Лилии на ветру - Лана Ежова

Бруно вздрогнул, но не обернулся и сдержанно возразил:

– Причины ее пребывания здесь тебя не касаются. Тебе придется уйти. Назови свое имя и дату рождения.

– Не хочу, – злорадно скривилась Эля. – Вы используете это во вред моему любимому. Нет, вы ничего не узнаете! Оставьте меня в покое! – И она заверещала. Издаваемый ею звук не походил на обыкновенный девичий визг. От него полопались лампы, пробирки на столах, зазвенела металлическая посуда. Оказавшиеся в кромешной темноте полуночники зажали уши. Эля кричала, выливая в крике свою боль, отчаяние и разочарование…

– Sancta Maria! Mater Dei! Ora pro nobis peccatoribus, nunc et in hora mortis nostrae![10]– голос Бруно пытался перекрыть вопли девушки.

Тишина. Благословенная, желанная тишина! Кир отвел руки от ушей – на пальцах осталась кровь.

– Ты молодец, маг, – язвительно произнес вампир, с трудом подавляя гнев. – В диалог вызывающего и призванной никто не должен вмешиваться. Иначе власть некроманта над душой ослабевает.

– Но ведь я не знал! Надо было предупреждать! – оправдывался Мирослав.

– Надо было учить теорию, – презрительно бросил вампир и отправился в сторону выхода. – Примите мои поздравления, вы заимели милого, но чуточку истеричного призрака!

И, рассмеявшись собственной шутке, Бруно хлопнул дверью.

Сидя на заднем сиденье внедорожника, Лиля думала о чем угодно, но только не об опасности. Разве есть повод для беспокойства? Она кого-то убила? Нет. Она даже не понимает, о каком оборотне идет речь! А противные конвоиры хранят гордое молчание, не отвечая ни на один ее вопрос.

Хоть разрешили сделать телефонный звонок. Услышав взволнованный голос Лили, Кир встревожился, а узнав, что ее задержали оборотни, тотчас успокоился. Лишь потребовал передать телефон кому-нибудь из вервольфов. Переговорив с главным в парочке, которая пришла за Лилей, Кирилл попросил девушку ни о чем не волноваться.

Сообщив Киру о своем задержании, девушка больше и не беспокоилась о своей судьбе. Однако быть зажатой между мускулистыми неразговорчивыми оборотнями, недружелюбно к ней настроенными, приятного мало. И Лиля надеялась, что Кирилл быстро разберется с тем придурком, который отдал приказ о ее аресте. Как-никак Кир – возможный преемник Вожака, с его мнением должны считаться.

По правилам, полагалось звонить главе Совета магов, но Мирослав будил в ней нехорошие подозрения, и девушка не хотела его помощи. Подумать только, между главным колдуном города и его фактической подчиненной встала пуговица! Лиля, не сдержавшись, хихикнула забавной мысли, молодой оборотень, занявший место возле водителя, покосился на нее, но промолчал.

Лиля до последнего не подозревала, что ее везут в резиденцию Вожака Круга. Похоже, придурок, приказавший задержать ее, находился на высокой ступеньке иерархии оборотней.

Как и вампиры, оборотни предпочитали уединение, и желательно, чтобы к нему прилагался простор. Джип выехал за город, и Лиля снова ощутила цепкие ручки беспокойства, которые не собирались так просто отпускать свою жертву. Оборотни – справедливый народ, намного демократичней вампиров, а порой и магов. И все-таки бурная фантазия нарисовала Лиле дикую картину: ее завозят в самый дремучий уголок лиственного леса и благополучно прикапывают без суда и следствия.

Передернув плечами, девушка решила избавиться от навязчивых страшилок, настырно лезших в голову, единственно верным способом – болтовней. Благо более внимательных слушателей, чем конвоиры, еще нужно было поискать.

– Странная погода, да? Задождило, как по спецзаказу. Как думаете, не проплатили ли вампы такую погодку магам-погодникам?

Молодой оборотень снова покосился на девушку, но в разговор не вступил.

– Плохо, что вы меня забрали сегодня. Мне завтра статью сложную сдавать, хотелось вечером над ней помозговать. Ну да ладно, истина важнее, чем моя карьера.

Лиля вздохнула. Никакой реакции.

– А вы знаете, что состав «Падших» меняется? И одним из солистов будет вер?

– Ого! А ты не врешь?

Парень с горящими любопытством глазами развернулся к журналистке и настроился на интересную беседу, но старший вервольф строго приказал:

– Захлопни пасть! Разговаривать с ней не велено.

Молодого конвоира передернуло: под кожей прошла рябь от сдерживаемой трансформации. И Лиля со страхом поняла, что следил за ней совсем юный волк, который толком-то и контролировать своего зверя не научился. Нет, провоцировать конфликт не стоит. Если молодому сорвет крышу и он пойдет против приказов старшего, последний вынужден будет его осадить. Оборотни сцепятся в небольшой потасовке за лидерство, а в итоге достаться может ей.

Пока автомобиль не въехал во двор роскошного поместья, Лиля хранила молчание. И лишь когда кованые ворота закрылись за машиной, она поинтересовалась:

– Могу я узнать, пред чьи светлые очи мне придется предстать.

И, о Ночь, старший оборотень соизволил ответить:

– Обвинение серьезное, поэтому с тобой будет беседовать Булат.

Лиля растерянно захлопала ресницами. Неожиданно. Малоприятно. Ужасно! Если за нее решил взяться сам Вожак, ее дела плохи: улики против нее серьезны, значит, без межрасового скандала не обойтись. Вот почему лидер оборотней будет допрашивать ее самолично. Булат прославился не только как водочный король, но и как хитрый дипломат, умеющий заставить окружающих сделать то, что нужно ему. М-да… ситуация, как говорит Ира, песец из песцов!

От волнения Лиля не обращала внимания на окружающую действительность. А она того стоила. Не иди девушка как на гарантированный расстрел, то увидела бы потрясающей планировки сад, а потом и интерьер трехэтажного особняка.

Оборотни в молчании проводили ее на второй этаж к дверям кабинета Булатова. Навстречу им по коридору шел хмурый мужчина. Бритоголовый гигант с серьгой в ухе, одетый в серый костюм без галстука, вызвал у Лили искреннюю улыбку.

– О! Гоша, привет!

– Я – Леша, – поправил девушку оборотень и, вдруг улыбнувшись, загадочно произнес: – Ты именно такая, как говорил мой брат-близнец. Им будет трудно с тобой. Удачи тебе, девочка!

Лиля застыла на несколько секунд, невольно впав в прострацию. Зеркальное сходство братьев поражало, у них даже улыбки были одинаковые, мимика, голоса! С детства мечтая о сестре, похожей на нее как одна капля воды на другую, она до сих пор восторженно реагировала на близнецов.

– Эй, пойдем, нас ждут, – напомнил молодой оборотень.

За грубоватое «эй» журналистка одарила его сердитым взглядом, но послушно последовала дальше. Младший вер остался в коридоре, старший постучал и, дождавшись разрешения войти, пропустил Лилю вперед.