Принц по ГОСТу - Кристина Юраш

— Слушайте сюда! — послышался крик, а вдоль войск проскакала консервная баночка на коне, вызывая волнение среди стройных рядов. За баночкой развевался алый плащ, а на шлеме виднелась корона. — Ректорша удерживает принцев силой! Она взяла их в заложники! Вчера мне пришло письмо от нее, в котором она требует выкуп за каждого наследника! Мы должны забрать наших детей из этой проклятой Академии как можно скорее!

Крик захлебнулся в гулком и многочисленном: «Ура-а-а!». От этого «ура-а-а!» задрожали стекла в рассохшихся рамах, заставив меня сглотнуть и задуматься, а чему здесь, собственно, радуются?

— Ты смотри! — прошептал Фредерик, опираясь на спину брата. — Отец! Что он творит?

— Кажется, догадываюсь, — шепотом сглотнул брат, опасливо поглядывая на меня. — Это он их надоумил забрать всех из Академии. Я уверен, что это была его идея привести сюда войско. Ему выгодно, чтобы проклятие уничтожило всех, принцев, королей, королев, придворных… Он говорил, что хочет стать императором…

— В отместку за то, что мы решили защитить наших детей от ее посягательств, — распылялся военачальник. — Она стала требовать…

— И много я за вас требую? — обиженно удивилась самая требовательная женщина на свете, слыша, как перешептываются растерянные «заложники» ее совести, тыкая пальцами в «своих». — Мне вот просто интересно!

— Как мы раньше до этого не додумались! — сокрушался подоспевший Робер, глядя на меня с укором. — Если что, пятерочники — по пять тысяч, а двоечники — по две! Хотя, у нас тут в среднем по три тысячи со скидкой получается! Не смотрит на меня так! Я всегда спешу на выручку. Особенно, если она прилична, и не нужно платить налоги.

— Молчи! Куда тебе с твоим проклятием «нищеты»? Только пыль в глаза и можешь пускать! У тебя даже зарплата долго не задерживается, несмотря на то, что тратить ее здесь негде! — прокашлялась Шарман, кутаясь в дырявую шаль и стряхивая что-то с плеча. — Пошла вон отсюда, моль! Ишь, ты! Раньше мужчины ко мне летели, словно бабочки к огню, а сейчас по мне моль ползает!

— Это те же бабочки, — едко заметил Лючио, выглядывая в окно. — Правда, они старенькие… Старость — не радость! Не повезло тебе!

— И это мне говорит тот, кого прокляли на вечную неудачу? Ох, не ценят и не берегут люди то, что дается им бесплатно, — вздохнула Шарман, осторожно выглядывая в окно. — В том числе и любовь!

— И почем нынче любовь? — усмехнулся Арден, шумно вздыхая.

— Ой-ой-ой! Любовь — это война характеров, так что тебе, проклятому на вечное поражение, она точно по карману! — ядовито усмехнулась Шарман. — Вчера была любовь большая, но по пять. А сегодня маленькая, но по три. Поэтому потри и не мечтай!

— Да тихо вы! Я не слышу, что они там говорят! — возмутилась я, гневно зыркая на гостей и «жителей» моего кабинета. Перед войском стояли короли и королевы, растерянно рассматривая заросли и о чем-то совещаясь.

— Мы должны забрать наших детей! Чего бы нам это не стоило! Они издеваются над наследными принцами! Алчная ректорша требует за них выкуп в размере тысячи золотых за каждого! Тысячи! Вы только вдумайтесь! Вот ее письмо! — консервная баночка с короной на голове достала какую-то бумажку и махнула ею перед носом остальных родителей.

— Мы готовы заплатить, лишь бы с нашим мальчиком ничего не случилось! — закричали из толпы родителей, и это предложение горячо поддержало большинство.

— Поверьте моему королевскому слову! — возразил инициатор родительского собрания, пока его конь опасливо пятился подальше от зарослей. — Что бы она вам не сказала! Какую бы историю не рассказывала! Не верьте ей! Ни единому слову! Как только увидите — сразу стреляйте на поражение! Чего она заслужила?

— Меча! — дружно закричали воины, ощетинившись острыми иголками. Да, мячики нам нужны, а то спортзал как-то пустоват…

— Щита! — снова выпалили воины, поднимая вверх гербовые щиты и потрясая ими. На некоторых из них красовался увитый лентами ежик. Да, и от противопожарного щита тоже не откажусь! Пока смерть нас не оштрафовала!

— Лука! — заорали задние ряды. Согласна, надо как-то разнообразить скудное меню почетного бюджетника.

— Копья! — выкрикнули фланги. Вот и работайте за свое копье сами, если такие грамотные! А то, как ни старайся — ни копья в кармане!

— Она околдовала принцев! Не верьте им, а лучше сразу везите домой! — хрипловато заорал глава родительского комитета, объявившего крестовый поход против единственной системы образования. Еще бы! Расписываться крестиком — наше все!

— Это касается и вас, маги! Чего она заслужила?

— Плазму! — закричал кто-то из магов, тронув меня до глубины души таким широким жестом. В небо взметнулись вспышки, похожие на шаровые молнии.

Ой, не стоило! Она же дорогая! Тем более, мы уже как-то на пальцах привыкли все объяснять!

— Мы ее повесим! — выкрикивал король, а его крикам вторило сразу несколько армий.

Какая прелесть! Даже на установку мое плазмочки раскошеливаться не надо! А гардины можете повесить? Нет, я просто интересуюсь!

— Их часы сочтены! — охрип оратор, мотивируя и без того воодушевленное войско.

— У меня есть хорошая новость! — едко заметила я, заметно нервничая. — Наши часы сочтены, поэтому переработки больше не будет!

Не представляю, что было бы, если бы я, на полном серьезе, предложила скинуться на пластилин! Или того хуже — заикнулась про контрактную форму обучения! Мои «бюджетники» нервничали, шептались, глядя из окна на родителей.

— На стекла не налегать! — рявкнула я, а то яблочко от яблоньки упадет в метрах десяти!

Не знаю, какое государство спонсирует нашу Академию, но мне последнее время кажется, что генеральным спонсором выступает моя нервная система, закаленная в боях за образовательный прогресс.

— Кровопролитная война ежиков прекратилась! Теперь мы — не враги! Теперь мы — союзники! Жгите заросли! Рубите заросли! Мы должны любой ценой прорваться в Академию! — приказал глава родительского комитета, воинственно размахивая мечом. — Наши дети — это самое дорогое, что у нас есть! И мы не отдадим их никому! Если они еще живы!

«… зато наши лучше обмундированы! На ваших — только кираса, а у нас полный комплект!», «… у наших мечи намного лучше, чем у ваших! Один воин стоит десятка ваших!» — доносились приглушенные голоса.

Принцы смотрели вниз с восхищением, словно дети, увидевшие на витрине игрушечных солдатиков.

— Люблю смотреть на сражения! Вот стану королем — постоянно буду воевать! Это сначала меня как бы не признают, скажут, что я — не такой легендарный, как мой отец, но стоит мне одержать победу, как все тут же поймут, что я — настоящий король! Как говорил мой дед: «Солдаты мечтают о войне!», — мечтательно вздохнул Айрон прямо мне на ухо.

— Иди сюда! — я нервно дернула его к себе, а посмотрела на притихших и прильнувших к окну принцев. Лучники пустили град стрел в заросли, а следом за ними с места устремилась конница. — Смотри внимательно! Видишь, в зарослях колючек бьется человек? А где-то сидят его бедные дети, которые еще не знают, что их отец уже мертв. Он никогда не придет, не обнимет, не возьмет их на руки. Где-то причитает несчастная жена, молится, чтобы он вернулся живым. Но ее молитвы уже бесполезны! Он мертв. Правда, она об этом еще не знает… Где-то просит судьбу пощадить единственного сына его седая мать. Больше у нее никого нет… А она все складывает сухонькие ручки и просит оградить сыночка от стрел, мечей, копий… И пока вы триумфально въезжаете в город, овеянные славой, тысячи несчастных семей не радуются победе, потому что знают, какую цену заплатили за нее!