Магов не предлагать! - Ольга Романовская

Незримо ощущая поддержку сторонников за спиной, вновь обвела взглядом двор. Страх никуда не делся, но появилась уверенность в собственных силах, которой мне так не хватало, и я заговорила. Разум жил отдельно от прочих чувств, после я не могла вспомнить ни фразы, но, видимо, сумела подобрать правильные слова.

Толпа взревела. Сначала я вновь испугалась, отпрянула от перил, а затем поняла: будущие подданные вовсе не собирались убивать. Они негодовали, но обратили ненависть на Марианн.

Рядом очутился Риоре. Когда только успел? Его рука сжимала мою, не таясь, чтобы все видели. По другую сторону замерла Лика, прижимая платочек к глазам. Ее поддерживал Конрад, что-то успокаивающе шептал на ухо. Огляделась и поняла, что на балкон вышли все старые знакомые: маркиз, капитан, мертвенно-бледный Брайн. Все они хотели поддержать меня и очернить Марианн.

– Гвардия готова присягнуть, – склонился к моему уху Риоре. – Остальных заставим. Разумеется, будет расследование, суд, но ты королева по крови.

– Вдруг ее снова подменят? – напомнила о давней истории.

– Прослежу и возьму лично, – пообещал жених.

Ну раз за дело возьмется Риоре, тогда, может быть.

Выпустив мою ладошку, бывший советник деликатно отодвинул меня в сторону и обратился к толпе:

– Слава принцессе Каре Янине Гаменцианской! Слава будущей королеве!

Голос его гремел, и толпа подхватила слова лорда, многократным эхом повторив: «Слава, слава, слава!»

* * *

Жутко нервничала, словно собиралась на первый в жизни бал. Сегодня состоится самое важное событие в моей жизни, ну, помимо долгожданного признания одного вредного блондина. Он таки соизволил допустить наличие любви и заверил, что теперь никуда не отпустит, если только сама не сошлю.

– И что ты во мне нашел?

Помню ведь, лорд Вариэль не проникся симпатией к попаданке, откуда чувства?

– Сам не знаю. Видимо, надышался парами в лаборатории. Хотя фигурка у тебя хороша, сразу оценил.

– Ага, назвал жирной.

– Яна, я могу слово в слово повторить…

Зажала ему рот ладонью и взмолилась:

– Не повторяй, лучше люби дальше.

Кто разгадает химию чувств? Интерес, желания, чуточку внимания – и вот пьянящий коктейль готов. Пить медленно, наслаждаясь конфетно-букетным периодом. Официально он начнется сегодня.

Фрейлины и горничные прокляли наследную принцессу, которая никак не могла определиться с нарядом и драгоценностями. Что я могла поделать? Хотелось предстать перед женихом в лучшем виде, а траур по отцу диктовал свои условия.

Сегодня Риоре сделает предложение. Положим, мы и раньше считались парой, зато теперь ему не придется сбегать из спальни поутру. Да и пора бы узаконить отношения – ночные визиты принесли свои плоды. Конрад радовался, Риоре шипел на него, а я… Меня занимали совсем другие вещи. Когда на твои плечи внезапно сваливаются государственные дела, приходится разбираться с последствиями короткого правления мачехи, завоевывать авторитет у дворянства, тут не до беременности. Да и зачем волноваться? Жених старомоден, насильно под венец затащит.

Лика восприняла новость о том, что она отныне вторая дама королевства, относительно спокойно, хотя продолжала дуться на Риоре. Оно и понятно, лорд преподнес неприятный сюрприз в виде брака с Айроном. Последний перебрался в столицу и легко отказался от притязаний на тело и сердце младшей принцессы взамен на деньги и уютную должность. Лика теперь девушка свободная, лакомый кусочек для женихов, но будущий консорт – да, да, Риоре забыл о давних словах и охотно готовился к этой роли – бдит и не подпускает к принцессе излишне амбициозных молодых людей. Сам он вновь занял пост советника и фактически сосредоточил в руках бразды правления.

Герцога Саруса мы отыскали живым в одном из подземелий дворца. Его действительно держали на цепи и кормили один раз в день. Потрепанный, отощавший канцлер сухо поблагодарил за освобождение, однако не пожелал извиниться за прежние дела. Он подал в отставку и уединился в своих владениях. За ним следили, но пока герцог жил мирно и вроде не плел интриг. Однако я не питала иллюзий. Рано или поздно Лоон Отти нанесет удар. Риоре осторожно предлагал устранить угрозу, но это стиль Марианн, а я не желала ни в чем походить на мачеху. Суд официально признал ее виновной в гибели супруга, посмертно лишил дворянства и подданства Гаменции. Заодно Марианн вышвырнули из королевского фамильного склепа и публично сожгли как ведьму – похоже, некоторые традиции во всех мирах общие.

Тео и Амалия находились подле отца, но Риоре уже придумал, как разбить семейный клан. Брата посылали в горы в абсолютно ненужную экспедицию, а сестру выдавали замуж за одного из наших сторонников. Герцог возразить не мог: указ подписан моей рукой.

Наконец я остановила выбор на бледно-сиреневом наряде – хочу сегодня быть нежной, слабой, благо пошел четвертый месяц траура, дозволявший отойти от серого и черного и устраивать короткие приемы без фуршета. Пока живота нет, могу позволить любой фасон и даже чуточку затянуть корсет. Туго шнуровать себя я не позволяла, чтобы не случилось выкидыша. Может, средневековые беременные женщины и гордились осиной талией, двадцать первый век доказал вредность такого подхода.

Двадцать первый век… Ничего, мы еще встретимся, будущий свекор обещал объединить усилия с теми самыми некромантами севера, благодаря которым я оказалась в Гаменции, и открыть портал в Петербург. Не сразу, годика через два, но Конрад дал слово и сдержит его.

Улыбнувшись отражению в зеркале, примерила корону в виде диадемы. Теперь я носила большую, с головы мачехи, а не малую, которая отошла Лике. После коронации и вовсе придется примерить тяжелый венец. Вот чего боялась до дрожи – грядущего шумного и помпезного торжества. Как назло, Риоре решил сыграть свадьбу в один день с коронацией, чтобы сэкономить… и покрасоваться титулом консорта. В последнем жених никогда не признается, но я-то догадалась! Пусть, должен же у власти оказаться кто-то местный. Пока я научусь править, королевство развалится. И советник из Риоре хороший, не собственным карманом интересуется, а благом страны.

Мы все еще воевали с парой дворянских родов, которые не радовались новым правителям, но ничего, справимся, остальных уже покорили или задобрили.

– Вы великолепны, ваше королевское высочество! – фальшиво пела леди Стомес.

Я пропустила ее слова мимо ушей. Живя при дворе, быстро учишься отличать ложь от правды, искренность – от желания выслужиться. Леди Стомес мечтала превратиться в статс-даму, поэтому щедро лила елей в уши. Вот бы взглянуть на ее лицо, когда она узнает, кому отойдет заветная должность! Леонсия заслужила награду, пусть шпыняет высокомерных фрейлин.

Брайн тоже не остался незамеченным. С большим трудом мне удалось уговорить его принять титул лорда. «Только из уважения к вам», – заявил упрямый королевский слуга. Разумеется, место при дворе он сохранил, но сменил название должности: дворянину неприлично числиться слугой, пусть и главным. Отныне Брайн заведует Дворцовым министерством.