чародеи,волшебники. Но и они, сами того не подозревая, выполняют волю богов... с чем япо молодости и ещё почему-то, но не согласен! Простых неграмотных селян, тцарови богов объединяет то, что они ведомы чувствами. А чувствами ведомы и лесныезвери, птицы и гады, даже жалкие тли. Только колдуны стараются жить по разуму.

Старый колдун посматривал то пристально, то отводил взор,вздыхал, иногда оживлялся, а когда Мрак закончил, из впалой старческой грудивырвался глубокий вздох:

— Благородный тцар... Увы, это у тебя возникло вотпрямо сейчас... я же вижу, и пройдёт раньше, чем ты переступишь порог обратно.Чувства чересчур сильны, они побеждают и в наших душах. И тогда могучий разумколдуна начинает служить простейшим желаниям: жажде власти, женщин, богатства,признанию своей мощи народом и тцарями... Немногие могут избегнуть этогособлазна. А если честно, я не знаю таких. Так что, наверное, у тебя самыйправильный путь... Идти за своим чутьём!

— За чутьём? — переспросил Мрак.

— Да, Ваше Величество.

— Значит, нет точных правил, как жить верно?

— Пока только чутьё, — повторил колдун. Мраквытащил из кармана амулет.

— Ладно, чуйствами, так чуйствами. Ты мне вот чёскажи... Если эту штуку продать, чё-нить дадут?

Колдун опасливо рассматривал загадочную штуку, даже весьвытянулся, отчего старческая черепашья шея удлинилась, стала похожей на шеюстарого гусака. Лицо медленно бледнело, а лоб покрылся мелкой испариной.

— Вряд ли, — сказал он наконец неестественнохриплым голосом.

— Чё? — спросил Мрак. — Ничо не стоит?

— Наоборот, — выдохнул колдун, — ВашеВеличество, этот амулет — бесценен.

— Ого!.. А чем он хорош?

Колдун пристально и с некоторым страхом всматривался взначки на амулете.

— Если Ваше Величество повернёт вот так к свету и чутьсдвинет большой палец... ну, чтобы я рассмотрел те руны.

Мрак протянул ему амулет.

— Дык возьми и прочти сам!

Колдун отпрянул, опасливо посмотрел на Мрака.

— Я не посмею...

— Да не жмись, — сказал Мрак сердито. Он насильносунул амулет колдуну в ладонь. — Читай, что там!

Колдун повернулся к окну, солнечный луч упал на матовуюсерую поверхность. Значки загорелись оранжевыми чёрточками, словно там побежаликрохотные реки из расплавленного золота.