Слишком много кошмаров - Макс Фрай

— Правда, что ли — чуть не наделал? — хихикнула она.

— Ну а как ты думаешь? Я тоже живой человек, и не каждый день обнаруживаю у себя дома чудовищ. Особенно таких ужасных, В смысле, прекрасных и удивительных. В общем, ты поняла.

— Я как раз об этом и хотела поговорить, — призналась Базилио. Обогнала меня и распахнула передо мной дверь одной из спален. — Вот здесь, например, можно.

— Спасибо. О чём — «об этом»? Как я в штаны чуть не наложил?

— Нет, что ты. О том, как я была чудовищем. И про сэра Умару Камалкони. Ну, про Старшего Помощника Придворного Профессора овеществлённых иллюзий…

Этого, в общем, следовало ожидать. Хвала Магистрам, у нашей девочки всего один повод для печали. Зато такой веский, что других не требуется. Умеет же Его Величество разбивать девичьи сердца! Даже прикинувшись старым дедом с невнятной придворной должностью и нелепой страстью к головоломкам.

Впрочем, в случае Базилио страсть к головоломкам — это как раз серьёзный плюс. Возможно, перечёркивающий все минусы.

Я вытряхнул спящего Малдо из пригоршни прямо на постель. Он, надо сказать, вообще этого не заметил, даже дыхание не сбилось. Горазды же некоторые дрыхнуть, а.

— Он что, будет спать прямо в шляпе? — изумилась Базилио.

— Думаю, да. Во всяком случае, лично я их разлучать не рискну и тебе не советую. Вдруг она — что-то вроде дополнительной головы?.. Так что там у тебя с профессором?

— Со Старшим Помощником Придворного Профессора, — педантично поправила Базилио.

— Совершенно верно. Давай, выкладывай. Мне правда надо бежать.

— Как ты думаешь, если я превращусь в чудовище, как раньше, он придёт снова меня изучать?

— В чудовище? Как раньше?! — Я ушам своим не поверил. — Ты же больше всего на свете хотела стать человеком. Неужели уже надоело?

— Ты что! — Базилио так разволновалась, что даже голос повысила. — Не надоело! И никогда не надоест. Но я же могу на время превратиться. Специально чтобы сэр Умара Камалкони смог к нам прийти. Поизучает меня немножко, камры выпьет, мы поиграем во что-нибудь, поговорим — всё как раньше. А потом он уйдёт, а я опять стану человеком. До его следующего визита. По-моему, хороший план. Или нет? Как думаешь?

— Вроде, неплохой. Но ты даешь! Ты же ещё недавно заснуть боялась, чтобы во сне нечаянно не превратиться обратно.

— А я до сих пор немножко боюсь, — призналась она. — Просто — ну а что ещё делать? Я очень сильно скучаю. Всё время хожу, думаю: вот это было бы здорово с сэром Умарой обсудить. И это. И всякие штуки рассказать, и кое о чём спросить. И гадаю, что бы он ответил, а зов послать не решаюсь. Очень неловко! Трикки говорит, когда люди становятся друзьями, они обычно открыто договариваются: «Можешь присылать мне зов в любое время, если понадоблюсь». А сэр Умара Камалкони мне ничего подобного не предлагал. Хожу теперь, думаю: это потому, что он не хотел, чтобы я его беспокоила? Или просто не догадывался, что меня можно обучить Безмолвной речи? Не знаю! И плакать всё время хочется. А больше не хочется вообще ничего. А это нечестно. Потому что в Мире столько разных прекрасных вещей! Очень глупо им не радоваться. А я… А мне…

На этом месте Базилио наконец заревела. И ей явно сразу стало легче. А мне — наоборот. Впрочем, чёрт со мной, как-нибудь потерплю.

— Ладно, — сказал я. — Договорились. Я постараюсь в ближайшее время увидеться с профессором и передать ему твоё предложение. А пока выше нос. В Мире действительно много разных прекрасных вещей, ты совершенно права.

И только после того, как бывшее чудовище улыбнулось сквозь слёзы и энергично закивало, я счёл свой долг исполненным и вышел из спальни — прямо на усыпанную блестящими разноцветными камешками дорожку, ведущую к парадному входу во Дворец Ста Чудес. Навстречу мне вприпрыжку мчался обрадованный моим появлением Нумминорих. Кроме него никого поблизости не было. Ну и хвала Магистрам, значит, есть надежда, что завтра в «Суете Ехо» не появится разоблачительная статья о невиданных оргиях Тайных сыщиков в новом центре развлечений с проницательным выводом: «Теперь понятно, почему Дворец Ста Чудес до сих пор не открыл свои двери для всех горожан!»

— Когда ты сказал «сейчас», я подумал, что дело совсем плохо! — выпалил Нумминорих, добежав до меня.

— Почему это?

— Потому что когда ты говоришь «сейчас», это обычно означает «ещё сегодня» — если, конечно, дело не к полуночи. Но на этот раз мне пришлось ждать всего четверть часа. Здорово!

Я даже огрызаться не стал. Что толку, если он прав.

— Давай сделаем так, — сказал я. — Ты говорил, что наверняка справишься с какой-нибудь из дверей. Вот и открой — любую. Малдо дрыхнет, самое время вломиться без спросу в его дворец. И посмотреть, что там происходит.

— Ага.

Нумминорих потопал к центральному входу, но там внезапно свернул и скрылся за углом. Я едва за ним поспевал.

— Я тут более-менее осмотрелся, когда в первый раз пришёл, — объяснял он на ходу. — Искал следы — вдруг ещё где-то есть? Но на самом деле, все ведут к центральному входу, или от него, это как посмотреть; ну, неважно. Факт, что других я так и не нашёл. Зато заранее пригляделся к дверям. Ты знаешь, меня мама учила любые замки открывать, в том числе, заговоренные, и у меня обычно получается…

— Ещё бы!

— Так вот, за центральную дверь я даже браться не стану. Там какое-то очень… неприятное заклинание.

— Сильное?

— Да, пожалуй. Но сила заклинания — это обычно решаемая проблема. А там — именно неприятное. Пугающее. Такое, знаешь, чтобы даже близко не подходили. Они на самом деле довольно редко используются. Мама, когда меня учила, просто не нашла, на чём нам потренироваться. А сама так двери заколдовать не смогла. Она же у меня из Ордена Часов Попятного Времени, а они совсем не по этому делу. Пугать — не их специализация… В общем, с центральной дверью я связываться не готов.

— Меня Малдо через окно умпонского Великаньего Дома провёл, — вспомнил я.

— С некоторыми окнами действительно вполне можно разобраться, но очень уж хлопотно. Зато чёрный ход тут заколдован совсем плохо. То есть, с точки зрения взломщика, как раз хорошо. Легко, короче говоря, открыть.

Наконец Нумминорих перешёл от слов к делу. Остановился перед небольшой металлической дверью, спрятанной в лабиринте стен и переходов, и с виду похожей на сейфовую. Какое-то время топтался там, пританцовывая, словно бы исполнял один из дурацких придворных ритуалов постепенного почтительного приближения к старшему по званию, потом вдруг прыгнул, как кот из засады, обеими руками вцепился в дверную ручку, нажал, и дверь поддалась.

— Это было красиво, — одобрительно сказал я.

— Спасибо. Но это, на самом деле, не от меня зависит, а от двери. Вернее, от заклинания, которое наложено на замок. То, которое было тут, нейтрализуется именно так. Повезло! Мне с тобой идти, или по следу? И по какому именно, если?..