Тень Инквизитора - Вадим Панов

— Они сохранили Источник, — весело подтвердил нав. — Даже два Источника.

— И сколько вы заплатите нам за них?

— Не может быть! — Яна первой догадалась, о чем идет речь.

— Совершенно верно, — улыбнулся Сантьяга. — Божественные лорды и были Источниками семьи Тать. Каждый из них — генератор энергии огромной мощности. Собственно, потому их и называют божественными — они дарили магическую силу прикосновением.

— Черт! — вырвалось у Кортеса.

— Их можно уничтожить? — деловито поинтересовалась Яна.

— С некоторыми усилиями, — не стал скрывать комиссар. — Вы слышали о таком месте: Большой Каньон?

— В Северной Америке?

— Там люды добрались до Нира, одного из лордов Тать. — Сантьяга помолчал. — После чего решили быть более осторожными при ликвидации лидеров этой семьи и двух других лордов устранили без подобных эксцессов. Воронки, если я не ошибаюсь, находятся где-то в Тихом океане…

После того как наемники, с любезного разрешения комиссара, отправились за снаряжением в арсенал Цитадели, Сантьяга еще пару минут задумчиво сидел на столе, после чего, словно вспомнив о чем-то важном, покосился на скромно молчавшего в углу помощника.

— Бога, а все-таки, где Инга?

— В безопасном месте.

— Это я уже слышал. — Комиссар поднял брови.

— Я прицепил ее к Троицкой башне в зоне Кадаф, — проворчал гарка. — Я считаю, что ей следует поразмыслить над своим поведением.

К счастью, она была невидима для челов: маг, забросивший ее на самый шпиль одной из Кремлевских башен, не забыл о наведении морока. Позаботился он и о том, чтобы Инга не смогла самостоятельно покинуть «безопасное место»: мощный аркан вытянул из рыжей магическую энергию, а другое заклинание блокировало действие мобильного телефона. Девушке оставалось только ждать, когда неизвестный колдун прекратит свое издевательство.

— Отомщу! — прорычала Инга, глядя на снующих по Кремлю соплеменников. — Найду и отомщу!!

— Это очень злая шутка, — скупо обронил Сантьяга.

Бога угрюмо молчал.

Некоторое время назад рыжая подруга Артема предприняла дерзкое ограбление Оружейной палаты, наплевав на запрет, наложенный Великими Домами на пользование магией в зоне Кадаф. Бога, который был в числе охранников зоны, заработал тогда крупную головомойку от комиссара и на некоторое время стал посмешищем среди навов. Теперь он расквитался.

— Когда вы планируете освободить девушку?

— К обеду.

— Хорошо, — махнул рукой Сантьяга. — В конце концов, я сам просил вас переправить Ингу в безопасное место.

* * *

Храм Христа Спасителя.

Москва, площадь Пречистенские ворота,

21 сентября, воскресенье, 11:19.

И в обычные-то дни площадь перед храмом Христа Спасителя не жаловалась на отсутствие прохожих, а уж в теплое осеннее воскресенье, в большой праздник, она была заполнена до отказа. Массивные туристические автобусы, группы щелкающих фотоаппаратами экскурсантов, прихожане, желающие отстоять праздничную службу, просто гуляющие, полицейские, напряженно пытающиеся хоть как-то упорядочить это столпотворение. Москвичи наслаждались неожиданным подарком — теплым осенним днем, шумно общались, смеялись, и никто, разумеется, не обратил никакого внимания на очередной автобус с затемненными стеклами, который подкатил прямо к воротам.

— Здесь парковаться нельзя! — Полицейский, не ожидавший подобной наглости от водителя, постучал по лобовому стеклу полосатым жезлом. — Проезжайте дальше! К стоянке!

— Прошу прощения, — развел руками шофер. — У меня специальное распоряжение мэра. — Он потряс какой-то бумагой. — Это группа из Ватикана!

— Какое еще распоряжение?

— Да вот. Посмотрите сами.

Полицейский шагнул внутрь салона и, насторожившись, придирчиво оглядел закутанные в черные плащи фигуры.

— Монахи?

— Ага, — подтвердил Цезарь. — Францисканцы. — И выстрелил полицейскому в голову. Мощный глушитель превратил звук в хлопок. Водитель подхватил обмякшее тело под мышки и ловко пристроил на свое сиденье, освобождая проход.

— Время! — рявкнул Цезарь и включил секундомер.

Переданный карликом план операции был рассчитан досконально, схемы храма удивляли точностью и достоверностью, роль каждого человека определена со скрупулезной дотошностью и выписана едва ли не до последнего жеста. Было учтено все, вплоть до длины и ширины каждого внутреннего коридора, примерного местонахождения охранников, положения солнца над площадью и количества ступенек. И Цезарь, выполняя распоряжение ушастого малыша, заставил своих адептов зазубрить каждый необходимый шаг наизусть. Но одно дело теория, и совсем другое — практика. К его радости, никто не подкачал.

Грубо расталкивая прохожих, сатанисты бросились к дверям храма.

— Быстрее! Быстрее!!

Это был один из самых сложных моментов операции: с максимальной скоростью ворваться внутрь, постаравшись не создать панику и давку, и не ввязаться в драку с полицией.

— Что происходит?

Патрульные обратили внимание на чересчур торопливых «монахов».

— Стоять!

Еще пять секунд, четыре, три… Цезарь, уже достигший дверей, с замиранием сердца следил, как последние адепты врываются в храм. Две, одна!

— Отлично!

— Отгоните автобус!

Следующий патрульный заглянул в салон покинутого «Мерседеса» в тот самый момент, когда Цезарь, резко отшвырнув удивленную женщину, стал закрывать дверь храма.

— Полицейский убит! Тревога!

А вот внутри можно было не стесняться! Цезарь, подавая пример сторонникам, выхватил из-под плаща автомат и дал длинную очередь под купол.

— Внимание! Храм захвачен!

Пение оборвалось. Священники, прихожане, туристы молча смотрели на бородатого сатаниста, и их взгляды наполняли Цезаря потрясающим чувством собственного превосходства, ощущением великой силы.

Из коридоров послышались выстрелы: охрана пыталась оказать сопротивление.

— Вы все заложники!

И толпа бросилась к закрытым дверям. Панически. Не раздумывая. Повинуясь инстинкту самосохранения. Смешанные в чудовищную кашу люди пытались вырваться из ставшего ловушкой храма и, вне всякого сомнения, могли смять нападавших. Ведь их было много, очень много… Но Hyp доходчиво объяснил Цезарю, как действовать в эти минуты. Шесть автоматных стволов окрысились длинными очередями. В упор. Только на поражение. Мужчин, женщин, детей — не важно! Как объяснил карлик, панику необходимо погасить в зародыше, а заодно продемонстрировать серьезность намерений, чтобы в дальнейшем ни у кого и мысли не возникло о возможности сопротивления. И Цезарь с удовольствием выполнил наставления карлика.