Проклятие Аримана. Разделенный Мир - Евгений Малинин

Рукав серого балахона метнулся вверх, и из него в гущу насекомых ударил яркий сгусток жидкого огня, но это не принесло каких-либо изменений в действия термитов. В мгновение ока низ посоха был уничтожен, и он свалился на пол и был немедленно накрыт шевелящейся нетерпеливой бурой волной.

Бель Озем снова схватился за сжимавший его хвост и дернул к себе. На этот раз из-под шевелящейся горки насекомых вымахнуло деревянное тельце крысы, облепленное бурой, грызущей ее массой. Озем вскочил на ноги и, размахнувшись, с огромной силой шмякнул резную фигурку об пол. Резной грызун с громким треском лопнул, как обычная деревянная чурка. Его хвост, дернувшись еще раз, превратился в обычную деревяшку, и бель Озем легко ее переломил. Затем он медленно повернулся в сторону Лисьего Хвоста и величаво махнул широким рукавом своего черного халата. Волна термитов мгновенно исчезла, оставив на полу изгрызенное навершие посоха и обломки резной крысы.

– А вот теперь мы поговорим, – прошипел разъяренный бель прямо в скрытое надвинутым капюшоном лицо.

– Нет, – спокойно ответил его противник, – время разговора для тебя миновало.

Неуловимым движением руки он выудил из кармана небольшой камешек, густо присыпанный какой-то бурой, запекшейся пылью, и швырнул его под ноги белю. Ударившись о плитку паркета, бурая корка на камешке треснула и из-под нее заструилась непонятная темно-серая субстанция, закручиваясь небольшой воронкой. Бель Озем отскочил назад, внимательно следя за поведением этого странного предмета. Камешек между тем разломился пополам, и из обеих его половинок в кабинет буквально хлынул мутно-серый, свивающийся в жгуты поток.

Через несколько мгновений между двумя застывшими чародеями лежала темно-серая, подсвеченная изнутри багровыми всполохами, туча. Она переливалась пепельными мерцающими жгутами, глухо погромыхивая нутром. Нутром, в котором ничего не было. Сплошная алчущая плоти, немая и слепая пустота!

– Вот что проглотит и тебя, и Великого ханифа, и город, и всю эту страну, если ты немедленно не прикажешь освободить Злату, – торжествующе бросил Лисий Хвост своему противнику поверх разлегшейся тучи. Но тот не обратил никакого внимания на эти угрожающие слова. Он пристально наблюдал за клубящимся монстром. Наблюдал с откровенным интересом, но без какого-либо страха. А потом, почесав свою впалую щеку, произнес, словно про себя:

– Да, это действительно шестой Глаз Бесконечности… – Он с усмешкой посмотрел на серую фигуру и снова, уже громче обратился к туче: – Так вот где ты был? А мой господин уже давно тебя разыскивает!…

Потом он снова перевел взгляд на сгорбившуюся серую фигуру и ласково произнес:

– Ты сам приготовил для себя развлечение, но я думаю, тебе будет полезно заглянуть хотя бы в один Глаз Бесконечности.

И тут Лисий Хвост почувствовал, как его правая нога совершенно самостоятельно делает шаг вперед, в сторону клубящегося ничто. Бель Озем пристально смотрел на него, не пряча торжествующей ухмылки. Лисий Хвост немедленно поставил магический блок, но несмотря на это, его левая нога сделала следующий шаг к Глазу Бесконечности. Лисий Хвост скрипнул зубами от напряжения, пытаясь вернуть контроль над собственным телом, но правая нога в свою очередь поднялась и переступила еще на полметра в сторону разверзшейся перед ним бездны.

Из тучи выполз линяло-серый толстый язык и грязной ватой охватил правую ногу магистра. А его левая нога тут же шагнула внутрь перекатившейся навстречу туче. Лисий Хвост еще несколько секунд видел торжествующую улыбку своего врага и услышал его последние слова:

– Не хотел бы я оказаться в том месте, куда выплюнет тебя Глаз…

Тут магистра накрыло с головой и…

Он оказался на вершине невысокого холма, возвышавшегося над плоской, серой, какой-то безрадостной равниной, освещенной ровным неярким светом. Небо над этим местом отсутствовало, замененное какой-то непонятной низко стелющейся хмарью. Даже с этого холма обзор был крайне мал, всего несколько десятков метров. Дальше серое пространство странно размывалось, теряло очертания и правдоподобие. Склоны холма и видимое окружающее пространство поросло невысоким, но чрезвычайно густым кустарником, между которым петляли узенькие тропочки. Магистр находился в каком-то лилипутском лабиринте, прекрасно просматривающемся с высоты его роста.

Не успел Лисий Хвост оглядеться, как из-за недалекого кустика послышался голос беля Озема:

– Ну так что, Серый Магистр, ты все еще хочешь заставить меня изменить мою традицию?

Лисий Хвост шагнул в направлении голоса и только тут понял, что сжимает в своей руке свой, совершенно целый посох. На его навершии, поблескивая багровыми бусинами глаз, замерла крыса.

Привычно размашисто переставляя посох, Лисий Хвост двинулся на голос, но когда он вроде бы достиг этого места и наклонился, разглядывая кусты, впереди и несколько левее снова раздалось:

– Нет, магистр, так ты меня не найдешь… Надо быстрее двигаться.

Лисий Хвост метнулся в сторону, но чуть сзади и правее раздалось довольное хихиканье.

И тогда магистр понял, что сможет выбраться из этого неуютного места, только если поймает хозяина этого мерзкого голоска. Он напряг свое внимание, чтобы молниеносно реагировать на любой звук. Его движения стали необычайно быстрыми и точными. Но проклятый голос был неуловим.

«Ничего, – подумал про себя Лисий Хвост, – рано или поздно ты мне попадешься».

* * *

А в то время, когда в кабинете Главного хранителя трона разгорался поединок между двумя чародеями, телега с осужденной на сожжение прибыла к месту казни. Центральная площадь была запружена народом. От костра и помоста, на котором расположился верховный трибунал, толпу отделяла плотная шеренга алебардщиков. За этой шеренгой, по кругу расположился десяток стрелков с приготовленными луками.

Осужденную сняли с повозки, и она сама, безропотно и молча, поднялась по приставной лестнице к поперечной перекладине, прибитой на установленном столбе. Ее ноги привязали к этой перекладине, а руки завели за столб и там так же связали. Когда лестницу убрали, все увидели высоко вознесенную над площадью молоденькую девушку с развевающимися темными волосами.

Стражники, прихватив лестницу, шустро отбежали в сторону, а вокруг сложенных под столбом вязанок хвороста побежала быстрая фиолетовая искра заклятия, отгораживая живых от уже мертвой.

Толпа качнулась назад и мгновенно замолчала, пораженная молодостью и обреченностью жертвы.

Между тем председатель трибунала встал и принялся читать указ Великого ханифа об осуждении служителя второго круга. Указ был короткий: виновата – костер! Председатель трибунала быстро дочитал его до конца и поднял руку, готовясь поджечь хворост.

И в этот момент в потемневшем вечернем небе показалась черная точка. Вначале на нее никто не обратил внимания, но точка быстро приближалась, увеличиваясь в размерах. Скоро в воздухе прямо над костром зависла девичья фигура, облаченная в кольчужный доспех с мечом и кинжалом у пояса и луком за плечом.