Человек с топором - Юрий Никитин

— Откуда я это знаю?

— Мрак… Теперь это даже ты можешь сделать. Без всякогокрейсера.

Мрак подумал, сказал с сожалением:

— Нет, не могу.

— Да? Ну и хорошо. Словом, Тарху невесело, что мы —тупик. И что нас надо стереть с черной доски космоса. Сделать он ничего неможет, ибо против правды не попрешь…

Он оборвал себя на полуслове. Мрак проследил за еговзглядом, медленно повернулся. И застыл, как глыба космического льда. Из глубинкосмоса, с той стороны, где находится Ядро Галактики, в их сторону несетсягигантский боевой крейсер!

Олег ощутил страх, что сразу выплеснул из него активные ядра,стало холодно, он ощутил приближение небытия. Крейсер потряс чудовищнымиразмерами. Даже не с гору величиной, а с горный хребет, это же Гималаи целиком,только закованные в высокопрочную сталь, даже не сталь, а нечто в сотни кратпрочнее, непробиваемее. Жуткая громада из высокотехнологичного металла, пушкикажутся маленькими, крохотными, но на самом деле жерло каждой пошире, чемтуннель московского метрополитена.

Мрак что-то кричал, он ухватил Олега в силовое поле истремительно отступал, сперва со скоростью света, потом перешел на форсаж ипятился, не отрывая глаз от крейсера, на тахионном взрыве. Крейсер догонял, ужевидны мелкие детали и крохотные царапины на корпусе. Каждая царапинка не глубжеДарьяльского ущелья, видны оспинки от столкновения с материей, оспинки немногимбольше кратеров на Луне, а самые мелкие так и вовсе едва видны: всего лишь сАризонскую впадину.

— Нам не уйти! — закричал Мрак. Он тряхнул Олега.

— Надо драться! Ты слышишь?

— Я… не могу…

— Должен смочь! — заорал Мрак люто.

— Дерись, скотина! Или смотри, как из меня сейчасполезут кишки…

Он развернулся и, продолжая отступать, ударил вприближающийся крейсер жестким излучением. Еще отступил и в наносекунду создалком антиматерии, швырнул в корабль, рванул пространство, попробовал закрутитьсиловой водоворот.

Крейсер настигал, излучение и ком антиматерии прошли сквозьнего, как сквозь облачко дыма, но что-то его тряхнуло, верхняя надстройкапалубы изогнулась, а страшные пылающие дюзы заблистали с перерывами.

— Ага! — заорал Мрак.

— Подбил гаду!

Олег сцепил зубы, тоже выпустил навстречу врагу, а это явновраг, струю антиматерии. Крейсер начал тормозить, потом тряхнуло сильнее, Мракторжествующе завопил. В рентгеновском излучении перед ними вспыхнуло, красиво имощно распространяется огненный шар мощнейшего термоядерного взрыва, докатилсягрохот, их тряхнуло, крейсер распух, по корпусу пошли трещины, изнутри в щеликак будто засияло солнце. Стальной корпус взломало изнутри, словно тамразбушевался великан, что рвался на свободу.

В следующее мгновение обломки швырнуло в разные стороны. Натом месте, где был исполинский, поражавший воображение крейсер, полыхало новоесолнце. За горящими обломками тянулся сизый дым. Мрак понял, что еще некотороеколичество лет эти обломки покружатся вокруг нового солнца, вернее, новойзвезды, а потом упадут в ее недра и послужат добавочным топливом. Возможно, этоприведет к нестабильности, появится либо сверхновая, либо белый карлик…

— Мы его подбили! — вскрикнул он ликующе.

— Олег, мы его…

Крик застрял в его пространственном горле. Небо внезапнозаискрилось. На нем появились мириады сверкающих точек. В гиперзрении онувидел, что в их сторону несутся…

сотни, тысячи, миллионы таких же боевых крейсеров, страшныхмашин уничтожения, только все крупнее, мощнее, защищеннее первого.

— Уходим! — заорал он.

Олег даже не противился, когда Мрак ухватил его в охапку,сбил в плотный ком и одним движением зашвырнул в сторону, чтобы не попасть подудар чужих пушек. Сам он тяжело дышал, трясся, смотрел по сторонам дико,непонимающе, еще не совсем уверенный, что удалось убежать.

— Ну, мордовороты, — выдохнул он наконец.

— Ну и крепкие, гады!… А как быстро…

Олег высвободился, раскинул руки, будто висел прибитый наневидимом кресте. Мрак видел, как его блестящая, как у тюленя, кожа жаднохватает энергию, преобразовывает и, может быть, даже пожирает пространство.

— Мрак, — сказал Олег мертвым голосом.

— Мрак…

— Ты чего? — спросил Мрак, насторожившись. Что-тов голосе Олега не понравилось.

— Что тебе не так?

— Мрак, никакого боя не было.

— Ты с дуба рухнул? Какого-нибудь звездного?

— Мрак, там же нелепость на нелепости!… Мы опять виделитолько то, что можем. Кругозорчик у нас тю-тю.

Мрак ошарашено помолчал, попытался вспомнить эту скоротечнуюдраку. Ну, понятно, никакие взрывы и грохот в космосе невозможны, это понятно…теперь, но сам боевой крейсер? Эта страшная машина уничтожения, с грозноторчащими пушками?

— Черт бы побрал наше воображение, — сказал он созлостью.

— Опять драконы в облаках?

— Да, Мрак.

— Но какое оно на самом деле?… И что это на самом деле?

— Спроси что-нибудь полегче. — Щас!…

Олег сказал тоскливо в черную пустоту:

— Как сражаться… как вообще ступать по вязкому болоту,считая, что идем по асфальту Тверской?… Если бы наше воображение простопасовало!… А то оно ж, черт бы его побрал, услужливо подсовывает образы изранее виденного.

— Химеры?

— Да, химеры: голова орла, лапы льва, хвост змеи, атуловище быка. А вот что-то… чему не было аналогов?…

Он умолк, раскинул силовую сеть на несколько миллионовкилометров и так несся, захватывая частицы пыли, газов. Мрак смотрел сзавистью, Олег старается для него, самому хватает излучения, он и так в своейшкуре накопил заряд, потенциала которого сам не знает.

— Не надо, — сказал он.

— Я у Таргитая нажрался, сам того не замечая, как будтона год вперед.

— Да я просто пробую, — ответил Олег рассеянно.

— Только сейчас придумал, как можно… Мы ж все на ходусовершенствуем, на ходу!

— Мы ж люди, — хмыкнул Мрак.

— Когда оружие совершенствовалось, как не в бою?

— Это не оружие, — ответил Олег сердито.

По телу пробежала крохотная искорка, сердце на миг сбилось сритма. Он ощутил во всем теле странный холод, хотя вроде бы как раз сейчасдолжен чувствовать довольство нажратости. Затем сердце пошло стучать чаще, совсхлипами. По телу прошла дрожь, и опять он не был уверен, что эта дрожь невызвана чем-то посторонним.