Ученица придворного алхимика - Ксения Ярополова

Но ты была слабой и напуганной, и за тобой пришлось долго ухаживать. Я была не готова заботиться о ребенке. И я не успела родить своего, хотя могла бы иметь дочь, если бы все сложилось по-другому.

Сначала ты болела, не хотела кушать. Ты боялась меня и звала родителей. Я испугалась, что если все пойдет так и дальше, ты просто можешь не выздороветь, и решила немного приглушить твою память о доме, чтобы вернуть ее, когда ты привыкнешь и освоиться на новом месте. Да, такие вещи способна делать только темная магия, но вмешательство должно было быть лёгким. Я не учла, что эльфийских детей рано учат основам волшебства. Ты, кажется, поняла, что я пытаюсь сделать, или это произошло случайно, но ты вмешалась в заклинание, и все пошло наперекосяк. Я и сама не знаю, что случилось с твоей памятью, но мне пришлось приложить много сил, чтобы сохранить твой рассудок. Тогда я и поседела.

И у меня на руках оказался ребенок, который ничего не помнил. Первое время ты была как дикий зверёк, и я учила тебя ардарийскому языку. Ты этого не помнишь из-за того же заклятия. Я не знала, что с тобой делать и куда пристроить, но ты стала спокойнее и дружелюбнее, когда увидела мою работу с растворами. Будто она напомнила тебе что-то. И я подумала: почему бы не взять тебя в ученицы? У любого мастера есть ученики, а я претендовала на должность придворного алхимика. С маленькой ученицей я выглядела менее подозрительной.

Так ты и осталась со мной. И я к тебе привязалась. Когда Иса попросил отдать тебя — я не смогла, — сказав это, наставница тут же перевела тему: — Вот и готово, смотри.

Хексия перекинула пряди вперёд, и тут я осознала, что они едва достают до плеч. Отвлекая меня душещипательной беседой, наставница спокойно щелкала втихую ножницами. Голова стала лёгкой, а я этого даже не заметила!

— Отрастут, — бросила госпожа. — Волосы были обоженные и испорченные. Я знаю, ты к ним нежно привязана, так что можешь считать, что я сделала выбор сама и избавила тебя от чувства вины.

Вот так всегда! Хексия часто поступала подобным образом. Знала, что для меня лучше, и делала, не спрашивая. Но что я могла ответить? Она была права. Я бы мучилась, прежде чем решиться на такой шаг. Возможно, я так усердно отращивала волосы, потому что в дальнем уголке моей души остались воспоминания о доме? Наверное, меня заплетали мама или бабушка… Но что делать с прошлым, если оно стало бесполезным и даже ненужным?

— Спасибо, — вздохнула я.

— А теперь иди в воду.

Хексия помыла меня быстро и деловито, хотя я порывалась сама. Но она сказала, что не будет смотреть, как я роняю мыло — на это нет времени. Теплая вода немного расслабила тело, да и наставница велела выпить одно из своих горьких бодрящих лекарств, так что после омовения я чувствовала себя почти здоровой. Платье надела зимнее шерстяное, последнее оставшееся, поскольку мой нехитрый гардероб не выдержал длительного знакомства с магической наукой. Да, принцесса проявила щедрость и прислала один из нарядов своих фрейлин, но он был слишком роскошным. Да и как бы я надевала эту штуку с сотней завязочек и юбок?

— Эльф предложил тебе отправиться с ним в Эльмар, — завела разговор Хексия, когда меня одели. — Не отказывай ему. Нам с тобой здесь больше нечего делать. Даэрон не лучше Маргана. Не стоит дважды входить в одну и ту же реку.

— Ты все слышала?

— Я умею колдовать. Узнать, о чем говорят за стеной, для меня не сложно, — не стала отпираться наставница. — Я желаю дать тебе совет. И будет лучше, если ты прислушаешься. Не повторяй мою судьбу, Алоиза. Поверь, на королевской службе тебя не ждет ничего хорошего.

— А что меня ждет у эльфов?

— Знания. Если где-то и остались глубокие и редкие знания о магии и алхимии, то только в Эльмаре. Там у тебя есть семья. Если эльфы ценят родство так же, как Талаэр, твоя семья защитит тебя и поддержит.

— Ты предлагаешь использовать их, как щит?

— Семья и есть щит для каждого человека, Алоиза. Подумай. Ты сможешь достичь небывалых высот в деле своей жизни вместо того, чтобы маяться здесь, прислуживая грязным интересам короны. Ты привязалась к принцессе. Но это лишь мираж. Я не хочу тебе зла.

— Я сама выберу, что для меня лучше!

— Не желаю слышать, как ты поднимаешь на меня голос, — снова поджала губы Хексия. — Ты молода. И я даю тебе совет.

Вдруг в дверь постучали: пришло время аудиенции. Принцесса даже отправила за мной сопровождающего пажа, на чей локоть я смогла опереться. Хексия прервала разговор, но посмотрела на меня со значением. Она и Талаэр предлагали довести меня до покоев Эльвины, но я отказалась. Невыносимо ощущать себя немощной. И хотелось поговорить с подругой один на один.

По пути все придворные любопытно на меня косились. Не иначе, разнообразные слухи уже успели облететь весь дворец. Стражники уважительно пропустили меня в королевское крыло. А фрейлины принцессы с легким поклоном открыли дверь, но не в личную комнату Эльвины, а в богато украшенную гостиную — место, где Ее Высочество принимала официальных посетителей.

Я не знала, какой будет наша встреча, и всю дорогу прокручивала в голове, как же теперь себя вести. Будто со смертью Исы все изменилось. Нет, все изменилось даже раньше, когда я поняла, что у такой замечательной и доброй подруги есть от меня тяжелые секреты. Остались ли мы друзьями? Или все было фарсом, игрой, чтобы я доверилась, и Эльвина могла добиться своих целей? Какая она на самом деле?

Но Эльвина решила показать мне свое отношение сразу. Когда двери распахнулись, она сидела у чайного столика в высоком кресле, очень похожем на трон, а для ее посетительницы, то есть меня, стул был выбран поскромнее и пониже, хотя и с мягкой обивкой. Но гораздо более красноречивым был вид Ее Высочества. Передо мной сидела совершенно не та девушка, которую я знала.

Принцесса была облачена в тяжелое платье из бордового бархата с золотой вышивкой, делающее ее гораздо старше и величественнее. Кокетливые кудри исчезли: волосы были убраны в высокую прическу под золотую сетку с жемчугом. Аквамариновые глаза холодно и внимательно сияли на бледном спокойном лице. А губы были окрашены в цвет темной крови. При моем приближении принцесса переложила ногу на ногу, потянулась к золотому кубку, стоявшему возле ее подлокотника, и сделала уверенный глоток. На ее руках, шее и в ушах засверкали крупные рубины. От Ее Высочества Эльвины Ардарийской исходили волны роскошной строгости и королевского достоинства. А нежная, милая и жизнерадостная девушка с ребяческим характером в светлых скромных платьицах растаяла без следа, будто ее никогда не существовало.

Я низко поклонилась, признавая высокий статус собеседницы, и присела на краешек приготовленного для меня стула, когда грациозным кивком мне разрешили это сделать. Эльвина снова пригубила вино, пока я разглядывала ее и моргала, силясь прогнать наваждение. Наконец, принцесса заговорила, но голос ее был холодным, как лед:

— Я пригласила тебя, Алоиза Граден, чтобы поговорить, — тут Ее Высочество сделала паузу, а затем ее лицо дрогнуло и приобрело растерянное, беспомощное выражение. — Но я не знаю, с чего начать, — уже теплее и доверительнее закончила она, и сквозь чужую властительницу вдруг проступила моя подруга. Я не могла понять таких перемен. Что это? Какое-то заклятие?