Движущиеся картинки - Терри Пратчетт

— Смотрите, она совсем расплылась, — заметил профессор современного руносложения.

— Жаль, — сказал завкафедрой. — А выглядела она неплохо.

Он ковырнул жижу носком своего башмака.

— Осторожнее! — предупредил декан. — Если тебе кажется, что перед тобой обычный мертвец, нашедший вечный покой, ты сильно ошибаешься.

Завкафедрой сделал серьезное лицо:

— Клянусь потрохами, эта тварь имеет вполне… вполне умерший вид. Хотя постой… Что-то шевелится.

Одно из щупальцев неожиданно откатилось в сторону.

— Неужели эта штука на кого-то приземлилась? — удивился декан.

Так оно и было. Из под булькающих останков извлекли полуживое тело Думминга Тупса. Волшебники, руководствуясь самыми добрыми побуждениями, принялись охаживать студента по щекам, пока тот не открыл глаза.

— Что это было? — спросил Тупс.

— На тебя упала туша пятидесятифутового монстра, — честно сказал декан. — А как ты… кхм… как ты себя чувствуешь?

— Всего одну кружечку хотел пропустить! — пробормотал Тупс. — Я бы тут же назад вернулся, честное слово.

— Что-что?

Но Тупс только махнул рукой, не став ничего объяснять. Он поднялся и, качнувшись из стороны в сторону, неровной походкой устремился в направлении Главного зала. Здесь надо отметить, что больше никогда он не пытался покинуть Университет, более того, всякие заманчивые предложения напрочь отвергал.

— Забавный паренек, — промолвил заведующий кафедрой.

И они вновь уставились на останки Твари.

— Красота повергла чудовище, — произнес декан, часто изрекающий подобные сентенции.

— С чего ты взял? — возразил завкафедрой. — Просто башня оказалась слишком высокой, чтобы с нее можно было безнаказанно упасть.

Библиотекарь поднялся и потер голову. У себя под носом он увидел книгу.

— Читай! — потребовал Виктор.

— У-ук.

— Умоляю тебя!

Орангутан открыл книгу на странице с пиктограммами. С минуту он невразумительно мигал. Затем палец его пробежал к нижнему правому углу страницы и начал скользить вдоль строки в левую сторону.

В левую сторону.

«Так вот, значит, как следует читать эту книгу!» — осенило Виктора.

А это, в свой черед, значило, что все это время он блуждал в потемках.

Бригадир, главный рукоятор, дал панораму стоящих волшебников, а затем резко навел ящик для картинок на быстро расползающегося монстра.

Ручка перестала вертеться. Он поднял голову и с любезной улыбкой оглядел статистов.

— Виноват, господа, не могу ли я попросить вас встать чуть-чуть поплотнее? — сказал он. Волшебники послушно сомкнули ряды. — Свет сегодня никуда не годится.

Солл взял кусок картона и написал: «Валшебники асматривают Трупп, дупль 3».

— Как же так получилось, что ты не заснял ее падение? — проговорил он голосом, который явно попахивал истерией. — Может, найдем дублера и заставим его оттуда свалиться?

А Джинджер, обняв себя за колени, сидела под башней и изо всех сил старалась унять дрожь. Среди тех обличий, что принимала Тварь перед своим приземлением, мелькнуло и ее лицо.

Джинджер заставила себя подняться. Скользя рукой по обшарпанной кладке, сумела удержать равновесие. А потом побрела прочь. Она не знала, что ждет ее в будущем, но большая чашка кофе вырисовывалась там вполне отчетливо.

Когда она проходила мимо двери, ведущей в башню, изнутри донесся частый стук шагов, и на свет выбежал Виктор, а за ним, вихляя конечностями, библиотекарь.

Виктор открыл было рот, но для того, чтобы заговорить, понадобился чересчур долгий вдох. Орангутан оттолкнул его в сторону и плотно сжал руку девушки. То был нежный, даже ласковый захват, однако в нем чувствовался намек на то, что, возникни такая надобность, рука ее в мгновение превратится в желе с молотыми косточками.

— У-ук!

— Слушай, все кончено, — сказала Джинджер. — Чудище подохло. Как еще кончаются сказки? А теперь я ужасно хочу найти какое-нибудь местечко, где можно спокойно выпить.

— У-ук!

— Сам ты у-ук!

Виктор наконец поднял голову:

— Видишь ли… дело еще не кончено.

— Для меня — кончено. Я уже один раз видела, как превращаюсь в Тварь с щупальцами и хоботками. Ты, наверное, понимаешь, что на девушку такое зрелище производит не лучшее впечатление.

— Да при чем здесь это?! — вскричал Виктор. — Мы с тобой пошли по ложному следу! Понимаешь, они скоро опять сюда явятся! Нужно срочно возвращаться в Голывуд! Потому что нужно ждать их именно там!

— У-ук! — согласился библиотекарь, чертя лиловым ногтем на листе зазубрину.

— Что ж, они замечательно обойдутся без меня.

— Не обойдутся! В смысле — еще как обойдутся! Но ты… ты можешь их остановить! Перестань так смотреть на меня! — И он подтолкнул локтем библиотекаря. — Не молчи, расскажи ей все, как есть.

— У-ук, — терпеливо повторил библиотекарь. — У-у-ук!

— Что-то я не очень понимаю его, — призналась Джинджер.

Виктор нахмурился:

— В самом деле не понимаешь?

— Он говорит со мной по-обезьяньи.

Виктор в панике огляделся:

— Э-э…

На какое-то мгновение библиотекарь превратился в образчик доисторической скульптуры. Затем он бережно взял Джинджер за руку и ласково погладил ее по ладошке.

— У-ук, — проникновенно сказал он.

— Извини… — пожала плечами Джинджер.

— Да послушай же! — вскричал Виктор. — Я все перепутал. На самом деле ты не их пособница, ты — их враг. Ты хотела им помешать. Я читал эти тексты вверх тормашками и не в ту сторону. И получается, что там говорится не о человеке за воротами, а о человеке перед воротами. А человек, стоящий перед воротами, — тут он издал глубокий вздох, — это не кто иной, как страж!

— Ну и что теперь? Да и как мы попадем в Голывуд? Он, знаешь ли, не на соседней улице!

Виктор небрежно махнул рукой:

— Тащи сюда рукоятора!

Прилегающие к Анк-Морпорку поля издавна используются под земледельческие культуры, из которых наиболее популярна капуста кочанная, которая вносит значительную лепту в знаменитый аромат, витающий над городом.

Серая предрассветная дымка, расплывшись по голубовато-зеленому полю, окутала также пару крестьян, которые решили пораньше приняться за уборку шпината.

Оба вскоре подняли головы — но не потому, что услышали какой-то звук, а чтобы присмотреться к некоему перемещающемуся образу, который, вопреки всякой логике, никакого звука не издавал.