Королевская кровь. Огненный путь - Ирина Котова

– Ты не понимаешь, – сердито объяснила она. – Потом, когда пройдет первое впечатление, начнут появляться едкие статьи и репортажи о том, как нецивилизованны Пески. И это на долгие годы вобьет в умы людей пренебрежение к нашей стране. Сюда будут бояться ехать работать, нас будут считать дикарями. Журналисты, даже самые разумные и лояльные, никогда не удержатся от скептических заявлений. Общественное мнение – устойчивая вещь.

– И пусть, – ответил муж, и Ани недовольно поджала губы, отпила лимонада. – Тем сильнее будет изумление, когда они через несколько лет увидят, как мы развились. А люди поедут – за золотом, которое мы будем платить.

Она нехотя признала его правоту. И сейчас ставку делала именно на отличия. Да, мы отличаемся. И нет, мы не стесняемся этого. Приветствуйте новую страну, люди Туры!

Открылись двери в их супружеские покои, и в спальню дружно вошли сестры. Все в красном, как и полагается дочерям Вечного Воина. Алина и Каролина в масках – они еще не выезжали, поэтому все было по этикету. Младшая спустила с рук тер-сели – и щенок, счастливо тявкая, бросился к надолго покинувшей его хозяйке.

После объятий – хотя виделись только накануне у Полины, – после восхищенных слов о том, какая же сестра красивая, Василина торжественно протянула ей тяжеленькую, потемневшую от времени шкатулку.

– Свадебный подарок, – объяснила она растроганно. – Прими, Ангелина.

Ани аккуратно взяла сундучок, поставила его на постель и открыла. И, не веря своим глазам, обернулась к Василине.

– Мамины, – сказала она дрогнувшим голосом. – Зачем же, Васюш? Они принадлежат дому Рудлог. И тебе их носить.

– Ты сама знаешь, что у меня много драгоценностей. А они должны были быть твоими. – Королева покрасневшими глазами наблюдала, как вынимает старшая сестра из шкатулки одно за другим произведения ювелирного искусства.

Золото и рубины. Цвета красного дома. Тиара, в которой мать выходила замуж во второй раз, когда они с Ани, совсем еще маленькие, в чудесных белых платьях несли за мамой цветы. Броши – выточенный из большого граната летящий сокол, красные цветы. Серьги, скромные и роскошные. Браслеты. Пояс, который Святослав Федорович подарил супруге после рождения Каролины, усыпанный бриллиантами и рубинами.

– А на мою свадьбу сделаешь подарок? – со странным любопытством поинтересовалась Марина.

– Конечно, Мари, – ласково сказала Василина. – Как говорила мама, женщины нашего дома так красивы, что обязаны носить украшения. А ты очень красива, сестричка.

Язва Марина растерялась от этого тона, улыбнулась несмело. Посмотрела на Алинку: после приветствий пятая Рудлог уселась с учебником на софу, жалобно извинившись и объяснив, что послезавтра экзамен и ей нельзя упускать ни одной свободной минутки. Подошла к Ани, обняла ее.

– Наденешь тиару? – и, не дождавшись ответа, потянула украшение из рук сестры и подтолкнула к зеркалу. – Дай я посмотрю, Ангелина.

Молодая Владычица, немного нервничающая перед ответственным мероприятием, неожиданно покладисто шагнула к зеркалу – и Марина расправила складки ее накидки и опустила украшение на голову. Отступила.

– Идеально, – прошептала она. – Ты выглядишь как великая королева, Ани.

Каролинка, сидя на полу, громко чиркнула карандашом – и все покосились на нее, заулыбались.

– Но сюда нужно еще что-то, – продолжила Марина задумчиво. – Брошь, Ангелина?

И да, она выбрала брошь. Рубиновый цветок шиповника. Чтобы все знали: она помнит, кто она и откуда.

Скрипнула дверь, в покои вошел Владыка, и сестры дружно улыбнулись ему. И Нории улыбался, разглядывая этот цветник в своих владениях. И самый яркий цветок, который он сминал и пробовал только недавно, на этой самой кровати.

Ани словно поняла, о чем он думает, – на щеки слабо плеснуло краской, но брови нахмурились и глаза построжели. И он усмехнулся.

– Прекрасные девы, – пророкотал дракон, – нужно уже собираться. В ваших покоях ждут слуги, которые проводят вас к храму.

Прекрасные девы понятливо обняли Ани и выскользнули из покоев. А Владыка не удержался – слишком красивой была жена. Подошел, сжал ее, поцеловал – и остановился, когда супруга услышала слишком близкие раскаты грома и протестующе застонала ему в губы.

– Не нужно нам грозы, – серьезно сказала она. Перевела дыхание, кинула взгляд в зеркало и покачала головой, слабо улыбнувшись.

Гроза прошла стороной. Вставшие по обе стороны от храма Синей высокие гости видели, как аккуратно ступают по украшенному городу молодожены. У нее в руках – чаша с розовым маслом, у него – с солью. Как подходят к храму – и открываются широкие двери, распахиваются окна, чтобы все увидели лик Богини и алтарь перед ней. Становятся на колени, – и Нории сыпет соль на алтарь, и жена его, Ангелина, поливает сверху маслом.

Запахло морем и цветами, и присутствующие дружно поклонились Великой Богине. А старшая жрица, в нарядных синих одеждах, задала пришедшей в храм паре традиционный вопрос:

– Шестой день сегодня, как сочетались вы браком. Последний день, когда можете расторгнуть его. Хороша ли твоя жена, Нории Валлерудиан? Хорош ли твой муж, Ангелина Рудлог? Не желаете ли других?

– Всем мне хороша моя жена, – гулко проговорил Нории.

– И другого мужа я не желаю, – твердо добавила Ани.

Тогда жрица покрыла их дорогим покрывалом и воскликнула:

– Перед лицом госпожи моей свидетельствую: нерасторжим теперь этот брак! Встаньте, Владыка, встаньте, Владычица!

Они поднялись – и склонились перед ними служительницы храма. Повернулись молодожены друг к другу; Нории аккуратно снял с головы жены драгоценную тиару, отдал почтительно принявшему ее слуге – и надел на Ангелину тонкий обруч из белого золота, усыпанный сапфирами.

– Это венец моей матери, – пророкотал он, – которая была Владычицей до тебя, жена моя. Ты достойна носить его. Прими этот знак моей любви, и пусть он так же будет знаком твоей власти, что даю тебе я, Владыка Владык.

Ани церемонно, сдержанно поклонилась мужу. Выпрямилась, расправила плечи и закрыла глаза, принимая его нежный поцелуй в лоб. Жрицы уже начинали благодарственную службу Богине, которую и молодожены, и гости прослушали с величайшим почтением.

«После сотворенного на наших глазах таинства, – писали после журналисты, – молодожены вышли из храма, поприветствовали гостей и пригласили их вернуться во дворец, который теперь уже отливал багровым из-за заходящего солнца и поднимался над городом, как причудливый великолепный корабль. Жители Истаила устроили настоящий праздник: люди Песков действительно поразили нас своим радушием и гостеприимством. Что же касается церемонии – она воистину была блестящей. Присутствовал почти весь высший свет Туры, и очень жаль, что из-за траура не смогли почтить молодоженов их величества Луциус Инландер и Гюнтер Блакори. Однако делегации от инляндского и блакорийского дворов были самыми представительными.