Чернокнижник - Андрей Смирнов

Уилар отрицательно покачал головой.

— К счастью или нет, но пока я знаком только с одним из них.

— Поверьте мне, они очень похожи. Я полагаю, дело в том, что Хозяева — это только оболочки. И Климединг, заняв место одного из Хозяев, сам стал такой оболочкой.

— А кто настоящий хозяин?

— Спящие, — не задумываясь, ответил Йонган.

— Кто?

— Те, кто спит в глубинах тьмы. Впрочем, в полном смысле слова, хозяевами они тоже не являются, поскольку, как и положено Спящим, крепко спят. — Йонган улыбнулся собственной шутке. — Эти сущности не отделены друг от друга, во всяком случае, не так, как мы с вами. Хозяев можно уподобить пуху, налипшему на верхние ветки дерева…

— Спящие — это и есть те ветки?

— Совершенно верно. Но у дерева есть еще ствол и корни.

Уилар несколько секунд молчал, а потом сказал:

— Я вас понял. Признаться, я и сам предполагал что-то в этом роде, так что — никаких возражений, тем более что вы так образно все изложили. Но к чему мы вообще об этом говорим?.. В значительной степени все это наши с вами домыслы, предположения. А если даже и нет — что с того? Спящие — это уже…

— …не наш уровень? — закончил за него граф. — Да, в чем-то вы правы. Но вот объясните мне, ради чего я должен помогать вам, если — даже в случае вашего успеха — вы просто займете место Климединга, станете новой оболочкой для Спящего и будете опасны для меня не меньше, а возможно, и больше, чем нынешний Хозяин Демонов?

— Думаю, этого не произойдет, — коротко сказал Уилар.

— И это все?

— А что вы хотите услышать? Разговор о гарантиях, по-моему, тут вряд ли уместен. Если вы считаете меня здравомыслящим человеком, вы должны понимать, что я постараюсь не совершить ту ошибку, которую когда-то совершил Климединг, впустив в себя Спящего и надеясь выйти победителем из противостояния с ним. Если же вы меня здравомыслящим человеком не считаете, то я не понимаю, почему вы вообще стали со мной разговаривать.

— А может быть, — Йонган Шабрез сладко прищурился, — я еще не определился, здравомыслящий вы человек или нет?

Уилар пожал плечами.

— Пока вы определяетесь, позвольте мне рассказать вам еще кое-что. Очевидно, вы полагаете, что мне неизвестно, что послужило настоящей причиной конфликта между вами и Климедингом — и что, по сути, подтолкнуло его к принятию Спящего. Но, уверяю вас, это не так. Я знаю, что вы нарушили договор, который связывал вас с Климедингом в то время, когда он еще был человеком. Вы позволили ему пройти инициацию только для того, чтобы впоследствии отнять у него тень, подчинить себе, сделать своим Сыном — так же как вы проделали это с четырьмя молодыми людьми, которых я видел сегодня, и так же как вы когда-то поступили с собственной сестрой.

В глазах графа вспыхнул холодный огонь.

— Это вам рассказал ваш учитель?

— Бывший учитель, — уточнил Уилар. — Нет, не он. Я просто знаю.

В комнате повисло молчание.

— Я не обманываюсь на ваш счет, — сказал чернокнижник. — И тем не менее я полагаю, что мы можем быть полезны друг другу. По-своему я уважаю вас.

— Зная эту историю, вы все равно готовы довериться мне? — Губы Шабреза растянулись в усмешке.

— Действуя, я стараюсь избегать даже чужих ошибок, — ответил Уилар. — Неужели вы повторите свою собственную?

— Хорошо, — произнес граф после долгой паузы. Я покажу вам путь к храму. Храм находится недалеко, совсем рядом с замком. В моем замке двое ворот: одни ведут в Кельрион, а другие именно туда, куда вы хотите попасть. Это единственный путь в реальность храма, и вам придется воспользоваться им и для входа, и для выхода. Взамен… взамен я прошу совсем немного. Мелочь. Отдайте мне девушку, которая приехала с вами.

— Вы хотите, чтобы я отдал вам свою дочь? — Уилар приподнял левую бровь.

— Перестаньте, — отмахнулся Шабрез. — Неужели вы всерьез надеетесь меня обмануть? Я чувствую кровь так же ясно, как вы различаете цвета радуги. Она вам не дочь. Скорее всего, приблуда, которую вы подобрали пару месяцев назад и толком еще не успели обучить. Отдайте ее мне, и я открою для вас дорогу к храму.

Секунду или две Уилар молчал, а затем произнес:

— Нет.

— Нет?.. Жаль. — Шабрез прикрыл глаза.

— Я полагаю, вы про пустите меня к храму без всяких «условий» и «любезностей», — произнес Уилар.

— Вы так полагаете?

— Я в этом уверен.

— И на чем же основывается ваша уверенность?

— На том, что я — ваш шанс отомстить Климедингу, — сказал Уилар, откидываясь на спинку кресла. Может быть, единственный шанс, который выпал вам за те семьсот лет, которые вы находитесь во вражде с ним. Возможно, здесь, в своем замке, вы бы и сумели справиться с Климедингом, если бы он вдруг оказался настолько глуп, что захотел явиться сюда в своем подлинном обличье. Но он этого никогда не сделает, а вы прекрасно понимаете, чем обернется для вас поход в Азагалхад. И поэтому мне кажется, что вы пропустите меня к храму без всяких условий.

— Вы очень в себе уверены.

— Да, — согласился Уилар.

— Может быть, чрезмерно уверены. Самоуверенны.

— Может быть. Но есть еще одна причина, в силу которой я не могу отдать вам Эльгу.

— Какая же? — полюбопытствовал Шабрез.

— Она и в самом деле моя дочь, что бы вы об этом ни думали.

Шабрез улыбнулся и покачал головой. Уилар улыбнулся в ответ и скорбно возгласил, подняв глаза к потолку:

— Неужели ее мать изменила мне с каким-то прохвостом?! Позор на мою седую голову!..

Граф поморщился:

— Не ломайте комедию.

— Она моя дочь, — сказал Уилар уже без намека на шутку, — и пусть Климединг выпьет мой тэнгам, а Пресвятой Джордайс — заберет мою душу, если это не так.

— С какой легкостью вы солгали, — рассмеялся Шабрез. — Неужели вы не знаете, что слова заключают в себе огромную силу?

— Конечно, знаю. Поэтому и сказал. Ведь это чистая правда.

— Тогда, похоже, вашу жену и в самом деле кто-то попутал… — Шабрез осклабился. Уилар, который никогда не был женат, остался к этой шпильке совершенно безучастен.

— Между прочим, — Йонган Шабрез поднялся из-за стола, — что вам известно о том храме, к которому вы так стремитесь?

— Я знаю, что он посвящен богам тьмы. Точнее, одному из их родов. Знаю, что это очень древнее место, которое существовало еще до людей и до альвов. Оно никогда полностью не принадлежало какому-либо из миров — именно поэтому в него можно войти только при строго определенных условиях. Какой-то важный узел мироздания, место, где пересекаются различные реальности.