Меч в рукаве - Роман Глушков

Дешевых отелей в Куинсе было пруд пруди, причем, помимо обычных, имелись здесь и весьма экзотические – для геев, для лесбиянок, совсем демократичные – для «шведских семей». Понятное дело, спецотеля для Исполнителей среди них не нашлось, а потому бесприютным скитальцам пришлось довольствоваться неблаговидным заведением с обшарпанными стенами, вытертым до бесцветности линолеумом и фанерной казарменной мебелью. Заведение тем не менее носило гордое имя «Рай на Земле». Свободный номер оставался только один, но Мефодий и Кимберли взяли его без колебаний.

– Надеюсь, ты не воспользуешься моей беспомощностью? – игриво поинтересовалась Ким, скидывая кроссовки и прямо в одежде валясь на единственную в номере кровать. – Мой рыцарь, спасенная вами принцесса устала и чертовски хочет спать. Просьба не толкаться, не отбирать одеяло и не колоться слэйерами…

И пока ее верный рыцарь думал, что же ответить, Кимберли перевернулась на бок и, по-детски подложив ладони под щеку, уснула невинным сном.

Мефодий немного потоптался возле сладко сопящей Ким, после чего, также не раздеваясь, улегся на свободную половину кровати и закрыл глаза.

События последних безумных дней его жизни плясали перед глазами, словно при деблокировании, не давая полностью расслабиться. Но вскоре даже выносливый исполнительский мозг взмолился о передышке и самостоятельно перешел в спящий режим, оберегая себя от излишней перегрузки.

Адреса, что вчера вечером выбрала из газеты Кимберли, были раскиданы по всему Нью-Йорку и пригороду, поэтому посещать их решили по степени удаления от Куинса. Маршрут поиска требовалось составить самый рациональный – денег у Ким оставалось мало, а у Мефодия, кроме жалкой кучки мелочи, их и вовсе не было.

Ближайшая ясновидящая жила совсем недалеко – в квартале от отеля и в двух шагах от аэропорта Ла-Гуардия.

Дверь Исполнителям открыла моложавая чернокожая женщина с помятым лицом, хранившим на себе последствия вчерашней пьянки. Под глазами у женщины отвисли мешки, выступавшие дальше, чем надбровные дуги. Из квартиры ясновидящей пахнуло спертым воздухом, в котором явственно ощущались ароматы царившего здесь вчера веселья.

– Зачем пожаловали? – угрюмо буркнула обладательница дара свыше, не вынимая из опухших губ сигареты.

– Вы же ясновидящая! – сказала Ким. – Должны бы и сами догадаться.

– Проваливайте, – велела хозяйка квартиры и, недобро зыркнув на Кимберли, захлопнула дверь прямо перед ее носом.

– Все понятно, – подытожила девушка. – Тело проснулось, ясновидение еще спит. И по-моему, работать сегодня оно вряд ли выйдет.

Следующий адрес находился в Бруклине. Гадалка – чем-то похожая на Пелагею Прокловну, маленькая, только полненькая старушенция – весьма учтиво приняла посетителей, усадила их на диван, а сама заняла рабочее место за антикварным столиком с хрустальным шаром посередине.

– Я вас слушаю, – произнесла гадалка загадочным полушепотом, напуская на себя вид человека, имеющего контакт с высшими сферами.

– Мы к вам по весьма пикантному вопросу… – начала Ким.

– Я знаю, – кивнула гадалка. – Всех последнее время остро волнует собственное будущее. Я вам помогу. Какое желаете гадание – каждому отдельно или вместе?

– Понимаете, нам нужен прогноз не для себя, а для… одной группы людей, можно сказать, некоего общества…

– Для общества? – Гадалка непонимающе перевела взгляд с Кимберли на Мефодия. Тот в подтверждение слов своей напарницы утвердительно кивнул. – То есть для некой семьи, за которую вы просите?

– Да, можно сказать, что для семьи, – согласилась Ким. – Большой семьи… Они раньше жили здесь неподалеку, но недавно у них случились крупные неприятности… Может быть, вы даже знаете кого-то из них. Малкольма, например?

– Как его фамилия? – поинтересовалась гадалка.

– Я назову вам номер его телефона – тринадцать нулей сорок восемь, – ответила Ким, внимательно наблюдая за старушкой.

– Простите, но я вас не понимаю, – с сожалением проговорила та, не выказав абсолютно никакой реакции и на телефонный номер. – Зачем мне их телефон, я по телефону не работаю… Я могу погадать по фотографии; у вас есть фотография вашего Малкольма?

– К сожалению, нет, – вздохнула Ким и поднялась с дивана. Мефодий последовал за ней. – Мы ошиблись, извините… Это вам за беспокойство.

С этими словами Кимберли протянула гадалке десятку. Старушка немного помялась, но деньги взяла.

– Странные вы какие-то, – сказала она на прощание. – Будто не от мира сего…

– Будто не от мира сего, – сказал Мефодий, когда они с Ким вышли на улицу и направились к станции подземки. – Теперь уже и правда не от мира сего… Кстати, если каждому несостоявшемуся агенту отстегивать по десятке, к обеду придется выходить на большую дорогу.

– Помолчи, – буркнула Ким, думая о чем-то своем. – Так или иначе, денег нам все равно не хватит, поэтому пока будем ехать, лучше бы подумал, где их раздобыть без лишних проблем.

– До ночи, видимо, нигде, – ответил Мефодий. – Так что придется экономить.

В южном Бруклине, почти у самого побережья, проживал еще один помеченный Кимберли кандидат на посещение – как он писал о себе в газете, «целитель-травник и иглорефлексотерапевт дядюшка Вонг». «Дядюшкой» оказался пожилой китаец, содержавший маленький магазинчик, который изнутри выглядел на удивление опрятным и весь был усажен разнообразной – по всей видимости, лекарственной – зеленью.

Дядюшка Вонг учтиво кивнул из-за прилавка, но не произнес ни слова, а просто стоял и поглядывал на зашедших к нему посетителей с хитрой, хотя и приветливой улыбкой.

– Вы дядюшка Вонг? – на всякий случай уточнила Ким.

Китаец снова кивнул, на мгновение продемонстрировав Исполнителям лысую, окруженную редкими седыми волосами макушку.

– Мистер Вонг, вас порекомендовали нам друзья, – обратилась к нему Ким. – Они говорят, что вы можете кое в чем нам помочь.

– Возможно, могу, а возможно, и нет, – ответил дядюшка, с лисьим прищуром разглядывая гостей. – Дядюшка Вонг не всемогущ, он обычный человек.

Даже если старый китаец и был любопытен, он не выказывал этого, предоставляя гостям изложить свою просьбу тогда, когда они сами того захотят. Невольно складывалось впечатление, что дядюшка может простоять вот так – в терпеливом ожидании, со склоненной набок головой – до самого вечера.

– Нам нужно встретиться с человеком по имени Малкольм, – пояснила Ким. – Раньше он жил на Вудсайде, но вчера пропал в неизвестном направлении. Мы подумали, что вы могли слышать о нем – он ведь такой же, как и вы, хранитель древних истин. Очень древних…

– Никогда не слышал о таком, – покачал головой дядюшка Вонг. – Весьма сожалею.

– Жаль, – разочарованно проговорила Ким. – А мы так надеялись получить от мистера Малкольма ответы на некоторые вопросы…