Кардонийская петля - Вадим Панов

– Нужно помочь.

– Да, мой маршал.

Телохранитель надавил на ручку дверцы, но остановился, дослушивая приказ:

– Если не получится спасти Касму – убей его.

– Я тебя не трону!

Здесь горит, там пылает, там кто-то вопит. Нападение было подготовлено профессионально, исполняли его люди умелые, а потому у охранников не оставалось шансов. Они, конечно же, не мальчики для битья, но противопоставить опытным диверсантам им было нечего.

Плотность огня в первые секунды атаки наёмники обеспечили ошеломляющую, бронеавтомобиль, получивший в борт два выстрела из «Брандьеров», огрызнулся длинной пулемётной очередью, попытался отъехать в сторону, но Якорь ухитрился всадить зажигательный снаряд в боковую щель и тем вывел машину из игры. Взрыва не последовало, только дым повалил, за ним – вопли, а после из обеих дверей посыпались обожжённые и перепуганные солдаты. Снимать их Солёный не стал, сосредоточил пулемётный огонь на «Борде» и выскочивших из него телохранителях. А Якорь и Копатель, сменив «Брандьеры» на обычные карабины, занялись второй машиной охраны.

– Скорее! – Колотушка сидела рядом с Хайнцем, она должна была встречать Орнеллу, но не удержалась, распахнула дверцу раньше положенного и, повиснув на лестнице, открыла огонь из «Фаретты». – Капитан!

«Бебес» замер рядом с «Колеттой», в последний момент преградив лимузину дорогу. Орнелла, ничуть не смущаясь визжащих вокруг пуль, выскочила из низенького автомобиля и через лобовое стекло пристрелила шофера; телохранитель с переднего сиденья получил своё от «Шурхакена».

– Я тебя не трону!

Касма лежит сзади, на полу, забрался под мёртвого охранника, выпачкался в его крови, но живой. Дышит, мелкий, дышит, трясётся и едва слышно подвывает.

– Ты нужен живым! – Орнелла выдёргивает Друзе из машины и тащит к паротягу.

– Это он! – Колотушка опускается ниже. Улыбается. Стреляет и улыбается.

А когда секретарь оказывается рядом, Эбби хватает Касму за шкирку и тащит в кабину. Григ оборачивается, собираясь прикрывать подругу, но ребята справляются сами: вокруг всё горит, пылает или убегает. Никакого сопротивления.

«Победа?»

– Поднимайся!

Ноги Касмы исчезают в кабине, Орнелла берётся за металлический поручень, но замирает, различив, что в симфонию боя вплелись новые звуки.

Профессиональные военные действуют совсем иначе, нежели полицейские или охранники, поскольку им нет нужды задумываться над следованием букве закона или о благополучии охраняемого объекта. Профессиональный военный ощущает себя на поле боя, по умолчанию делит присутствующих на своих и чужих, а получив приказ действовать, начинает активное истребление последних. С этой точки зрения они молодцы.

И ошибку посланные Тиурмачином кирасиры допустили одну-единственную: слишком рано начали стрелять. Однако эта ошибка их сгубила.

Если бы «Клоро», в кузове которого притаился готовый к десанту взвод, не запустил шестиствольные «Гаттасы», разгорячённые боем диверсанты заметили бы его слишком поздно. Но профессиональные военные действуют не так, как охотники; военных учат накрывать врага огнём, и они накрыли, громко сообщив о своём приближении.

– Ипатый муль!

– Вояки!

– Капитан!

Орнелла высовывается из кабины:

– Газу!

И диверсанты демонстрируют потрясающую выучку: Колотушка натягивает на ошалевшего Касму респиратор, Хайнц уже в маске, а парни в кузове вскрывают красный ящик. Григ предполагала, что их могут накрыть военные; всё-таки Унигарт стал крупной ушерской базой, и десантники на его улицах не редкость; предполагала и подготовилась. «Клоро» с кирасирами Орнелле, конечно, не представлялась даже в кошмарах, но её парни не растерялись.

– Готов! – рявкает Якорь, поднимая ручной бомбомёт.

– Без команды!

Первая алхимическая граната врезается приближающемуся «Клоро» в лоб. Тут же следуют ещё две, одна из которых залетает в кузов. Крики. Грузовик начинает набирать скорость, стремясь оторваться от эрсийского бронетяга. Рой пулемётных пуль врезается в металл, но кузов держит.

– Ещё!

На перезарядку уходит три секунды, и гремит второй залп. Теперь две гранаты залетают в кузов приблизившегося «Клоро», а третья разрывается у щели механика-водителя. Бронетяг замирает, словно ткнувшись в невидимую преграду. То ли водитель глотнул ненужного, то ли получил приказ спасать своих: из кузова торопливо выпрыгивают кашляющие кирасиры.

– Уходим!

Грузовик выворачивает к сферопорту, «Клоро» пока стоит, Хайнц поднимает вверх большой палец, Колотушка снимает маску и улыбается, а Орнелла… Орнелла смотрит вперёд и рычит:

– А это ещё кто?!

– Ваши друзья, аллакут? Кто-то захотел сделать вам подарок?

– У нас не принято мне мешать.

– Понимаю…

К месту побоища они прибыли поздно: грузовой паротяг уже набрал скорость. Помпилио крикнул: «Тарань!», Аксель послушно вывернул руль, но тяжёлая машина не поспела за желаниями адигена. Грузовик проскочил по самой обочине, чиркнув колёсами по знаменитым скалам, и Помпилио с Крачиным увидели окутанный газом «Клоро», горящий бронеавтомобиль, расстрелянные «Борды» и «Колетту Витарди».

«Тут было весело, – прокомментировал дер Даген Тур, пока Аксель разворачивал кран. – Мы не можем их упустить!»

«Не упустим», – пообещал Крачин.

И в целом слово сдержал. Срезав пару углов, Аксель сумел нагнать грузовик и сесть ему на хвост, но дальше дело не пошло: водитель беглецов был профессионалом и умело закрывал Крачину проезд.

– И не отставай.

– Да, аллакут.

Дверь со своей стороны кабины Помпилио снёс в самом начале погони: распахнул, затем отстрелил петли и сбросил полотно на дорогу. Аксель сразу догадался, что адиген собирается угостить беглецов из бамбады, но к делу Помпилио приступает только сейчас.

– Я постараюсь не трясти! – кричит эрсиец.

– Не имеет значения.

Дер Даген Тур прижимается спиной к косяку, берётся левой рукой за стойку, крепко упирается левой ногой в переднюю панель и выставляет «Жимолость», которую удерживает одной правой. Только сейчас Крачин понимает преимущества сложения Помпилио: руки у него хоть и короткие, толстые, но при этом необычайно крепкие, и адиген без труда удерживает тяжёлую бамбаду.

– Вы кого-нибудь видите?

Ответа нет. Бамбадао слился с оружием и терпеливо ждёт, когда появится цель. Пару секунд назад Помпилио заметил, что один из беглецов неосмотрительно высунулся из-за борта, и надеется, что тот повторит рисковое движение.

Повторяет.

Выстрел.

– Минус один, – хмыкает вернувшийся на сиденье дер Даген Тур. – Хоть что-то.