Двурожденные. Книга 3. Браслеты Скорби - Брендон Сандерсон

Вакс прицелился и замер; все на борту корабля будто затаили дыхание. Наконец опустил пистолет и сказал:

– Нет. Твое свидетельство в суде принесет Кругу больше вреда, чем убийство одного человека из мести. И я все равно предпочел бы его допросить. – И спрятал пистолет в кобуру.

Уэйн кивнул. Надежный товарищ этот Вакс. Крепкий. Что в хороший день, что в плохой. Уэйн решил перейти во внутреннюю часть корабля, но, пробираясь мимо кресел, они с Тельсин столкнулись, и он сшиб один из мешков, который вылетел наружу.

Потрясенный Уэйн поглядел ему вслед и увидел, как мешок свалился прямо на голову одному из членов экспедиции.

– Что ты натворил! – выкрикнула Тельсин.

Уэйн поморщился.

– Что еще устроил Уэйн? – с намеком на смирение в голосе поинтересовалась Мараси.

– Задел мешок, и тот упал прямо на них, – сказала Тельсин.

– Я не виноват, – заявил Уэйн. – Вакс слишком рано меня разбудил. Вывел из равновесия. – Он огляделся. Вакс со вздохом подошел к пилоту. Стерис и Ме-Лаан сидели в сторонке от остальных: Ме-Лаан развалилась весьма привлекательным образом, а Стерис ссутулилась над большим блокнотом. Делает заметки? Да что же с этой женщиной такое?

Внизу люди в снегу высоко поднимали фонари и с растерянным видом вглядывались в небо.

– Уведи нас отсюда, – велел Вакс пилоту в маске. – Лети туда. – Он указал направление.

– Да, о Решительный, – ответил пилот, и винты по обеим сторонам суденышка зажужжали громче. – Всем держаться.

Корабль переместился. Не быстро, но все же пришел в движение. Это был ловкий трюк – оставаться на месте во время полета. У птиц так не получалось, только у алломантов-стрелков. Уэйн прошел вперед, бочком протиснувшись мимо Мараси, чтобы получить хороший обзор из передней части корабля.

– Поднимается ветер, – заметил пилот. – Наверно, будет буря, словно здесь и без нее недостаточно холодно.

– Там. – Вакс показал рукой. – Что там такое?

– Сейчас подлетим.

Пилот развернул корабль – тот опасно закачался. Еще один порыв ветра швырнул ворох снежинок через отверстия в стенках суденышка.

– Это оно, – вглядываясь сквозь снежную завесу, проговорил Вакс. – Кольца Гармонии… оно на самом деле здесь.

– Я ничего не вижу, – прищуриваясь, сказал Уэйн.

– Держитесь за что-нибудь, – предупредил пилот. – Или убедитесь, что вы пристегнуты. Я собираюсь приземлиться.

Уэйн схватил его за руку.

– За что-нибудь другое! – крикнул пилот.

Тогда Уэйн вцепился в спинку кресла и правильно сделал, потому что корабль, снижаясь, завалился набок. Посадку мог бы назвать неплохой лишь тот, кому нравилось, когда его трясет и впечатывает физиономией в стенку.

Уэйн моргнул и обнаружил себя во мраке. Миг спустя Ме-Лаан сумела снова зажечь свой фонарь и поднять его, демонстрируя, что суденышко застыло, наполовину перевернувшись; одно из крыльев с винтом – которое могло складываться, чтобы «Вильг» помещался в большой корабль, – согнулось на своих шарнирах, а сквозь отверстие в боку виднелся огромный сугроб.

– Это оно всегда так? – спросил Вакс, неуверенно ступая по накренившемуся полу.

– С посадкой все сложно, – признался пилот.

– В строгом смысле слова, – раздался позади голос Мараси, – ничего сложного. Наверно, это самая легкая вещь, которую можно проделать с летающим кораблем, при условии, что ты не отличаешься разборчивостью.

Эка завернула! Не сразу и въедешь… Фыркнув, Уэйн пробрался через корабль к той его стороне, что была обращена вверх, и выпрыгнул наружу. Под ногами захрустел снег. Такого Уэйн не ожидал: единственным снегом, который ему доводилось видеть, были редкие метелицы в Дикоземье, но там он даже и близко не был таким глубоким. И с чего вдруг хрустит? Это ведь хлопья замерзшей воды, а не крупы какой-нибудь.

Не успел Уэйн кое-как выбраться из высокого сугроба на овеваемую ветром скалистую часть окружающего пространства, как его осыпало, словно песком, причем сыпался снег не с неба, а прилетал с ветром откуда-то сбоку. Вздрогнув, Уэйн зачерпнул больше тепла. И тут облака укатились прочь, освободив дорогу звездному свету, – как вышибала в самом изысканном ночном клубе отходит в сторону, пропуская гостей.

Свет этот пролился каскадом, белым и спокойным, на самый настоящий, ржавь бы его побрала, замок посреди гор. Мрачную крепость, построенную из того же камня, какой тут был повсюду. Крепость высотой в один этаж будто залегла пониже, прячась от ветра, но в звездном сиянии ее стены излучали свет, и Уэйн словно глядел сейчас на призрак некоего древнего здания из предзеленой эпохи.

Уэйн медленно выдохнул, и его дыхание превратилось в белый туман.

– Мило, – сказал он, кивая. – Мило. У ребят, которые это построили, что ни говори, был вкус.

Мараси, по какой-то причине одетая в туманный плащ Вакса, выбралась из корабля и едва не упала лицом в снег. С трудом удержав равновесие, она выпрямилась на вершине пушистого сугроба – ее едва не сдуло новым порывом ветра, – а потом вдруг с хрустом провалилась. Ага, наконец-то вспомнила, что больше не надо заполнять метапамять весом. Такую ошибку нетрудно совершить, если ты не привык быть ферухимиком.

Протолкавшись сквозь сугроб, Мараси, вытирая со лба растаявший снег, присоединилась к Уэйну. Учитывая, что ее подстрелили, выглядела она неплохо.

– Костюм и его люди недалеко, – сообщила она. – И теперь им известно, что мы здесь.

– Значит, мы найдем Браслеты первыми, – раздался позади голос Вакса. То, как он выскользнул из «Вильга» и одним быстрым прыжком одолел расстояние до них, не ковыляя через снег, было очень несправедливо. Ну право слово. Зачем Гармония вообще создал это вещество? От него не было никакой видимой пользы. – Хватайте свои вещи. Аллик, вытащи гранату из корабля, просто на всякий случай.

Все поспешили выполнить его приказы. Мараси забралась обратно в корабль и вместе со Стерис начала вытаскивать пожитки. Появился Аллик, все еще в этой своей маске, и встал на боку кораблика, глядя на крепость и качая головой. Потом он повернулся и стал гладить «Вильг» по корпусу, словно тот был чем-то вроде щенка, пока не появилась Стерис и не прогнала его по какой-то причине. Через несколько секунд из «Вильга» выбралась Мараси в платье вместо униформы – правда, из-под юбки торчали штаны – и бросила Ваксу его туманный плащ.

Стоило догадаться. Женщина для такого случая не могла не переодеться. Нельзя проникнуть в уединенный древний храм без надлежащих аксессуаров. Уэйн провел рукой по волосам и испытал мгновение паники. Его шляпа! Как безумный, озираясь по сторонам, он поспешил обратно к кораблю, но потом заметил шляпу в сугробе поблизости и поднял ее со вздохом облегчения.

– Всем отойти! – приказал Вакс, отыскав устойчивое положение.

Ветер раздувал его туманный плащ, трепал во все стороны ленты. Остальные отошли от «Вильга», и Вакс запыхтел, толкая корабль. Тот тихонько отъехал назад, в снег, который собрался над ним словно волна. Вакс толкал до тех пор, пока «Вильг» не оказался погребен полностью.