Отражение. Зеркало отчаяния - Галина Гончарова

Малена хмыкнула.

– Давайте закроем эту тему? Мне работать надо…

Давид нахмурился.

– А если бы Антон то же самое предложил?

Малена усмехнулась.

– Женщина с самоуважением – редкостная птица? Не расстраивайтесь, мы редко встречаемся.

На этой многообещающей ноте и вернулся Антон Владимирович.

Поздоровался с другом, ухмыльнулся.

– Додик, ты собираешься засвинячивать мою приемную цветами?

«Ах, так вот кому они предназначались?» – не удержалась Матильда. Хорошо хоть, не вслух, а то точно бы с работы вылетела.

Малена едва сдержала улыбку.

– Если Малена даст мне свой адрес, приемную я засыпать цветами не стану. Пусть доставляют на дом, – согласился Давид.

– Малена? – посмотрел на секретаршу Антон.

– Надеюсь, Антон Владимирович, мое личное дело останется тайной для посторонних? – Малена смотрела спокойно и холодно.

Антон, который совершенно не собирался облегчать жизнь другу-спорщику, хмыкнул.

– Обещаю.

Малена развела руками:

– Простите, господин Асатиани. Это личная информация.

– Пять минут и сто баксов в МФЦ девочкам из юротдела. Или в паспортном столе, – парировал Давид.

Малена покачала головой:

– Господин Асатиани, как донести до вас простую мысль? Я не продаюсь. Ни за одежду, ни за поездки, ни за деньги. Что в этом удивительного?

– Сам факт, – хмыкнул Антон. – А если поторговаться? Миллион в долларах?

Малена поглядела с такой брезгливостью, что шеф осекся.

Давид подумал минуту.

– А если я бы тебе предложение сделал?

Малена перевела взгляд на Антона, но тот кивнул. Мол, отвечай уж…

– Я не продаюсь.

– Это же брак?

Малена покачала головой:

– Нет. Это просто… купить игрушку, получить свое и выкинуть. За этим браком не будет стоять ничего, кроме похоти, а значит, постройка недолговечна. С обеих сторон…

– То есть – нет?

– Конечно нет.

Давид понял, что, препираясь дальше, будет выглядеть смешным. Хлопнул Антона по плечу, мол, бывай, и вышел.

Антон поглядел на свою секретаршу.

И что в ней такого?

Девчонка как девчонка, молоденькая, правда, но таких по городу стада бегают, только свистни. Волосы не сказать чтобы особо густые, стянуты в простой узел на затылке, глаза серые, лицо не особо примечательное, второй взгляд не бросишь, фигура тоже вполне стандартная…

И одета она простенько, в зеленое платье, явно не от-кутюр, и золота на ней нет, и маникюр самый простой, рядом с той же Юлькой она просто растворится, как сахар в кофе…

И все же, все же…

Осанка?

Поворот головы?

Взгляд?

Что превращает девочку в королеву? Что смотрит сейчас из ее глаз? Что заставляет чувствовать себя дураком и пошляком? Откуда у нее такая бешеная гордость?

И ведь она не играет, она искренна в каждом слове! Неужели и в наше время такие еще встречаются?

– Чего Додик хотел?

– Склонял меня к прелюбодеянию. – Малена и не подумала скрывать. – Хорошо оплаченному.

Антон фыркнул.

– Ну, результат я видел. Но Давид упорный…

Девушка только плечами пожала.

– Что случается, если неудержимая сила натыкается на недвижимый предмет?

– Создается новый парадокс, – припечатал Антон. – Ладно, давай работать.

Малена посмотрела с искренней благодарностью.

Да! Работать!

И никаких больше выяснений отношений!

Ура?

* * *

Спокойно уйти домой тоже не удалось.

Возле конторы ждал большой черный джип, из которого виднелось знакомое лицо. Господин Асатиани-младший, собственной персоной.

– Из окна, что ли, вылезать?

– Высоко. Да и сторона та же, – не согласилась Матильда. – Ладно, сам отстанет рано или поздно.

– Лучше бы раньше…

– Тут как повезет.

– Как дойдет…

С тем девушки и пошли себе, даже не думая обращать внимание на сигналы клаксона.

Поняв, что результата не будет, Давид выскочил из машины, даже не закрыв ее, и подошел к Малене. Карманников на него нет…

– Поехали, подвезу.

– Благодарю вас за предложение, но принять его я не могу. – Малена вновь отодвинула подругу, которая предлагала послать доброхота подальше. А потом и еще подальше…

– Почему?

– Не хочу, – честно ответила девушка.

– Это ведь удобнее, чем на автобусе.

– И что?

Давид растерялся.

С его точки зрения, все было просто. Дают – бери, бьют – беги, предлагаются – переспи, надоело – уходи…

В линейной логике обнаруживались бреши, и ему это не нравилось. Ладно бы еще грузинка, но эта-то чего ломается?

– Ну и поехали.

– Господин Асатиани, мне повториться? Мне не нужны никакие отношения с вами. Кроме служебных.

– А если я тебя сейчас просто потащу?

Малена фыркнула.

– И что дальше? Насильно довезете меня до дома?

Давид озадаченно замолчал. Понял, что будет выглядеть дураком.

– Неужели тебе даже попробовать неинтересно? Что бы у нас могло получиться?

– Нет.

– А если так?

В следующую минуту на плечи девушки легли сильные теплые руки, осторожно притянули поближе к горячему мужскому телу.

«Пнуть?» – предложила свой вариант Матильда.

«Успеем. – Малене было интересно. – В крайнем случае, запинаем морально».

Все-таки одно дело – теория, а второе – практика. С Лораном девушкам было просто противно. Но вдруг это еще и интересно бывает?

Губ коснулись мягкие губы. Медленно, осторожно, приучая к себе, не настаивая, но и не собираясь уходить.

Малена замерла. Сейчас контроль над телом был как раз у нее… и она не могла не признать истину. Ей было приятно.

Захотелось прислониться к сильному мужскому телу, закрыть глаза и расслабиться.

«Малечка!»

Мотя не дремала. И не собиралась позволять сестренке растаять в руках первого (ладно, пусть не первого, но мало ли их будет?) попавшегося наглеца.