Искажение - Вадим Панов

Нет.

Показалось.

Шаб не просто запретил Форнеусу принимать облик человека – Шаб отобрал у последнего морского демона личность, навсегда обратив в чудовище, знающее лишь одну жизнь.

– Форнеус! – закричал Фокалор в последней попытке достучаться до старого друга.

Змей издал короткий рык и перекусил баала пополам.

* * *

– Мы легли на грунт, – коротко доложил Казарский после того, как Марси вновь поднялась с палубы. То есть мог бы и не докладывать.

Девушка потёрла ушибленную ногу и задумчиво протянула:

– Так вот, как это происходит…

– Именно так, – подтвердил капитан. – Мы сумели удержать корабль по горизонту, но всплыть самостоятельно не получится – набрали слишком много воды.

Ну, не совсем удержали: палуба накренилась градусов на семь, но учитывая обстоятельства, это было вполне терпимо.

– Не слишком обнадёживающий доклад, – вздохнула девушка.

– Мы живы, – пожал плечами Казарский, – на мой взгляд, это внушает определённый оптимизм.

– Пожалуй. – Марси заставила себя улыбнуться. – Что ещё плохого?

Девушка не ожидала услышать продолжение, но оно последовало:

– Хода нет, – сообщил капитан. – Рация повреждена коротким замыканием, так что подать сигнал бедствия не получится. Радисты пытаются привести аппаратуру в чувство, но я не стал бы рассчитывать на их усилия.

– То есть ситуация плачевная? – девушка старалась держать себя в руках, но получалось, если честно, так себе – голос дрожал.

Впрочем, у кого бы не задрожал при таких обстоятельствах? Непробиваемая толща воды над головой ещё никому не добавляла хорошего настроения.

– Мы сделаем всё, чтобы спасти вас, Марси, – пообещал Казарский.

– Я не хочу терять корабль, капитан.

И в его глазах девушка впервые разглядела нечто вроде уважения. Старику понравилось то, что он услышал, и потому ответил он предельно мягко:

– Вы не потеряете корабль, Марси. Гибель «Катрин» не осталась без внимания, скоро сюда подойдут наши пограничники. Как только они появятся, вы наденете водолазное снаряжение, покинете корабль через торпедный аппарат, подниметесь на поверхность и подадите сигнал бедствия. Пограничники, разумеется, начнут задавать вам вопросы, но вы попросите позвонить по телефону, номер которого я вам продиктую, и все формальности будут улажены.

– А вы?

– Если сочтёте нужным, вы прикажете поднять корабль, – ровным голосом продолжил Казарский, не ответив на вопрос девушки. – Спасательная операция займёт некоторое время, но команда, как вы понимаете, будет ждать вас столько, сколько потребуется.

– А вы? – с нажимом повторила Марси, глядя капитану в глаза.

– В нашу следующую встречу я буду иначе выглядеть, а вы станете называть меня другим именем, – улыбнулся тот. – Только и всего.

– На борту лишь один водолазный костюм? – удивилась девушка.

– Я никогда не брал в поход второй.

– Почему?

– Из суеверия. – Ему не было стыдно в этом признаваться.

Несколько секунд Марси выразительно смотрела на спокойного капитана, после чего покачала головой:

– Я вас не оставлю.

Фраза прозвучала искренне и очень по-человечески, слишком по-человечески, что заставило Казарского улыбнуться:

– Вы не готовы к жизни в Отражении, Марси, вы для него слишком хороши.

Ответить девушка не успела.

– Steuerbordschlagseite^[16], – доложил немец.

А в следующий миг лодка покачнулась, ощутимо накренившись влево. Марси привычно рухнула на палубу и недовольно завопила:

– Что опять происходит?

– Понятия не имею! – Капитан успел за что-то ухватиться и удержался на ногах – сказывалась морская школа.

– Это ваш любимый ответ!

– Wir werden bewegt^[17], – бесстрастно продолжил мёртвый. – Jemand bergt uns^[18]…

И девушка сообразила:

– Форнеус! – Лодка вновь покачнулась. – Он пришёл на помощь!

– Неподалёку есть банка, – прошептал капитан. – Если змей догадается дотащить нас до неё, мы сможем закрыть пробоину, откачать воду и своим ходом вернуться на базу.

– Он догадается, он умный, – сказала Марси, усаживаясь на пол и упираясь спиной в стену – ей надоело постоянно падать.

Села и отчётливо представила, как обхвативший корпус змей тянет корабль с глубины. Тянет упрямо и упорно, прикладывая все силы и очень экономно расходуя запас кислорода, потому что не хочет оставлять лодку на дне и возвращаться. Представила и улыбнулась. И снова обратилась к капитану:

– Из вашего рассказа следовало, что Шаб превратил Форнеуса в безмозглое существо.

– Он такой и есть.

– Но Форнеус нам помогает.

– Не помогает, нет… – Казарский усмехнулся. – Шаб создал это существо, чтобы оно служило вам, Марси, и сейчас оно служит. Если потребуется – оно умрёт за вас, если потребуется – убьёт за вас, но оно – существо, в котором ничего не осталось от демона моря.

* * *

Потому что Море – это другой мир.

Находящийся рядом, но совершенно особый; допускающий к себе, но отделённый стеной; опасный, но готовый дружить. Тот, кто чувствует Море, знает, что его немыслимая глубина хранит все тайны Вселенной, потому что Море – её отражение. Потому что в нём прячется Небо, рассеянно рассыпая по волнам бриллианты звёзд и королевский алмаз Солнца. Потому что им дышит ветер, вольный бродяга и верный друг. Потому что к нему прижимается твердь, робко вглядываясь в бездонную глубину. В такую глубину, где понятия Тьмы и Света теряют смысл, поглощённые бесконечным Морем, не знающим ни Добра, ни Зла.

И не знающим преград.

– Не верю, – прошептал Редька, глядя на море. – Это невозможно!

– Ты его видел, – тепло улыбнулась Марси. – Разве нет?

– Никогда в жизни… – художник судорожно сглотнул. – Я слышал рассказы, говорил с теми, кто вроде бы видел, ездил сюда несколько раз… Но сам – ни разу.

– Но ты его написал, – заметила девушка. – И написал очень точно.

– Я его выдумал.

– Всё, что мыслимо – материально, – негромко произнёс капитан Казарский. И поднял ворот тужурки с таким видом, словно лёгкий ночной ветерок должен вот-вот смениться резким осенним порывом. – Всё, что отражается, наполняет мир и становится его частью. В этом суть вечного создания нового.