История злодейки - Марина Орлова

У меня была секунда. Всего одна секунда, на то, чтобы среагировать. За себя не боялась, так как успела обезопаситься, а вот смерть короля Мидлхейма в мои планы совсем не входила. И все же, я оказалась медленнее. Потому мне очень повезло, когда Ян решил обратить свое первоначальное внимание именно на гвардейцев.

Но, несмотря на это, я все же была не готова, совсем не готова видеть смерть страшную, жестокую и мучительную. Каким-то чудом заставила себя всего на мгновение поверить, что эти крики, что сейчас режут мой слух, всего лишь очередной плод моего воображения. Тем более, я совершенно не желала видеть то, как Ян становится причиной этих криков и хрипов. Потому сосредоточилась лишь на цели. Болезненным усилием воли, я поборола дрожь от холода, нервов и страхов и быстро приблизилась к Себастьяну, который явно не ожидал от меня каких-то отчаянных действий. Так вот, я сильно его удивила, вытащив из сапога небольшой нож и ткнув им мужчину под колено, отчего он заорал от боли и неожиданности, а после был вынужден упасть на подкошенных ногах.

Я вот ни разу не воительница. Я никогда не была сторонником насилия и, даже бегая с отцом по лесам, всегда скорее мешалась и пыталась отговорить его от убийства зверушек, несмотря на любовь к огнестрельному оружию. Что уж говорить о добровольном причинении серьезного вреда человеку! Собственноручно? Ни за что!

Я всегда так думала до этого момента. Потому что Паук для меня был хуже самой вшивой скотины. Он был не человеком, а мерзким, уродливым и жестоким существом. И сейчас угрызений совести я не ощущала.

На данный момент я отлично понимала, что счет идет на секунды, потому даже не помышляла задумываться над сторонами морали. Не было времени на сомнения. Все они остались там, еще во дворце, когда я из раза в раз продумывала возможные риски и их решения. И такой поворот событий я тоже предусмотрела. Хотя и надеялась, что обойдется. Тогда я и понимала, что когда придется идти на крайние меры я не смогу медлить. Прокручивая в голове все варианты, в том числе и эту мысленную сцену, я отреклась от последних крох слабости и человеколюбия. Жизнь за жизнь. А этой мрази реинкарнаций не хватит, чтобы заплатить по всем счетам.

Воспользовалась слабостью мужчины и прижала к его горлу уже окровавленный нож, что больше напоминал стилет.

— Отмени приказ на убийство людей! — потребовала я, стоя за его спиной, и надавила острием ножа на шею, позволяя покатиться первым каплям крови. Возможно, все дело было в том, что сжимала рукоять слишком сильно, возможно, из-за дрожи, что только набирала обороты и боялась выпустить нож из рук, но чем больше я переживала, тем сильнее давила, уже не видя грани. И душераздирающие крики на фоне задачу не облегчали. — Отменяй или я тебе глотку вспорю! — выкрикнула я, ощущая, как нервы сдают, а от напряжения желчь поднялась по пищеводу, заставляя судорожно сглатывать.

— Демьян, убей ее! — проорал этот поддонок, а я с удовольствием позволила острию войти еще глубже в рану, отчего мужчина захрипел и напрягся. Демон обернулся, смерил мужчину пренебрежительным взглядом, а после вновь обернулся на гвардейцев, что из последних сил, но с достоинством оберегали короля. Похоже, Паук за своим всевластием стал несколько рассеянным. Он расслабился и перестал помнить о неосторожно данных словах, пренебрегая привычной осторожностью. Чувство полной власти опьяняет и заставляет терять бдительность. Вот и сейчас он забыл, что пока амулет находится у него, Ян мне неопасен.

Кажется, это начал понимать и Улссон.

Посмотрев на меня косым взглядом, мужчина ожесточенно улыбнулся и уже собирался разжать пальцы кулака, которым опирался на пол, чтобы сохранять равновесие. В этой же ладони был и амулет.

Уже понимая его задумку, я в очередной раз порадовалась, что выбрала сегодня тяжелые сапоги с жестким каблуком. Им я и придавила его уже раскрытую ладонь к полу в месте, где на мозаике остался артефакт. Мужчина вновь взвыл от боли, на этот раз в ладони, но, ни скинуть мою ногу, ни дернуться нормально не мог из-за ножа у своего горла.

— Я сказала: отмени приказ на убийство! — рычала я, а Пауку не осталось ничего, кроме как подчиниться, потому что в подобных делах я была совсем неопытной и могла сорваться в любой момент. Одно неосторожное движение ножа в моих трясущихся руках, и Улссон будет захлебываться собственной кровью из разодранной глотки.

— Демьян, остановись!.. — выкрикнул Паук и Ян послушно замер. Я довольно хмыкнула и слегка ослабила давление на горло мужчины. Это заставило его немного расслабиться, а уже через мгновение он выдернул руку из под моего каблука и набрал в грудь воздух, чтобы отдать новый приказ. Вот только я знала, что так будет. Такая мразь не умеет играть честно. Но и я не собиралась, потому проткнула ему еще и руку, заставив вновь взвыть и широко раскрыть пасть.

Я тщательно представляла себе этот момент. Наверное, раз сто я детально прокручивала последовательность своих действий, тренировалась… и сейчас даже продрогшее тело сработало на автомате. Все из того же сапога я вытащила доставленный Беристо крюк для свежевания мелкой дичи. Крюк был небольшим, но острым и прочным, а мои руки уже работали рефлекторно, так что я сама не успела толком ничего понять и осознать. Очнулась лишь тогда, когда крюк плотно сидел в залитом кровью языке, отчего меня моментально замутило.

Задержав дыхание и отчаянно сдерживая подступающую желчь, я насильно вытянула язык изо рта, стараясь не думать… просто не думать и следовать плану. Натягивая плоть одной рукой, второй я прижала к нему нож, отчего и без того орущий и окровавленный лорд завыл еще громче и дернулся так сильно, что я едва не вырвался вместе с крюком. Смотреть на него было страшно… Краем сознания я чувствовала, что меня бьют по ногам, по торсу, пытаются оттолкнуть и поцарапать, но, из-за боли и паники он бил рассеянно, бесцельно, а потому неопасно. Будто находясь в трансе, я просто не обращала внимания, сосредоточившись лишь на цели.