Безликий - Павел Корнев

– Если вы полагаете, будто сумеете заставить меня снять порчу силой или под угрозой оружия, то заблуждаетесь. Высокое искусство так не работает. Нужна свободная воля. А я уже говорил – я никогда не пойду на компромисс в ущерб своим интересам! Я могу все исправить, но отнюдь не безвозмездно.

Барон признал содеянное с поразительной легкостью. Он нисколько не опасался возмездия, а ведь самое меньшее, что полагалось малефикам, – это пожизненное заточение в холодной каменной келье где-нибудь на Соловках. Не иначе порчу по его указанию навел кто-то другой, а сам фон Страге в случае проверки окажется чист, как свежевыпавший снег.

– Чего вы хотите? – спросил я, заранее зная ответ.

– Документы, которые ваша кузина обязалась передать Анри Фальеру. Как только они окажутся у меня, в столь специфическом… стимуле не останется никакой нужды.

Я сделал глубокий вдох и, чувствуя, что ступаю на тонкий лед, произнес:

– У нас нет эти бумаг.

– Нонсенс! – отмахнулся Рихард фон Страге. – Они у вас!

– Мы думали, что они у нас есть. Но…

– Послушайте, Жан-Пьер! – разозлился барон. – Меня начинает утомлять этот беспредметный разговор!

– Я верну бумаги и передам их вам, – предложил я. – Просто на это уйдет день или два. Дайте мне время…

Рихард вдруг вскочил из-за стола, будто ужаленный.

– Время! – воскликнул он. – Время – это то, чего нет ни у кого из нас! Фальер прекрасно осознавал ценность попавшего ему в руки изобретения! Он мог озолотиться с помощью его, если бы не погряз в долгах. У него не было времени! И у меня его тоже нет! Наш мир слишком быстро несется к глобальной войне, какой еще не видывало человечество! Одни возвысятся, другие падут, и я не желаю оказаться в стане побежденных!

– Два дня! – повторил я, но барон меня словно не услышал.

– Прогресс не остановить! Любое изобретение рано или поздно будет повторено кем-то иным, но сейчас… именно сейчас на это попросту не остается времени! Новый движитель может в корне изменить баланс сил, но только если действовать безотлагательно! Без промедления! Немедленно!

Я мало что понял из этой белиберды и вновь попросил:

– Остановите порчу всего на два дня.

Рихард фон Страге взглянул на меня с откровенным недоумением.

– Вы вообще меня не слушали? Никто не получит никаких поблажек и отсрочек! Ни я, ни вы! Либо мы движемся в ритме мироздания, либо оно своими жерновами растирает нас в прах! Выбор за вами!

– Если Софи умрет, бумаг вам не видать. Я уничтожу их, так и знайте!

– Она не умрет, – отмахнулся барон. – Ну посудите сами, с какой стати мне обрывать единственную ниточку, способную привести к документам? Нет, смерть госпоже Робер не грозит! Можете не волноваться.

Но напротив, от этих слов мне сделалось не по себе.

– Что с ней сделает проклятие?

Рихард пожал плечами.

– По вашей милости я лишился спутницы. Ваша кузина вполне сгодится на замену.

Я начал подниматься, но легшие на плечи руки заставили опуститься обратно на стул.

Барон тоже вернулся на свое место, с легким оттенком брезгливости посмотрел на тарелку и покачал головой.

– Принесите бумаги, и все вернется на круги своя, – пообещал он. – А нет – я завладею телом и душой вашей прелестной кузины. И ее памятью – тоже. Внакладе я не останусь в любом случае. Я не проигрываю. Никогда.

– Софи не знает, где находятся бумаги.

– Предлагаете поверить вам на слово? Жан-Пьер, вы меня утомили. Я ожидал от этой встречи совершенно иного. Не приходите и не звоните больше… без бумаг. И советую десять раз подумать, прежде чем обращаться в полицию. Кузину вы этим точно не спасете.

Стул слегка качнулся назад, и я поднялся на ноги, а барон взялся за нож и вилку.

– Примите правильное решение, – добавил он напоследок.

Я пристально взглянул в ответ, кивнул и покинул кабинет.

6

После беседы с бароном внутри у меня все так и клокотало. Первым делом я заглянул в уборную и с бессильной злобой уставился на отражение своего раскрасневшегося от злости лица.

Вот же сволочь!

Сдать бы подлеца Третьему департаменту, но донос лишь немного усложнит ему жизнь и ровным счетом ничего не даст нам с Софи.

Вытащив из кармана пистолет, я выщелкнул из рукояти магазин, затем передернул затвор и проверил патроны. На первый взгляд все оказалось в порядке, я вновь зарядил «Зауэр» и отправился к выходу.

Кучер отвез меня на станцию, пешком топать в сгустившихся сумерках по проселочной дороге не пришлось. К несказанному облегчению, на обратном пути вагон оказался почти пуст, и выпала возможность поразмыслить над сложившимся положением дел, но всю дорогу мысли бежали, бежали и бежали по кругу, не находя выхода из западни. Все козыри были на руках у барона.

Надо было срочно вернуть бумаги Дизеля.

Вернуть их во что бы то ни стало…

На Центральном вокзале я сразу смешался с толпой, на ходу снял пиджак и перекинул его через руку. Слегка изменил походку и покинул огромное здание через один из боковых выходов, а там моментально растворился в ночном городе, стараясь держаться подальше от уличных фонарей и ярких витрин.

Барон запросто мог отправить следом кого-нибудь из своих подручных, и это обстоятельство еще больше осложняло мое и без того аховое положение.

Я попросту не успевал справиться со всем в одиночку! Не мог разорваться и не имел права на ошибку! Слишком много всего навалилось, чтобы целый день караулить анархистов у фотосалона. В лучшие времена я привлек бы к слежке за грабителями кого-нибудь из вышибал, но не поручать же столь важное дело охромевшему Луке?!

Я остановился на перекрестке и оглядел тихую улочку с длинной шеренгой фонарей. Теплое мерцание газовых ламп вырывало из ночного мрака фигуры прохожих, а стоило людям сделать лишь несколько шагов в сторону, и они вновь растворялись в темноте. В домах светились прямоугольники окон, над крышами помаргивали сигнальные огоньки дирижаблей.

Мое внимание привлекла веранда кафе; свободных столиков под навесом не было, но я и не собирался сидеть на всеобщем обозрении. Зашел внутрь. Посреди комнаты там был выставлен бильярдный стол, возле него скучал подвыпивший гуляка в белом парусиновом костюме. В дальнем углу сидела влюбленная парочка, рядом с ними дремал какой-то пьянчуга, еще двое накачивались вином у противоположной стены.

Я выудил из бумажника последний четвертак и позвонил Рамону Миро.

– О, синьор Маркес! – удивился частный детектив. – Нашлись деньги?

– Нет, хочу предложить работу.

– Без денег? Это крайне самонадеянно с вашей стороны.