Песнь Сорокопута. Ренессанс - Фрэнсис Кель

– Если я ещё раз увижу тебя здесь, то оторву яйца, понятно? – прикрикнул я, беря биту в руки.

– Пожалуйста, не трогайте его! – рыдала мама Райли.

– Тебе понятно? – спросил я, игнорируя её всхлипы.

– Да! – заорал низший в ответ, вытирая лицо от крови.

– И ты больше никогда не поднимешь руку на ребёнка. Её ты тоже не тронешь. Если я только узнаю…

– Я никого не трону, об… обещаю.

Ткнув битой отчиму Райли в бок, я надавил со всей силой, наслаждаясь тем, как он страдал от боли.

– Сегодня ты свалишь отсюда.

– Да, да, – повторял он.

Я поднялся во весь рост и посмотрел на женщину. Мне никак не удавалось понять, почему она жила с этим низшим, ведь он бил её и Райли. Но я не собирался лезть так глубоко в их проблемы. Сам утопал по горло в собственных. Наскоро вытерев испачканную ладонь о джинсы, я с фальшивой непринуждённостью спросил, указав на её живот:

– Кто там? Мальчик или девочка?

– Я… – она держалась слабыми руками за мужчину, – не знаю.

– А когда узнаешь?

– Надо, – неуверенно пробормотала она, напуганная моим интересом, – на УЗИ сходить.

– Так сходи, – проворчал я.

– Это за деньги! – в слезах бросила женщина и поджала губы.

Я устало потёр переносицу.

– Ладно, – раздражённо проговорил я. – Отвезу на УЗИ и заплачу. Но, – показал пальцем в сторону комнаты, – больше никакого алкоголя. Ты же беременна. Ты вообще хочешь лучшей жизни?

Она нерешительно кивнула.

– Тогда для начала этого мудака вышвырни из квартиры. – Я указал битой на мужчину. – Ты меня слышал, ублюдок? Чтобы ноги твоей здесь не было.

– Понял я, понял.

В последний раз бросив беглый взгляд на обшарпанный коридор, грязные стены и протёртый пол, я зачем-то бросил глупое «пока» маме Райли и вышел из квартиры.

Господи, что я творю? Зачем пришёл к ним?

На улице я накинул капюшон и судорожно закурил, пытаясь осознать, что сейчас устроил: избил отчима Райли и, получается, взял его маму под опеку… Ведь так выходило? Мальчишку уже не вернуть, так нет же, я всё равно не мог успокоиться и хотел хоть какой-то справедливости. Но всё это не искупит вины за то, что Райли в могиле.

«Когда я вырасту, то побью его».

Хотелось верить, что я поквитался с отчимом за Райли и мальчишке там, на небесах, лучше.

Докурив, я поймал такси. Эдвард потребовал снять номера с нашей машины и пока на ней не ездить, чтобы не попасться. Хорошо, что хоть после заварушки с Жаком мне удалось найти её именно там, где оставил. Я бы даже сказал, что это неслыханное везение. Никто не попытался угнать машину, украсть зеркала или проколоть шины. Должно же хоть иногда мне везти?

Прячась от мистера Эна, мы временно закрыли «Дом Спасения и Поддержки» и сняли маленькую студию в самой глуши Запретных земель. Выходили только по ночам, а в остальное время отсиживались в четырёх стенах. Скэриэлу с каждым днём становилось всё лучше. И это неудивительно, ведь кровь переносчика делала своё дело. Он теперь мог обходиться без капельниц и даже сидеть в кровати. Эдвард нанял врача, который навещал Скэриэла два раза в сутки и следил за динамикой выздоровления. Не знаю, сколько пришлось заплатить, но Эдвард убедил меня, что врачу можно доверять.

Войдя, я увидел Скэриэла, развалившегося в постели. Он страдал от скуки, прикованный к кровати. Здесь не было ни книг, ни интернета, ни даже телевизора. Самая настоящая дыра.

– Чего так долго? – капризно выдал Скэриэл.

Я отметил, что на нём чистые бинты, а значит, недавно приходил врач.

– Дела. – Прислонив биту к стене, я повесил куртку. Выйдя глубокой ночью, я до утра просидел в подъезде отчима Райли. Никак не решался на большее. И всё-таки был доволен тем, что собрался с духом и избил его. К моему удивлению, ни Эдвард, ни Скэриэл не лезли с вопросами. Их даже не смутило, что я ушёл с битой в сумке.

– Кофе купил? – спросил Эдвард, поднявшись из-за стола.

Я молча протянул ему пакет с продуктами.

– Кто-нибудь, сделайте мне кофе, пока я не помер! – крикнул Скэриэл.

– Не смешно, – буркнул я.

– Шутит – значит, скоро выздоровеет, – снисходительно промолвил Эдвард.

Раздался долгий настырный звонок, после которого мы все замерли, поглядывая друг на друга.

– Ты кому-нибудь говорил об этом месте? – с упрёком спросил Эдвард.

– Конечно нет, – прошипел я. – Может, врач что-то забыл и вернулся?

– Кто-нибудь откроет или вы все оглохли? – громко спросил Скэриэл. – Я бы и сам открыл, – он продемонстрировал свою забинтованную грудь, – да боюсь заляпать всё кровью.

– Ты кого-то ждёшь? – настороженно спросил Эдвард, доставая пистолет из прикроватной тумбочки.

Скэриэл только насмешливо улыбнулся. Поняв, что от него помощи не дождёшься, Эдвард кивком указал мне на дверь. Я взял биту и медленно посмотрел в глазок.

– Да открывайте, а то этот чокнутый опять начнёт звонить. А потом ещё и дверь вышибет.

Как только Скэриэл это произнёс, раздался ещё один звонок и затем три глухих удара.

– Сдавайтесь, полиция! – прокричал с той стороны Адам.

Я открыл и отошёл на пару шагов, не выпуская биты из рук.

– Ты! – взревел Адам, увидев Скэриэла. – Мы так не договаривались!

– Что происходит? – спросил я у входящего Кэмерона.

– Я тоже хотел бы разобраться, – недовольно проговорил он и, оглядев меня и Эдварда, насмешливо добавил: – Это вы так гостей встречаете? С битой и пистолетом?

Эдвард медленно опустил оружие, неотрывно следя за Адамом. Похоже, только его он считал опасным, но я бы и с Кэмерона не спускал глаз.

– Сукин ты сын, – продолжил Адам, крича на Лоу. – Этого не было в нашем плане!

– Зато теперь мистер Эн думает, что я мёртв, – ухмыльнулся Скэриэл.

– В каком блаженном неведении он живёт. – Кэмерон враждебно посмотрел на Лоу.

– А вместе с тобой мертвы и его люди! Если мистер Эн узнает…

– Я не просил тебя убивать их, – невинно добавил Скэриэл.

Услышав это, Адам чуть было не набросился на него с кулаками, но я, Эдвард и Кэмерон задержали Шерра, вцепившись в его массивное тело.

– Полегче, здоровяк. – Скэриэл сел на кровати; на секунду его лицо исказилось от боли, но он тут же натянул улыбку до ушей.

– Что здесь творится? – строго спросил Эдвард, когда разгневанный Адам отошёл к стене.

На всякий случай я встал между Адамом и Скэриэлом.

– О чём вы договаривались? – продолжил расспросы Кэмерон.