Гражданская кампания - Лоис МакМастер Буджолд

– Такое могло прийти только в голову человеку, ни разу не писавшему для Иллиана финансовый отчет, – фыркнул Майлз.

Галени пожал плечами.

– А есть ли… – Майлз замялся. – А… Короче, никакой утечки информации из дома Фортицев не обнаружено?

– Никакой, – кивнул Галени.

Майлз улыбнулся. Он знал, что не ошибся в Катрионе.

– Окажи мне услугу, особо подчеркни этот факт в докладе Аллегре, ладно?

Галени неопределенно развел руками.

Майлз медленно выдохнул. Никакой утечки, никакой измены. Просто злой умысел и стечение обстоятельств. Плюс теоретическая возможность шантажа. И все это обрушивается на него самого, на родителей – когда они все узнают, а это случится скоро, – на Фортицев, Никки, Катриону. Мерзавцы! Как они посмели обидеть Катриону… Майлз с трудом подавил закипающую ярость. Не время сейчас беситься. Сейчас нужен холодный расчет и решительные действия.

– Так что же СБ намерена со всем этим делать, если вообще намерена? – наконец спросил Майлз.

– На данный момент почти ничего. Разумеется, мы будем просматривать всю информацию, чтобы не допустить разглашения ключевых моментов. Конечно, это довольно скверная альтернатива отсутствию внимания к делу Форсуассона вообще, но сплетня насчет убийства оказала нам одну услугу. Теперь для всех, кто не хотел смириться с тем, что смерть Тьена произошла случайно, есть подходящая версия, которая полностью отвечает требованию запрета на любые дальнейшие расследования.

– О да, целиком и полностью! – рявкнул Майлз. Понятно, к чему это ведет. Он упрямо скрестил руки на груди. – Означает ли сие, что я свободен в своих действиях?

– А-а… – протянул Галени. И тянул довольно долго. Наконец у него кончилось дыхание, и он туманно пояснил: – Не совсем.

Майлз, оскалившись, ждал продолжения, Галени ждал, когда выскажется Майлз.

Майлз сломался первым:

– Черт подери, Дув! Я что, по-вашему, должен молча жевать это дерьмо?!

– Да ладно тебе, Майлз… Тебе и прежде доводилось носить всякого рода маски. Мне казалось, что вы, тайные агенты, просто этим живете.

– Только не в своей песочнице! Никогда – там, где я живу. Мои дендарийские задания выглядели как «ударь и беги». И вонь мы всегда оставляли далеко позади.

В пожатии плеч Галени не было и намека на сочувствие.

– Должен также подчеркнуть, что это лишь первичные результаты. То, что сейчас нет утечки, вовсе не означает, что ничего не… просочится позже.

Майлз медленно перевел дух.

– Ладно. Передай Аллегре, что он получил своего агнца. Бе-е-е! – После небольшой паузы он добавил: – Но я отказываюсь изображать виноватого. Это была неполадка с респиратором. Точка.

Галени отмахнулся:

– Имперская безопасность жаловаться не будет.

Хорошо, что утечки по комаррскому делу нет, напомнил себе Майлз. Но это убивало слабую надежду оставить Ришара на милость СБ.

– Пока это всего лишь слухи, пусть говорят. Но можешь передать Аллегре, что если на Совете Графов против меня выдвинут официальное обвинение…

То что?

– У тебя есть основания полагать, что кто-то выдвинет против тебя обвинение? – сощурился Галени. – Кто?

– Ришар Форратьер. Я получил от него… своего рода личное обещание.

– Он не может. Разве что найдет кого-то, кто сделает это за него.

– Сможет, если одержит победу над лордом Доно и будет утвержден как граф Форратьер.

А мои коллеги скорее всего подавятся лордом Доно.

– Майлз… Имперская безопасность не имеет права оглашать сведения о смерти Форсуассона. Даже Совету Графов.

По выражению лица Галени Майлз перевел эту фразу как «особенно Совету Графов».

– Угу. Знаю, – мрачно кивнул Майлз.

– Что ты намерен делать? – Галени явно чувствовал себя не в своей тарелке.

У Майлза были веские причины не ввязываться в эту ситуацию. Не просто нежелание играть на нервах СБ. Но целых две причины – мать и сын. Если он все сделает верно, грядущая юридическая буря даже краешком не коснется Катриону с Никки.

– Всего лишь свою работу. Немножко политических игр. В барраярском духе.

Галени скептически на него поглядел.

– Ну, если ты действительно хочешь изображать невинность, тебе следует делать это более убедительно. Ты… виляешь.

Майлз… вилял.

– Есть вина и вина. Я невиновен в предумышленном убийстве. Я виновен в том, что допустил весь этот бардак. Не то чтобы я один – тут потрудилась целая бригада клоунов во главе с самим Форсуассоном. Если бы он только… Дьявольщина, да на Комарре каждый раз, стоит вылезти из челнока, тебя усаживают смотреть видеофильм об обращении с этими долбаными респираторами! Этот кретин прожил на Комарре почти год! Ему непрерывно об этом талдычили! – Он помолчал. – Хотя я тоже отличился – улетел из купола, не поставив в известность собственную группу поддержки.

– Как показывает практика, в небрежности тебя никто не обвиняет.

Майлз горько скривился:

– Они мне льстят, Дув. Они мне льстят.

– Тут я тебе ничем помочь не могу, – пожал плечами Галени. – У меня собственных призраков хватает.

– Шах, – вздохнул Майлз.

Галени довольно долго смотрел на него и наконец решился:

– Насчет твоего клона.

– Брата.

– Ну да, его самого. Ты знаешь… понимаешь… Какого черта он добивается, увиваясь вокруг Карин Куделки?

– Это вопрос Имперской безопасности или Дува Галени?

– Дува Галени. – Галени выдержал довольно долгую паузу. – После той… своеобразной услуги, что он оказал мне, когда мы впервые встретились на Земле, я был рад, что ему удалось уцелеть и удрать. Я не был поражен, когда он внезапно возник тут, и не удивился – поскольку к тому времени уже был знаком с твоей матерью, – что твоя семья приняла его. Я даже смирился с тем, что нам с ним придется общаться. Но я никак не рассчитывал, – Дув внезапно охрип, – что он мутирует в моего свояка!

Майлз откинулся на стуле, тщетно пытаясь изобразить сочувствие. Во всяком случае, он не расхохотался.

– Должен заметить, что в определенном – очень смутном смысле – вы с ним и так уже родственники. Он твой сводный брат, потому как сотворил его твой отец. По некоторым галактическим законам о клонах это автоматически делает твоего папеньку отцом Марка.

– У меня от этой концепции голова болит. И сильно. – Дув с внезапной тревогой уставился на Майлза. – Сам-то Марк ведь не считает меня своим сводным братом, а?

– Пока что я не привлекал его внимания к этой юридической тонкости. Но подумай сам, Дув, насколько проще тебе будет воспринять его всего лишь в качестве свояка. Да и вообще, не у тебя одного такие славные родственнички. Это уж кому как повезет. Так что сочувствие тебе обеспечено.