Трое из леса - Юрий Никитин

— Каменные звери! — вскрикнул Олег в ужасе. —Я читал… не верил… дурак…

— Признался, — прохрипел Таргитай, его щеку жгло,он лежал на мерзлой земле, — а то все меня: дурак да дурак…

Земля с хрустом лопалась, разбегалась из-под лап паутинкамитрещин, словно звери шли по тонкому льду. Таргитай привстал, снова рухнул лицомвниз, зажал уши ладонями. В сознании мутилось от рева, грохота, трескапромерзлой земли.

Над ним взревело, Таргитая вскинуло в воздух, он с размахагрохнулся на твердую, как камень, землю, тут же его потащило с ревом. Всторонке страшно закричал Олег. Таргитай еще лежал, ожидая смерти, но грохотстал удаляться. Он повернул голову, рядом топорщилась неузнаваемая земля:промерзшие пласты стояли торчком, как льдины.

Олег шагнул из тумана, опустился возле Таргитая на колени.Лицо волхва было белее его заиндевевшей бороды. Он вытащил из узелка стебелькитравы:

— Пожуй, все пройдет.

— Скоро все пройдет, — прохрипел Таргитай. —Мы пройдем… Что за звери?

Олег тыкал ему в зубы травку, Таргитай мотал головой. Мракшагнул к ним, бросил хмуро:

— Волхв глаголет, это каменные звери, не слыхал? Емувиднее. Видать, в прошлой жизни охотился на них. Голыми руками ловил!..Вставай, задницу отморозишь.

Таргитай поднялся на ноги, огляделся:

— Как не тронули? Меня одно уже схватило, волокло! Яеле отбился.

— Это я волок, — объяснил Мрак. — С дороги.Растоптали бы как лягушек.

Чудовищные звери уже почти скрылись в тумане, за нимитянулись длинные толстые хвосты, усеянные гребнями, прикрытые толстыми плитами,а на самых кончиках болтались усеянные острыми шипами булавы размером с бычьиголовы.

— Теперь таких нет, — сказал Олег. — Давнонет. Пращуры бы запомнили, рассказали!

— А вдруг пращуры такую мелочь просто незамечали? — хмыкнул Мрак. — Мол, горные хребты сдвигали, горами, каквениками, трясли… Ты лучше скажи: в какую сторону идти?

Олег жалобно посмотрел на грозного Мрака, втянул голову вплечи, как напуганная черепашка:

— Ты сам говорил, что здесь ни юга, ни севера…

— Ни севера? А здесь что? Отсюда куда ни правь стопы,попадешь на юг.

Они пошли, ежась от холода. Таргитай добавил невесело:

— Хорошо бы восточной дорогой!

Небо медленно потемнело. По-прежнему без луны, без звезд —но наступала ночь. Мрак часто поглядывал наверх обеспокоенно:

— Ну, герои, здесь не разгуляешься. Даже я ничего неувижу, если не будет луны. Придется заночевать!

— Страшновато, — признался Таргитай.

— Ночью идти страшнее. Добро, что потеплело малость.

Они даже не пробовали искать хворост, просто легли, тесноприжавшись друг к другу. Небо стало совсем темным, но не черным. Мрак, к своемуоблегчению, понял, что различает силуэты скал, круглые камни, глубокие трещины.

Таргитай и Олег заснули быстро, прижавшись друг к другу, какщенята. Мрак лежал без сна — не устал, как эти двое, к тому же для мужчины —порок, если спит много.

Таргитай всхлипывал во сне, бормотал, из-под плотно закрытыхвек выступили слезы. Мрак погладил его по голове, Таргитай потянулся к немущекой, не просыпаясь, лицо посветлело. Мрак покачал головой, чувствуянепривычную нежность к этому незащищенному дураку, что уже раз сто сгинул бы вэтом жестоком мире. Однако без таких дураков белый свет что-то теряет.

Мрак не успел додумать мысль, ибо Таргитай довольноразбросал руки, начал похрапывать. Рот расслабленно раскрылся, Мрак увидел забелыми зубами темный вход в глотку. Олег, заслышав храп, подергал плечом,отвернулся, а Таргитай захрапел сильнее.

Мрак протянул руку, собираясь повернуть Таргитая на бок,вдруг во рту Таргитая что-то шелохнулось. Мрак замер. Через мгновениевысунулась голова белого мышонка. Нос задергался, темные глазки дико сверкнули.Мышонок осторожно выполз изо рта, он был маленький, весь белый, с короткимхвостиком. Он дрожал от холода, а когда приподнялся на задних лапках, судорожнонюхал воздух, передние, прижатые к груди, мелко-мелко тряслись.

Мрак приподнялся, наблюдал. Мышонок оглянулся на раскрытыйрот, поколебался, затем вдруг сбежал с груди спящего. Оказавшись на холоднойземле, подскочил в воздух от неожиданности, снова оглянулся на спящего, затемнеуверенно побежал между камней. Крохотные лапки соскальзывали с гладкихоплавленных камней, мышонок часто падал. Мрак бесшумно поднялся, пошел вслед.Нагнав, занес сапог, намереваясь раздавить мерзкую тварь, но оглянулся наспящего Таргитая, заколебался.

Крохотный живой комочек несся целеустремленно, неоглядывался. Даже не смотрел по сторонам, а бежал и бежал, смешно перебираякороткими лапками. Мрак шел в двух шагах сзади, не теряя зверька из виду.

Миновали крупные оплавленные камни, прошли по черному песку,затем мышонок резво помчался вниз по крутому косогору. Мрак едва успевал,стараясь не обрушить вместе с собой лавину камней.

Внезапно повеяло холодком и свежестью. Мрак пробежал замышонком еще полсотни шагов, и вдруг мышонок остановился, встал на задниелапки. Впереди между черными камнями бежал черный как деготь ручей. В темномнебе не было ни блестки, вода казалась неподвижной и плотной как черные камниберега.

Мышонок побежал вдоль берега, остановился, помчался обратно.Нос судорожно дергался. Мрак застыл, стараясь даже не дышать. Мышонок метался,подпрыгивал, начал попискивать в непонятном страхе. Один раз даже взобрался наносок сапога Мрака, пытаясь заглянуть на ту сторону ручья, часто вставал назадние лапки, застывал столбиком, не спуская глаз с противоположного берега.Ручей был неширок, но катил мощно, даже всплескивал о каменные берега.

Мрак осторожно вытащил секиру, опустил ее поперек ручья.Мышонок вздрогнул, даже подпрыгнул на всех четырех лапках, но вскарабкался надеревянную ручку и, цепляясь коготками, быстро перебежал над страшной рекой. Натом берегу соскочил, побежал дальше, а Мрак перешагнул ручей и подхватилсекиру.

Мышонок несся через выжженную долину по прямой, дорогузагораживали огромные камни. Мышонок карабкался, протискивался, обегалстороной, но с пути не сбивался. Мрак чуть отстал: дальше потянулся белыйпесок, мышонка видел издали.

Он уже начал колебаться, стоит ли идти дальше, что занаваждение со странным мышонком, не прихлопнуть ли да и вернуться, как вдругвпереди из тьмы выступили огромные глыбы. Мышонок со всех ног несся к ним. Мракразличил, что глыбы вовсе не простые глыбы, а остатки древних строений.Крепость ли, дворец или конюшня — не угадаешь, одни оплавленные и спекшиесякамни, но мышонок ходу не сбавлял, словно вид развалин придал силы.

С разбега протиснулся между камнями. Мрак пыталсяперехватить, но перед глазами лишь мелькнул короткий хвостик. Мрак постоял надразвалинами, потом шагнул в сторону и сел. В ночи ходили сгущенные тени, изтемноты слышались протяжные голоса странных зверей. Призрачных или настоящих —Мрак по голосам не различал.