Научиться быть ведьмой - Ольга Обская

– Ну, ты у меня получишь! – заорала Вероника не своим голосом и произвела серию безрезультативных бросков. Быстро сообразив, что сосна является хорошим прикрытием и без хитрости не обойтись, она знаками показала Наташе, чтобы та со всей дури обстреливала дерево, пока Вероника зайдет с тыла. Уловка удалась, и Никита получил свой заслуженный ком снега в затылок. Жаль, конечно, что удар пришелся не в лицо, но Веронику успокаивала мысль, что попавшая за шиворот ледяная вода должна произвести на идиота, затеявшего глупую игру, неизгладимое впечатление. Никита начал предпринимать отчаянные попытки стряхнуть снег, а Вероника, пользуясь растерянностью врага, запулила еще пару снарядов куда придется. Подскочившая в этот момент Наташа помогла усилить натиск и вынудила Никиту признать поражение.

– Все, девчонки, сдаюсь, – рассмеялся он.

– Нет, ну ты видишь, какой он придурок! – шепнула подруге Вероника. – Какие тут семь положительных качеств?! Абсолютный ноль, без вариантов!

Никита отряхнулся и подошел к девушкам. Было заметно, что забившийся ему за воротник снег доставляет дискомфорт. Наташа принялась счищать платочком белую жижу с шеи одногруппника, а Вероника стояла в сторонке со злорадной улыбкой на лице – она не испытывала ни капли жалости к поверженному врагу.

– А не надо было на нас нападать из засады! – выпалила она. – И вообще, зачем ты нас караулил?

– Хотел тебе шоколадку отдать – я же проиграл пари. – Никита обезоруживающе улыбнулся и протянул блестящую упаковку Веронике.

Она приняла трофей с торжествующей улыбкой. Господи, чего он ей стоил! Ника распечатала шоколад и, разделив плитку на три ровные части, вручила по одной Наташе и Никите.

– Намного лучше холодной гречки, – подмигнула она подруге, а в сторону одногруппника бросила: – Хотя ты и не заслужил.

– Да я, вообще-то, хотел вас проводить до общаги, – заявил Никита в свое оправдание.

– Чего вдруг? – сощурила глаза Вероника, приготовившись к подвоху.

– Ну вы что, девочки, забыли, что ли? Сегодня у третьекурсников праздник – Медиана. А в этот день им разрешены маленькие шалости, вернее сказать – пакости. Рядом со мной вам ничего не грозит. А без меня вы запросто можете стать объектом хитроумного розыгрыша.

Действительно, сегодня у студентов, которые были годом старше Вероники и ее одногруппников, был особый день – прошла ровно половина того срока, который они проведут в стенах Университета. Этот день носил название Медиана, то есть середина, и считался большим праздником. Преподаватели и даже члены Дисциплинарного совета смотрели сквозь пальцы на розыгрыши, которые третьекурсники традиционно устраивали своим младшим собратьям во время Медианы. Негласное правило гласило, что в этот день можно использовать даже особые цифро-буквенные методики, говоря проще – колдовать, если это никому не принесет вреда.

Веронике сегодня пришлось заниматься проблемами посерьезней, чем поиски способа не стать жертвой глупого розыгрыша. Поэтому, сказать по правде, она даже забыла про праздник третьекурсников. Но это совсем не означало, что ей требовалась помощь кого бы то ни было, а уж тем более Никиты.

– Это почему вдруг с тобой нам ничего не грозит, а без тебя грозит? А спорим, что мы и без тебя прекрасно доберемся до своей общаги без приключений? – с запалом предложила Вероника.

– Спорим! – оживился Никита.

– Опять? – прошипела Наташа, с силой дернув подругу за рукав, потом посмотрела в сторону Никиты и грозно произнесла: – Еще одно пари, и я убью вас обоих. Как дети малые, честное слово. – Она подхватила ребят под руки и произнесла елейным голоском: – Никита, так мило с твоей стороны, что ты вызвался нас проводить. Правда, Вероника? – и, чтобы у подруги не было соблазна съязвить, смерила ее предупреждающим взглядом.

Троица, ловко руководимая стоявшей посередине Наташей, дружно двинулась по направлению к общежитию девушек. Молодые люди шли молча, наслаждаясь восхитительным черным шоколадом с орешками. А Наташа совмещала это удовольствие еще и с обдумыванием мелькнувшей в ее голове идеи: нельзя ли воспользоваться сложившейся ситуацией, чтобы как-то спровоцировать нужное событие из методики G9°9 – заставить соприкоснуться Веронику и Никиту в момент, когда они будут испытывать одинаковые чувства. «Упасть мне, что ли? – моделировала ситуацию Наташа. – Сделать вид, что поскользнулась, и растянуться плашмя. Потом начать охать и стонать жалобно. Эти два вредины кинутся меня поднимать с одинаковым чувством сострадания ко мне. В этот момент подтолкнуть их друг к другу, чтобы уже они наверняка соприкоснулись, и вуаля – новоиспеченная парочка влюбленных готова».

– А знаете, девочки, что мне Лена рассказала? – прервал размышления Наташи Никита. – Она думает, что Бегемотик наш ни в каком не в отпуске.

– Почему? – насторожилась Вероника, которую весь день подспудно мучил вопрос о пятнышках.

– Вчера вечером Леночка с ним разговаривала в его кабинете. Просила помочь разобраться с новой темой, которую она пропустила из-за болезни. И знаете, что ей Бегемотик ответил?

– Что?

– Приходите, говорит, завтра после занятий ко мне – я вам помогу.

– Ну и что? – искренне удивилась Вероника, не обнаружив никакой сенсации в рассказе парня. – Леночке все так говорят. Кто ж такой милашке в помощи откажет?

– Не в том дело. Получается, вчера вечером Матвей Тимофеевич еще ни в какую командировку не собирался.

– Ну, может, вчера не собирался, а сегодня с утра что-то срочное заставило его все бросить и ехать, – нашла вполне логичное объяснение Наташа.

– Может быть. Но это еще не все. Лена рассказала, что при ней Бегемотику кто-то позвонил по телефону и начал угрожать.

– Она, что, слышала, что говорили на том конце провода?

– Не слышала. Но поведала мне, что Матвей Тимофеевич сделался бледный и начал собеседника умолять подождать еще немного. Потом еле шевелящимися губами прошептал: «Хорошо, сегодня так сегодня…»

Никита собирался сообщить девушкам еще пару деталей, но вдруг заметил, что прямо ему в лицо летит что-то круглое и белое. Ему показалось, что он уже ощутил прикосновение холодного кома к лицу, но на самом деле снежок, не долетев сантиметров пять до носа, вдруг резко остановился и замер в воздухе. Никита от удивления тоже замер на месте. Что за ерунда? Он попытался отмахнуться от снежка, сдвинуть с места, упершись в него руками, но ничего не получалось – комок снега не сдвинулся ни на миллиметр, словно врос в эту точку пространства. Никита сделал шаг назад, снежок последовал за ним, шаг вперед – снежок за ним. Вправо, влево – бесполезно. Белый холодный шар держался на одном и том же расстоянии от носа студента, что бы тот ни делал.

Девушки, наблюдавшие за судорожными метаниями Никиты, покатывались со смеху. Они, конечно, догадались, что над ним потешаются третьекурсники, подозрительное хихиканье которых уже давно раздавалось из-за соседней сосны.

– Жаль, нам нельзя ответить этим клоунам тем же, – злился Никита, снова и снова прыгая то вправо, то влево.