Шолох. Призрачные рощи - Антонина Крейн

Под внимательным взглядом Ловчего я замялась, решая, с какого момента лучше начать объяснения.

– Переформулирую, – не дождался Полынь. – За каким прахом вы притащили в пещеру Ходящего?

Интересненький вывод.

И – что ж, эта ниточка не хуже прочих подходит для разматывания нашего клубка.

– Это не Ходящий, а Гординиус Сай, – пояснила я. – А почему ты решил, что он теневик?

Полынь с легким удивлением вскинул брови.

Не отвечая, Ловчий взял мою руку и положил ее себе на щеку. Это было так внезапно, что от неожиданности я брякнула:

– У тебя кожа мягкая. Как у фрейлины.

– Правда? – усмехнулся Полынь, прижимая ладонь сильнее. – Нравится?

– Приятно.

– Эй, я тут еще! – напомнила Кадия.

Я попробовала отдернуть руку, но Ловчий не дал.

– Щупай! – потребовал он и по-рыбьи втянул губы.

Я пощупала. При нажатии на внутренней стороне щеки чувствовалось какое-то уплотнение. Капсула.

– Хочешь сказать, и у тебя есть возможность устроить нам пенную вечеринку с судорогами?.. – протянула я. – Что, капсула с «Ф.Д.» – это очередная хитрость господ Ходящих?

– Да. Эксклюзивная.

– Дайте мне тоже потрогать, – воодушевилась Кадия, охочая до любого нового опыта.

Внемлющий послушно повернулся к ней.

– «Ф.Д.» – это относительно новая разработка Теневого департамента, – сказал Полынь после того, как Кадия старательно изучила капсулу, так же похвалила его кожу и даже попросила подсказать лавку, где Внемлющий покупает мыло. Выяснив, что это традиционное миндальное мыло из терм Дома Ищущих, Кадия с любопытством хмыкнула и окинула Полынь оценивающим, каким-то очень светским взглядом.

– Раньше все было по старинке: цианид в зубе. Но моя тетушка Тишь в годы учебы на Теневом факультете разработала «Ф.Д.». Она была лучшей студенткой курса и все внеучебное время торчала в лабораториях. Многое изобрела. Некоторые антимагические кандалы – тоже ее патент, например. Современные глушилки телепортации. Кое-какие типы сигнализаций.

– Серьезная леди, мы поняли, – вздохнула Кадия, тогда как я напряженно вслушивалась. – А «Ф.Д.»?

Ловчий кивнул:

– Что касается «Ф.Д.»… Идея того, что агенту не обязательно умирать, попав в плен, – можно просто надолго уснуть, заодно обезвредив врагов, – крайне понравилась департаменту. «Ф.Д.» взяли на вооружение. А зашивать в щеку стали потому, что на зубах студенты иногда случайно раскалывали капсулы – когда грызли орехи преимущественно. Но идея в чем: никто, кроме Ходящих, не знает про «Фейкин Дурман». Иначе смысла в этом секретном оружии было бы немного.

– Ну, здравствуйте! – возразила Кадия. – Вот Дахху знает как минимум.

– Моя вина, – Полынь кивнул. – Я в свое время проиграл Дахху партию в шахматы, а ценой игры была, конечно, информация. Но да, ты права: знания утекают легко. Однако где ваш Гординиус Сай раздобыл саму капсулу? (И вообще, он разве живет не в Иджикаяне?..) Тишь оставила рецепт «Ф.Д.» лаборатории в Пике Волн, а сама дала смертельную клятву неразглашения. Ее невозможно преступить: секрет умрет вместе с теткой.

Я со стоном закрыла лицо руками.

Приплыли! Что и требовалось доказать. Моя интуиция пару недель назад все же не подвела меня. К сожалению.

– Тинави? – Внемлющий ощутимо напрягся.

Не убирая ладоней от лица, я раздвинула пальцы, явив на суд Ловчего свои несчастные глаза.

– Полынь… Мне очень жаль, но, кажется, обстоятельства решили раскрыть тайну террористов-Виров вперед тебя. И подкинули разгадку не кому-то, а мне. И я понятия не имею, что делать. Там слишком много всякой фигни разом. И еще… Один аспект тебе точно не понравится.

По-моему, Полынь уже догадался, что я собираюсь сказать. Чье имя назвать. Но он не спешил перебивать меня, лишь медленно кивнул: продолжай, пожалуйста.

Я вздохнула, припоминая, как выглядела туманная женщина из болотного очага – оживший кошмар Гординиуса. Она же – богиня. Она же…

– А у твоей тетушки Тишь, случайно, не один глаз? И нет ли татуировки-креста на скуле?

Полынь выругался и тотчас вскочил на ноги.

– Где ты ее видела и когда? – резко спросил он.

…О да. Это будет долгая, долгая ночь.