По следу скорпиона - Юлия Федотова

– Ты не так понял! Я готов жертвовать собой, но не жизнью других, ни в чем не повинных людей!

– Если не забрать кристалл, жертв будет в тысячи раз больше. Иногда приходится жертвовать малым во спасение.

– Угу. Скажи еще, цель оправдывает средства!

– Иногда, – ответил Хельги дипломатично.

Помолчали, слегка обидевшись друг на друга. Потом Макс спросил:

– Ты ведь умеешь проходить сквозь стены?

– Сквозь серые каменные стены. А тут штукатурка.

– А глаза отводить? Если бы прийти сюда днем, когда музей открыт…

Лицо демона изменилось.

– Правда! Слушай, а зачем мы вообще потащились сюда ночью? Вот идиоты! – И сам дал ответ на свой вопрос: – Стереотип сработал – черные дела вершатся ночью.

Макс нервно рассмеялся.

Назад решили не возвращаться – дурная примета. Конечно, это суеверие, заметил демон, но в таком серьезном деле лучше не рисковать. Прямо тут, на узкой лестничной площадке кое-как угнездились на ночлег. Собственно, Хельги было совершенно все равно, где спать, но для Макса разница между полом университета и собственной постелью была очевидна. Ему решительно не спалось. Демон тоже бодрствовал, из солидарности. Поняв, что отдохнуть не придется, они завели беседу.

– В вашем мире уважают науку, – говорил Хельги. – Университеты строят, как храмы!

– В смысле?

– Когда строят храм какому-нибудь серьезному богу, в основание кладут жертву.

– И что?

– У вас тут много жертв!

Макс промолчал. Знал бы Хельги, какому богу эти жертвы!

Потом говорили об искусстве. Хельги рассказывал, как почти случайно проклял всех певцов – Макса это самым бессовестным образом развеселило. С певцов переключились на последствия радиации. Макс пришел к выводу, что для дутого мира они оказались еще более губительными, чем можно было ожидать.

Ближе к рассвету им явилось привидение: молодой парень в джинсах, клетчатой рубашке, больших круглых очках и с прической по моде конца восьмидесятых. Повисел над головами, вздохнул и медленно растаял в воздухе. Макс был ошарашен до предела. Хельги воспринял его появление как нечто само собой разумеющееся.

– В университетах всегда обитают привидения, – объяснил он. – Математики. У них очень своеобразная, не приспособленная к обычной жизни психика. Не выдерживают трудностей бытия, вершат самоубийства и бродят потом под сводами альма-матер неприкаянные. Обычное дело.

– Это для вашего мира обычное. В наших университетах ничего подобного не бывает! – рассердился Макс, чувствуя, как трещит по швам его материалистическое мировоззрение.

– Угу, – кивнул Хельги насмешливо. – Скажи еще, что у вас загадочный дух Халява не водится!

Этого Макс утверждать не решился.

Процесс кражи прошел до отвращения гладко. Макс в нем участия не принимал. Подменный сын ярла с порога отвел смотрителю глаза, вошел, взял нужное и спокойно уехал на лифте.

Встретились конспирации ради уже в машине.

– Будет плохо, если какое-нибудь око увидит нас вместе. Я-то исчезну, а тебе еще жить в этом мире, – решил Хельги. Но не успели отъехать, как он вдруг взмолился: – Максик, пожалуйста, давай на минуточку вернемся.

– Зачем?!

– Мы ведь с тобой все равно запятнали честь воинов кражей… Ты же не будешь против…

– Против чего? – Макс вытаращил глаза: у Хельги, похоже, намечался рецидив! Верно говорят, стоит только начать, потом не остановишься!

– Знаешь, там, в витрине, на пятом этаже, я в прошлый раз видел такого приличного аммонита! И линия видна, и перламутровый слой в сохранности. Ты не думай, я не для себя! У нас на кафедре был аммонит, его кто-то из магов на амулеты уволок. Я не навсегда! Студентам покажу и верну на место.

– Псих, подумал ежик! – сказал Макс, смешно разведя руками.

Хельги воспринял его поведение как отказ и горестно вздохнул.

Хотел сразу отправляться в свой мир, но Макс настоял на завтраке.

– Пиццу закажем, – пообещал он, зная, чем прельстить гостя. В отличие от консервативной Меридит, Хельги всегда любил пробовать новые блюда.

Распрощаться сразу после еды было бы неловко, поэтому еще немного посидели, побеседовали о достижениях цивилизации. Макс, к примеру, всегда удивлялся, почему Хельги, восхищающийся электролампами, кофемолками, эскалаторами и велосипедами, остается совершенно равнодушен к телевидению и компьютерам – вещам, стоящим на неизмеримо более высоком уровне технического прогресса.

– Подумаешь, картинки двигаются, изображение передается! Такое и у нас есть, – отвечал демон пренебрежительно. – Кристаллы всякие. Скагаллы. – Он усмехнулся своим мыслям.

– Но здесь же совсем иной принцип! У вас магия, а у нас…

– У вас чистая механика. Ты знаешь, в принципе, если очень постараться, с помощью магии можно наколоть дров. Не каждому магу под силу, конечно. Уж не помню, как оно делается. Что-то надо сварить, что-то начертить, что-то прочитать… Сил уйдет столько, что легче бурю устроить… Но стоит ли так мучиться, если есть простая штука – топор? Я понимаю, вы магией не владеете, вам поневоле приходится тратить усилия на создание всех этих хитрых конструкций. Но для нашего мира они, согласись, особого интереса не представляют.

Макс согласился и на прощание подарил демону мясорубку. Чисто механическую, такую, что даже электричества не надо. Тот искренне обрадовался:

– Какой чудесный технический артефакт! Только бы не потерять по дороге!

– Потеряешь, я тебе новую куплю, – утешил Макс.

– Но ты ведь не велел мне больше появляться? – осторожно напомнил Хельги. Он вовсе не был уверен, что ему удастся выполнить пожелание Макса. Как говорится, смертный (а хоть бы и бессмертный!) полагает, а Силы Судьбы располагают.

– Да ладно, появляйся. Я без тебя буду скучать. Только перед приходом подавай сигнал, ладно? Чтобы я успевал приготовиться.

Ох, напрасно он об этом попросил!

– Нате! Забирайте! – Хельги со страдальческим видом скинул объемистый заплечный мешок. – Сущее наказание эти границы миров!

– Дай сюда! – Не проявив ни малейшего сочувствия, Энка выхватила ношу из его рук, принялась торопливо развязывать. Ей не терпелось поскорее увидеть легендарный артефакт, вернувшийся на родину после стольких лет пребывания в мире ином. Подумать только, три тысячелетия великие маги и колдуны безуспешно разыскивали его, но первой, кто возьмет кристалл в руки, станет она, самая обычная сильфида! Вообще-то «самой обычной» она себя никогда не считала, выразилась так для красного словца, «гипербола», как говорит Меридит.